Чтение онлайн

— Доброе утро, новобрачные, — говорит Эрикс, когда мы подходим, его глаза сверкают, как всегда, когда он взволнован чем-то, связанным с любовью. Я улыбаюсь, а рука Ашена сжимает мою — он уже готов вырвать эти сверкающие шарики из ангельского лица Эрикса и раздавить их под ботинком.

Эдия фыркает.

— Секс-маньяки, а не новобрачные.

— Секс-маньяки-новобрачные, — добавляет Коул.

— Тссс. Не при... старших... — Эрикс делает кивок в сторону мистера Хассана. Старик фыркает.

Я усмехаюсь, оглядывая их, наблюдая, как щеки Эрикса розовеют.

— Ты такой целомудренный, даже для ангела, — говорю я. Коул и Эдия синхронно хохочут, а щеки Эрикса становятся пунцовыми.

— Да, конечно, целомудренный, — Эдия саркастически улыбается ему, затем поворачивается к мистеру Хассану, которого наша болтовня не смущает. — Если серьезно, мистер Хассан, я упоминала, что Лу и Ашену нужна помощь.

— Ах, да, — говорит старый аптекарь, его древние глаза останавливаются на мне. — Sahira говорила, что вам нужен Воскреситель. Я могу это сделать, но мне нужно собрать кое-какие припасы перед путешествием в ваше Царство. Это непросто. Будет дорого, хотя сомневаюсь, что это проблема.

Я бледнею. Я даже не знаю, сколько у меня золотых монет — предпочитаемой валюты аптекарей. То, что я припрятала до Царства Теней, разбросано по всему миру, и на поиски уйдет время. К счастью, Ашен не беспокоится о плате и кивает.

— Что бы ни потребовалось. Мы заплатим.

— Есть еще кое-что, — говорю я, глядя на Ашена. Он кивает и снимает с плеча сумку. Я перевожу взгляд на мистера Хассана, пока Ашен расстегивает рюкзак. — Я нашла кое-что в Царстве Теней, что хотела показать вам, чтобы узнать, можете ли вы что-то сказать об этом.

Ашен достает гудящую сферу, и на лице аптекаря мелькает узнавание. Его глаза расширяются, он протягивает руки, чтобы принять шар.

— Где ты это нашла, azizati?

— На дне Черного моря. Долгая история. — Взгляд старика поднимается на меня, затем он изучает камень. Я прочищаю горло, пытаясь избавиться от привкуса воспоминаний. — Это было в какой-то двери из металлических колец. Там были надписи на непонятном языке. Почти как шумерский, но другой. И была лента шепота... что-то вроде повторяющейся мантры.

— Что там говорилось? — спрашивает он, зная, что я помню все, будто это случилось вчера.

— Hursanu y aabba, ziana y anzu. Os naru nibiru insabatu. Elu lo zaqru. Nadna lo sagzal Mitusitum, — отвечаю я, повторяя незнакомые слова.

Старик выпускает тонкую струйку воздуха через сжатые губы. Пальцем гладит отполированную поверхность черного камня. Он гудит под его прикосновением.

— Язык называется Дингир. Язык богов. Там сказано: «Горы и моря, долины и небеса. Я призываю схождение. Подними завесу. Отдай ключ Смерти-Судьбы».

— Смерть-Судьба, — говорит Ашен, его глаза сужаются на старике, который лишь кивает. — Ключ Смерти-Судьбы?

— Звучит не очень хорошо, — замечаю я, когда мистер Хассан возвращает мне камень. — Когда я достала сферу, дверь открылась, и вдалеке была женщина.

Лицо аптекаря бледнеет, но его глаза острые и яркие, когда он смотрит на меня.

— Что ты видела? Она что-то сказала, azizati?

Я киваю, бросая взгляд на Ашена, чувствуя, как его беспокойство дергает границы моей метки.

— Я видела нити света. Ее лица не разглядела, но она говорила со мной. Она сказала: «Leucosia Anthemoessatum. Rakbu mitusitum. Eteru sut».

— Леукосия из Анфемоэссы. Страж Смерти-Судьбы. Спаси нас.

Черт. Это звучит совсем нехорошо. Мистер Хассан видит, как испуг отражается на моем лице. Его глаза смягчаются, он улыбается и кладет руку на мою.

— Есть еще один камень, — говорю я.

— Да. Душа-Судьба. Он находится в Царстве Света. Не каждый может взять или использовать их. Только достойный, древний бессмертный. Тот, кто заслужил право путешествовать по трем Царствам без сопровождения.

Рука Ашена сжимает мою.

— Нефилимы. Вот зачем им Лу, чтобы достать камни. Но для чего?

— Согласно легенде, если камни соединить, они могут открыть Алахасу, врата к судьбам. Судьбы по ту сторону — последние из богов. Если кто-то пройдет через врата, он сможет узурпировать и контролировать их. Может переписать судьбу по своему желанию. Уничтожить врагов. Уничтожить целые Царства. Поставить себя во главе всего, что пожелает.

— Где находится Алахасу? И камень Души-Судьбы, есть ли у нас хоть какое-то представление, где он может быть в Царстве Света? — спрашивает Эдия, пока тихое чувство страха витает вокруг нас.

— Не знаю, sahira. Я возьму древнейшие тексты, когда соберу вещи, но большая часть этого — устные предания, настолько древние, что стали мифами, — отвечает мистер Хассан.

— А враги, нефилимы, что мы о них знаем? — спрашиваю я. — Они были как сказки у костра тысячи лет назад. Я ничего о них не слышала целые тысячелетия, пока Алорос и Леандр не упомянули их. Есть ли у Гильдии какие-то знания о Нефилимах?

— Большая часть того, что о них известно, хранилась в записях аннунаков. Многие считают, что это падшие, испорченные ангелы, изгнанные из всех Царств за злодеяния против богов. Они не существуют напрямую в Царствах. Но это могут быть просто сказки, меняющиеся с каждым пересказом. Мы поищем ключи, но нет гарантии, что найдем что-то. Вероятно, вам придется искать ответы у аннунаков.

— Что-нибудь знаешь? — поворачиваюсь к Эриксу.

— Мистер Мистоффелис, — пожимает он плечами, и я фыркаю, вспоминая клуб «Caelum», а он улыбается. — Я не знаю, но могу скоро навестить дом и попытаться выяснить.

Эдия решительно кивает.

— Эрикс и Коул, можете отправиться к Валентине, собрать наши вещи, сказать ей, что мы уезжаем? Я отвезу мистера Хассана домой. Мне тоже понадобятся дополнительные припасы.

И без того напряженная поза Ашена становится еще жестче. Он забирает у мистера Хассана турмалиновую сферу и кладет ее обратно в сумку.

— Мы с Лу откроем проход в Каир и встретим вас там.

— Аглаопа, — поворачиваюсь к сестре. — Ты знала Валентину? Она была создана Молпе.

Аглаопа кивает.

— Да, я помню ее. Встречала лишь раз.

— У нее поместье недалеко от замка Бран. Она временно остановилась у ковена ведьм неподалеку от дома. Тебе лучше пойти с Коулом и Эриксом, Валентина позаботится, чтобы ты могла безопасно охотиться.

Аглаопа тепло улыбается, ее рука ласково касается моих волос.

— Хорошо, сестра.