Чтение онлайн

– Его высочество увлекся ею в самом начале, когда она была представлена ему на званом вечере. Большинство дам могли только хихикать и флиртовать, но леди Гвендолин смогла держать себя в руках и произвести на него впечатление блестящим умом, - говорит Мейбл.
– В то время меня не было во дворце, но Амелия сказала мне, что слуги думали, что его высочество может выбрать ее, хотя надеялись, что он этого не сделает. Она очень гордая, леди Гвендолин, и хотя может быть очаровательно милой перед его высочеством, на самом деле она — тиран, когда дело касается других.

В голове всплывает давнее воспоминание… Я слышала эту историю. Бертрам рассказывал мне об этой леди Гвендолин, когда я сопровождала Поппи в Руби-Ред.

– И когда она ударила служанку за то, что та пролила чай на ее платье, между ними все было кончено.

– О, так его высочество рассказывал вам!
– восклицает Мейбл.
– Амелия сказала, что она устроила ужасную сцену, когда его высочество велел ей покинуть дворец. Она кричала, плакала, молила на коленях, но его высочество был непреклонен, - Мэйбл качает головой.
– Если бы она вежливо извинилась, он, возможно, передумал бы, но закатывать истерику, как ребенок? Не понимаю, леди Гвендолин достаточно умна, чтобы говорить, как уроженка Морина, но не может держать себя в руках. Послушайте, принцесса, вам лучше быть осторожнее.

– Ты хочешь сказать, что она может попытаться сблизиться с Эдвардом?
– я смеюсь.
– Мейбл, не будь параноиком. Неужели ты думаешь, что Эдвард сбился бы с пути, когда у него была такая возможность много лет назад?

– Нет… нет, я так не думаю… - Мэйбл запинается.
– Он, конечно, без ума от вас, но она прожила в Морине не меньше пяти лет и могла овладеть некоторыми навыками соблазнения. Никогда не знаешь наверняка.

Я вспоминаю то недолгое время, что провела в Морине, и гримасничаю. Хотя была в восторге от встречи с Эдвардом и заверила его, что вернулась в Ателию, та ужасная встреча с братом императора до сих пор пугает меня, когда думаю об этом.

– Кроме того, леди Гвендолин входит в общество, начиная со спонсирования молодой девушки. Ее не устраивает спокойная жизнь. Бьюсь об заклад, она будет посещать все балы и вечеринки в надежде узнать, сможет ли она вызвать сенсацию, как до того, как вышла замуж.

Ку-ку…ку-ку… Мы обе смотрим на большие резные часы с кукушкой, висящие на стене. Эдди пытается встать, но терпит неудачу. Он приземляется на попку и указывает на крошечную кукушку, хлопая крошечными ручками. Раньше у меня были обычные часы, но после того, как обнаружила увлечение Эдди кукушкой, решила заменить их.

– Черт. Уже девять часов? Через час я должна быть в «Принцесс-колледже» на церемонии вручения дипломов.

– О нет!
– Мейбл распахивает дверцу моего массивного гардероба, открывая взору море платьев всех мыслимых фасонов и цветов.
– Мы должны одеть вас, принцесса, иначе вы опоздаете!

Мейбл зовет другую горничную. Вместе они снимают с меня забрызганную едой ночную рубашку и зашнуровывают в красивое голубое платье, отделанное белым кружевом.

– Ослабьте…, - тяжело дышу я.
– Не могу дышать.

– О! Мне так жаль, принцесса, - Мэйбл расслабляет шнуровку на корсете и мои легкие наполняются воздухом. Это старое платье так что все правильно. Я, должно быть, набрала десять фунтов с момента родов. И хотя похудела после рождения Эдди, постоянный голод из-за кормления грудью не помогает вернуться в прежнюю форму. Мейбл укладывает мои волосы в элегантный шиньон с голубыми лентами в тон к платью. Этот наряд далек от тех изысканных, которые надеваю на балы и вечеринки, но даже простая элегантность показывает, что Мейбл вкладывает много мыслей в мой гардероб каждый день.

– Скорее, принцесса, скорее! Сейчас я позову миссис Браун. Не беспокойтесь о маленьком принце.

Эдди тут же начинает плакать, когда выхожу из комнаты, но я заставляю себя не обращать внимания на шум. Миссис Браун будет здесь через минуту. Эдди должен понять, что небо не упадет, если меня не будет рядом. Когда спешу к карете, мне кажется, что прошло всего несколько месяцев с тех пор, как я приехала во двор. Я была прикована к этой комнате с самого рождения Эдди — я сама напросилась, знаю — но в этот момент рада, что ухожу.

В сотый раз достаю карманные часы и сверяюсь со временем. Я должна была быть в школе полчаса назад, но пробка в центре города мешает.

– Кажется, идут строительные работы, принцесса, - говорит водитель. В передней части вагона вырезано небольшое окошко, предназначенное для связи между пассажиром и водителем.

– Я могу пойти пешком.

Мужчина выглядит встревоженным.

– До школы еще добрых несколько миль. Вы испортите обувь.

– Мои туфли будут в порядке, - я открываю дверь.
– Я не собираюсь ни на концерт, ни на званый вечер.

Воздух кажется особенно свежим, когда я выхожу из кареты, хотя знаю, что качество воздуха в столице хоть и намного лучше, чем в фабричных городах, но ни в коем случае не является идеальным. Вереница экипажей и повозок на улице убеждает меня, что решение сойти было правильным. Церемония может закончиться, если я продолжу ждать в карете. Звон колокольчика заставляет меня оглянуться. К моему величайшему удивлению, мимо меня проезжает мужчина на велосипеде. Велосипеды. В Ателии есть велосипеды.

– Сэр!
– кричу я, размахивая руками.
– Вы не подскажете, где я могу его арендовать?

Мужчина останавливается. Из-за пробки он все равно не мог далеко уехать.

– Арендовать что?

– Велосипед…

– Велосипед — вот как вы это называете, да?

Я бегу к нему.

– Я спешу, и если поблизости есть прокатный магазин…

Он хмурится.

– Леди не ездят на бисиклетах. (В Ателии велосипеды называют «бисиклет», сама же Кэт называет их велосипед так как она из нашего мира)

– Эта леди может, - говорю я не задумываясь.

– Разве вы не знаете, что это опасно?

Я делаю глубокий вдох, борясь с желанием возразить, что если это опасно для женщин, то это опасно для всех. Уже сейчас вижу новую проблему, маячащую на горизонте — убедить мужчин, что женщины могут ездить на велосипедах.

– ПОШЕВЕЛИВАЙСЯ!
– кричит позади нас краснолицый мужчина.
– Ваши разговоры задерживают движение!

Пыхтя и задыхаясь, я прибываю в «Принцесс-колледж» с опозданием на целый час. Ноги превратились в лапшу, слишком долго варившуюся в кипятке — сколько времени прошло с тех пор, как у меня была приличная тренировка? В Ателии единственная тренировка, которую я могу получить — это долгие прогулки в саду. Корсет и юбки мешают делать что-то более энергичное. Если бы я не увлеклась, слушая рассказ Мейбл о леди Гвендолин, я уехала бы из дворца пораньше. Пробки на дорогах становятся все более частым явлением, что связано с быстрым развитием городов.