Чтение онлайн

– Ты сама решила, что иначе никак, мы справлялись своими силами. – спокойно отвечал Вульфар.

– Ты отказывал мне в помощи, тогда твои люди стали тайно обращаться ко мне за помощью.

– Кто?! – неожиданно вспыхнул Вульфар, он даже приподнялся с трона, но вовремя сдержался и сел обратно.

– Извини, но я обещала молчать, а я честно веду все дела. Никаких интриг. Я сразу говорила, что нам нужно не ограждаться друг от друга, а объединиться и пойти против общего врага на юге.

– У нас был шанс объединиться, – насупился Вульфар. Ингунн ощутила всю горечь его слов, будто она проглотила их. – И нет никакого врага на юге, тебе пора оставить эти игры в великого полководца. Я понимаю, что мои слова уже ничего для тебя не значат, ты уже все решила, но повторю в последний раз, что твои советники дурят тебе голову.

– Если бы ты позволил мне показать то, что я знаю, то ты бы заговорил иначе, но ты ослеплен своим затворничеством. Присоединись ко мне и я сохраню за тобой город. У меня нет желания свергать тебя…

– У тебя нет желаний, лишь бессмысленные амбиции, которые приведут всех нас в могилу.

– Нет желаний? Вот тут ты не прав, – в голосе Ингунн стали ощущаться проблески жизни. – У меня было одно единственное желание, но ты лишил меня шанса даже увидеть их…

– Ингунн, – отрезал Вульфар. – Не смей говорить о них.

– Я имею право.

– Не в моем доме! – повелительно выкрикнул Вульфар. – Не тогда, когда ты пришла лишать меня земель! Пусть у нас все было не идеально, но я же не лез к тебе со своим видением мира.

– Если ты так ненавидишь меня, то почему сдался без боя? Твои люди жаждут крови, я видела в их глазах пламя.

Вульфар умолк. Он постучал пальцами руки по подлокотнику, затем встал с трона и спустился к Ингунн.

– Делай то, что собралась, но знай, что я сделаю все, чтобы остановить войну с югом.

– Тогда мне придется отправить тебя в темницу, Вульфар. – твердо решила Ингунн.

Конунг Вульфар нахмурился. Его люди вдоль всего медового зала заскрипели кольчугами. Ингунн Жестокая окинула зал взглядом, воины дома Сварт оголили топоры, копья и длинные мечи.

– Не нужно. – попросил Вульфар, подняв ладони.

– Мы не отдадим единственного законного конунга под вашу стражу. Никакие приказы нас не удержат! – выкрикнул форинг Грейл.

Защитники Ингунн приняли круговое боевое построение, спрятав за своими телами свою правительницу.

– Уберите оружие! – приказала Ингунн, обращаясь к людям дома Сварт.

– У Белой Вороны здесь нет власти! И никогда не будет! Svarg! – скомандовал Грейл, сверкнули металлические лезвия, наконечники копий и стальные шлемы.

Заскрипела сталь о сталь. Воины Бьорнбора отражали яростные атаки, не пропуская врагов к Ингунн Жестокой. Круг воинов с гербами драконьих скелетов сужался. Разлетались в щепки деревянные щиты от ударов топоров. Гнулись металлические пластины наплечников и шлемов.

Распахнулись двери длинного дома. Забежала группа берсерков из клана Оксбранн, их скрещенные и объятые пламенем топоры были нашиты на кожаные куртки. Воины устремились к скопищу людей и острых лезвий. По залу разлетелся пугающий боевой клич. Часть стражи клана Сварт обернулась, на их лицах выступил ужас и безнадега, они узрели приближение смерти. Головы стали валиться на пол, заливая сухие доски горячей бурлящей кровью. Бордовые капли окропили ступени у трона Вульфара Справедливого. Конунг Хуведберга выхватил свой наточенный меч, острее зубов вымерших драконов, что могли разгрызать стволы деревьев легким укусом, даже не напрягая мышцы челюсти. Меч конунга Хуведберга изукрашен северным орнаментом в виде узлов, а навершие украшали черные драгоценные пейниты, переливающиеся красным на свету, это были редчайшие камни от Остроскальных островов на самом севере до Фортресса на самом юге.

– Хватит! – басом крикнул Вульфар. Сражение прекратилось тотчас.

Даже Ингунн ощутила дрожь в сердце, на какое-то короткое время она даже призадумалась, что в жилах Вульфара действительно текла кровь первых северян, и что ей никогда не обрести этого дара предков, ведь в ее роду было много кровосмешений с чужаками. Но Вульфар все же был слишком мягок для севера, редкие порывы властности не помогли бы ему удерживать власть слишком долго.

Воины конунга Ингунн расступились, пропустив ее к трону, у которого стоял вооружившийся Вульфар. Густая борода и густые брови придавали главе дома Сварт вид грозного хозяина. Но Ингунн не боялась его.

– Предлагаю дуэль, пока мы все не поубивали друг друга. Это закон предков, все обязаны его уважать. – предложил Вульфар.

Ингунн подступила к правителю города и замахнулась мечом с клинком, чья сталь переливалась синим. На прямой гарде меча вспыхнули руны, выбитые друидами из клана Снолов. За считанные секунды Вульфар осознал, что воздух пред ним разрубал Осколок Хургун. Легендарный меч первых детей севера.

Вульфар успел защититься в последний момент. Лязгнул металл. Разлетелись искры. Вульфар чуть оступился, его хватка ослабла. Правая рука, в которой он держал меч, дрогнула. Ингунн замахнулась и ударила вновь, Вульфар отразил рубящую атаку, но меч выскользнул у него из руки, отлетел за трон.

– Неразумно предлагать поединок, когда не орудуешь своей основной рукой. Ты всю жизнь был левшой, Вульф, уж я-то знаю, – произнесла Ингунн. – Перерезать оставшихся, а конунга в темницу.

Берсерки Оксбранна стремительно набросились на оставшихся воинов Сварта. Последние литры крови пролились на пустые столы, скамьи и пол.

Глава пятая

Темница Хуведберга

Завывал ветер. Он спускался по винтовой лестнице, пролетал сквозь тюремный коридор и удалялся через щель в стене, куда помимо него способны были просочиться лишь мыши.

Темница отделялась от коридора решеткой, поэтому Вульфар прислонился к холодным железным прутьям, чтобы ощутить прохладное дуновение. Он сидел на полу, прикованный к стене, цепи едва хватало, чтобы дотянуться до решетки. Вульфар уставился на догорающую свечу в коридоре. Когда она потухнет, то наступит кромешная темнота. Но пока слабый рыжеватый свет рассеивался по казематам. Свет кончался там, где каменный тоннель разделялся на три пути. Вульфар собственнолично никогда не исследовал эти лабиринты, лишь изучал чертежи, из которых знал, что, следуя определенному маршруту, можно добраться до потайной двери. Но побег был крайним решением, жестом полного отчаяния. На севере презирали тех, кто струсил и скрылся от уготованного богами. Таких трусов называли изгнанниками. Изгнание было хуже рабства.

Вульфар впервые за долгих сорок три года своей жизни ощутил, что ему неприятен холод. Здесь, под землей, он пробирал до глубины, морозил не только кости и жилы, но и бессмертную душу. Бывшего конунга лишили всех цепей и амулетов, оставили лишь тканевые тряпки на теле и меховой плащ.

Глаза незаметно сомкнулись, Вульфара клонило в сон. Он практически погрузился в царство сновидений, где обычно мчал верхом на фантастических скакунах или смеялся на пиру с богами, но его встревожил чей-то тяжелый шаг. К темнице с факелом в руке подошел стражник и проверил наличие пленника в клетке.