Чтение онлайн

Сейра коротко вздохнула и покрепче перехватила секатор. Древесная паутина… Справиться с ней может быть сложнее, чем казалось на первый взгляд. В прошлом именно Фабьен покончил с неукротимой тварью, благополучно пожертвовав своими друзьями. Но теперь… Сейра ощутила прилив азарта. Она, по крайней мере, должна попытаться выиграть на этом испытании.

«Стеллажи представляю наибольшую опасность. Не приближайся к стенам – паутина облепила их слишком плотно. Режь и жги, жги и режь… Не стесняйся атаковать это создание, иначе оно схватит тебя за горло» — её тревожность диктовала новые правила жизни.

Сейра медленно пробиралась вперёд, исследовала запутанный лабиринт деревянных полок. Отсечь, поджечь – и остальные прижмутся к стенам, издавая обиженное шипение. В конце концов, у этого места был лишь один ощутимый плюс: древесная паутина жила, дышала, знала вкус собственной боли и опасалась агрессоров. А Сейра приучала её к этой боли неспешно, методично и решительно.

«Забавно… в прошлом кое-кто точно так же приучил меня» — она стиснула зубы и уверенно свернула в сторону. Там, в самом центре причудливого лабиринта, возвышалось дерево. А вокруг него… творился настоящий хаос.

Вначале Сейра услышала крики. Громкие, отчаянные вопли Посвящённых. Макус яростно молотил древесную паутину перед собой, но грибы нарастали, множились и всё сильнее оттесняли его в угол. Остальные (по большей части) были обездвижены. Одна девочка упала в обморок, тогда как другие отчаянно голосили.

И только Фабьен был свободен и вооружён. Он сжимал в руке короткий нож, напряжённо следя за пульсирующим деревом. Едва завидев его, Сейра скривилась, как от зубной боли. Оно выглядело… до ужаса омерзительно.

Крепкий ствол был оплетён густыми белыми нитями. Они шевелились, извивались, безостановочно двигались, словно длинные личинки. Подходить к древу решительно не хотелось, но Фабьен уже преодолел своё отвращение. Он чиркнул зажигалкой – и ветка вспыхнула.

Сейра на мгновение заволновалась, но огонь почти сразу погас. Его тушили яростные нити паутины: они готовы пожертвовать собой, чтобы защитить носителя. Фабьен выругался, стараясь подойти ближе, но даже ему нелегко было справиться с атакой вёртких грибов.

— Макус, помоги! – вскричал Фабьен, вызывая у Сейры мимолётную усмешку.

Его дражайший друг и сам едва справлялся с натиском паутины… Помочь Фабьену – значит подставиться под удар и получить ранение. Его эгоизм, без сомнений, оставался прежним. Но у Сейры были дела поважнее.

Она увернулась от тонких нитей и нырнула в сторону. Сейчас абсолютное большинство враждебных грибов сосредоточены на Фабьене. Он сделал им больно, он пытался поджечь дерево… Очевидный агрессор среди них обнаружен.

Сейра поняла: у неё есть только один шанс. Пока Фабьен (невольно) привлекает внимание, она может подобраться к самому центру. Там, где на стволе пульсирует масса паутины… Именно здесь следует поджигать.

Её соперник тоже это понял. Фабьен раздражённо воскликнул:

— Не смей, Сейра!

Но она его не послушала. Девушка обежала дерево, ловко отсекая грибные ростки секатором. В тот момент, когда Сейра приготовилась к рывку, рядом просвистел какой-то предмет. Она опешила: Фабьен действительно метнул первое, что попалось ему под руку. Отломанная доска (или нечто похожее) едва не огрела её по спине…

Сейра яростно поджала губы. Он (очевидно) не принимает правила честной игры, но… Из-за этого в глубине души пробуждался безумный азарт. Сейра опустилась на корточки, извернулась и подняла доску. А затем подожгла её, метнув в клубок туго сплетённых нитей.

На краткий миг паутина вздыбилась от боли, издав сиплое, протяжное шипение. Грибы начали бездумно атаковать деревяшку, в то время как Сейра получила несколько секунд для манёвра. Прежде чем Фабьен успел хоть что-то предпринять, она метнулась к сердцевине и вновь щёлкнула зажигалкой…

Дерево содрогнулось. Писк паутины стал почти оглушительным, нити впились в её руки и ноги, запутались в волосах. Но Сейра, будто не чувствуя боли, продолжала резать их секатором раз за разом. Пожар уже охватил кору, перебежал в густую крону и тогда поток грибов начал иссякать. С каждой секундой они будто теряли силы, истлевали на глазах…

Сейра улыбнулась. Ей было очень больно: запястья ныли, пальцы опухли, на теле пролегли кровоточащие ссадины, а нижняя губа лопнула от натуги. Но поразительное чувство триумфа захватило её с головы до пят, подарив невидимые крылья…

Оказывается, она на многое способна. Оказывается, вовсе не пустое место. Оказывается… Так приятно смотреть на его потемневшее от гнева лицо.

— Потрясающе. Просто потрясающе! – редкие хлопки мистера Райта привлекли внимание Посвящённых.

После тяжёлой схватки ребята собрались в лазарете полным составом. Даже Фабьен получил парочку ран во время испытания... И впервые за долгое время он не улыбался, неприязненно поджав губы.

— Это был непростой противник, однако вы справились общими усилиями… Поразительная командная работа и взаимовыручка! – продолжал восхищаться дворецкий.

— Не все работали в команде. Некоторые просто воспользовались другими. – взгляд Макуса был недвусмысленно обращён к Сейре.

Но она лишь вскинула брови, не отзываясь на его слова.

— Тем не менее, вы очень постарались. – лукаво улыбнулся дворецкий. – Скоро я угощу всех праздничным ужином, а пока что… Выздоравливайте. Собирайтесь с силами. Впереди ещё много испытаний.

Сейра невольно вздохнула. Мистер Райт в привычной для него игривой манере оставил им вязкое чувство тревоги. Казалось, будто сам особняк Роз замер в ожидании новых кровавых преодолений.

Сейра не боялась испытаний, но чувствовала, как сильно изменилась атмосфера. Ледяной взгляд Фабьена, едкие слова Макуса и недовольные шепотки остальных Посвящённых… Древесная паутина сгорела, но тонкие раны от её пут залегли глубоко под кожу. Эти тонкие нарывы чужой зависти, страха и горечи… уже пустили корни.

Сейра смутно припоминала, что нечто подобное случалось и раньше. В какой-то момент все они перестали доверять друг другу. Взаимные обвинения дошли до абсурда: любой взгляд, любое случайное слово могли быть истолкованы неверно. Обвинения в саботаже на испытаниях, гнусные толчки в спину… И только Фабьен по-прежнему оставался связующим звеном между ними. Справедливый и понимающий с виду, но властный и хитрый в глубине души.