Чтение онлайн

— Так что же вы предлагаете, ваше сиятельство? — несколько нервно вопросила Лания.

Она вернулась к креслу и в третий раз жестом предложила советнику сесть. Дождавшись, когда королева займет свое прежнее место, уселся и граф. После прочистил горло и продолжил:

— Я предлагаю не собирать Совет первый месяц траура и позволить кабинетам продолжить свою работу. За это время вы ознакомитесь с более важными законами королевства и немного узнаете о том, что происходит вокруг вас. Если вам понадобятся пояснения, то я всегда к вашим услугам, как и прочие сановники. Кроме того вам стоит познакомиться с устройством служб и Кабинетов: кто, чем и как занимается. Нужно во многое вникнуть.

— Но месяц — это же совсем небольшой срок, — задумчиво произнесла Лания.

— Разумеется, — едва приметно улыбнулся советник. — Однако за этот месяц вы обретете начальные знания и почувствуете себя уверенней. Да и доклады от Кабинетов вы можете принимать, что также поможет вам понять, о чем мы будем толковать. Повторяю, люди должны видеть, что вы говорите своими устами, а не отдаете эту честь кому-то другому.

Придет время, когда вы ощутите силу и уверенность в решениях. Вы — женщина молодая и еще наивная, однако неглупая, уж простите мне эти слова. Но я наблюдал за вами весь этот год…

— Наблюдали? — королева в удивлении приподняла брови.

— О нет! — воскликнул Радкис, кажется, поняв, о чем подумала Ее Величество. — Я не следил за вами, просто делал некоторые выводы из вашего поведения. На свадьбе вы светились и явно были счастливы, стало быть, ожидали любви вашего супруга. После, когда узнали о сопернице, стали печальны, но не начали интриговать, не повели себя взбалмошно и не пытались избавиться от любовницы государя.

— К чему мне было всё это? — Лания пожала плечами и отвела взгляд. — Он ясно дал мне понять, где проходят рамки дозволенного. Мне было больно, однако ссориться с супругом я не желала. Может, между нами и не было чувств, но спокойное сосуществование и некоторое уважение все-таки присутствовало. К чему бы привело всё то, что вы перечислили, предсказать невозможно.

— Вот о том я и толкую, — кивнул советник. — Вы разумны, и это дает надежду на такое же разумное правление, а потому мой выбор остается неизменен — я на стороне законной власти. И поэтому я здесь и говорю вам всё это, Ваше Величество.

— Ваши слова ценны для меня, — устало улыбнулась Лания. — Поверьте, это так.

Она ненадолго замолчала, осмысливая происходящее. Неужели богини услышали ее, и они послали молодой королеве того, кто и вправду думал о ней, ее ребенке и королевстве? В ком можно не искать подвоха? Слова графа, кажется, шли от души… или нет? Может, и он ищет выгоды? Только умней, чем прочие. Пытается отодвинуть остальных советчиков и занять то самое место возле трона, с которого хочет согнать герцога Вилленского?

Да, отец и вправду желал власти, иначе не устраивал бы интриг, чтобы выдать дочь за короля, да и сейчас… И все-таки это был родной отец, который в глубине души любит свою дочь и не станет ей вредить. А граф Радкис — совершенно чужой ей человек… Но его слова легли ей на сердце и нашли отклик.

Наверное, молчание уже сильно затягивалось, потому что советник, подождав, поднялся с кресла. Он поклонился.

— Не стану вас утомлять, государыня, — произнес он. — Должно быть, вы хотите обдумать нашу беседу, и это верно. Я не стану вам докучать. Позволите ли оставить вас?

Королева вновь указала на кресло.

— Не спешите, ваше сиятельство. Раз уж мы начали этот разговор, то и продолжим его. Что еще вы можете мне посоветовать?

Советник в очередной раз вернулся на свое место. Он с минуту смотрел на свою новую госпожу и вдруг улыбнулся. В этой улыбке не было ни лукавства, ни иронии, ни некоего превосходства. На графа, чьи волосы уже начинали седеть, смотрела совсем юная женщина, которая могла бы быть его дочерью, если бы богини распорядились иначе. И эта женщина смотрела на советника настороженным взглядом, в котором все-таки таилась надежда.

Королева была готова внимать. Она отчаянно нуждалась в руке помощи, за которую могла ухватиться и довериться. И вот этот вот взгляд, в котором так ясно читалась мольба: «Не обманите моего ожидания, будьте мне другом», — и вызвал добрую, даже теплую улыбку графа Радкиса.

Однако Лания его не поняла и потому отвернулась и досадливо поджала губы. После поднялась на ноги и остановила советника прежде, чем тот успел вскочить с кресла следом за госпожой:

— Не вставайте, ваше сиятельство. Нас никто не видит, и потому никто не упрекнет вас в неуважении. Мне же легче слушать вас, прохаживаясь по гостиной, и ради того, чтобы вам не пришлось стоять, я усаживаюсь напротив вас. Оставайтесь в кресле и говорите, я вас слушаю.

— Как прикажете, Ваше Величество, — не стал спорить советник, и королева вернулась к окну.

Так ей было легче спрятать эмоции, а сейчас именно это и хотелось сделать. Лания всё еще не пришла к выводу, как относиться к этому человеку. Однако избавиться от него по-прежнему не хотелось.

— Кажется, моя улыбка обидела вас, — произнес Радкис, не сводивший взгляда с вдовы. — Простите меня за нее, государыня, если и вправду задел. Я не таил злого умысла и не насмехался над вами. Это было всего лишь… — он замялся, пытаясь подобрать слово. Лания полуобернулась, ожидая ответа, и граф все-таки произнес: — Умиление. Вы так юны, чисты и показались мне трогательной и уязвимой, что я на миг позволил себе увидеть в вас дочь. — Вдова окончательно развернулась к нему и теперь не сводила взгляда. Советник порывисто поднялся на ноги и, прижав ладонь к груди, воскликнул: — Богинь ради простите меня, Ваше Величество! Я вовсе не хотел показаться вам непочтительным…

— Я не оскорблена, ваше сиятельство, — приподняв руку, Лания остановила порыв Радкиса. — В чем-то ваши слова мне даже приятны. Но продолжим. Так что же вы хотели мне посоветовать еще? И присядьте, хватит уже этих подпрыгиваний. Может, однажды я и превращусь в ярую поборницу этикета, но сейчас я слишком растеряна, чтобы обращать внимание на все эти мелочи. Да и королем я еще быть не привыкла, — она невесело усмехнулась и вновь отвернулась к окну. — Говорите, дорогой граф, я вам внимаю.

Радкис чуть помялся, после коротко вздохнул и, вернувшись в кресло, наконец заговорил. Впрочем, теперь он ощущал неловкость и потому слова его прозвучали осторожно:

— Мои советы касаются людей, Ваше Величество.

Лания вновь усмехнулась и спросила:

— Хотите рассказать мне о тех, кто окружает меня? Кому стоит доверять, а кого лучше удалить от Двора?

— Я готов высказать свое мнение, государыня, о тех, о ком вы спросите, — ответил Радкис. — Сам я наговаривать или хвалить кого-то не намереваюсь. Полагаю, что ваши слова вызваны тем, что подобные разговоры вам уже довелось слышать. — Королева не ответила, и граф продолжил: — Я хотел сказать несколько иное.

— Говорите, — устало произнесла Лания.

— Если не сочтете за дерзость, то я бы высказался о ваших родственниках. И о тех, в ком родная вам кровь, и кровь королевская.

— Выскажитесь, — кивнула Ее Величество. — Я вас слушаю, ваше сиятельство.

Она наконец отошла от окна, но не вернулась в кресло. Обняв себя за плечи, королева неспешно зашагала по гостиной. Советник проследил за ней взглядом, прочистил горло и произнес:

— Ваш отец — человек деятельный, но чрезмерно самолюбивый и, уж простите, бестолковый, если дело не касается его личной выгоды, в этом случае он становится подобен охотничьему псу. Выгоду чувствует издалека. Он жаждет власти, жаждет возвышения и заботиться будет лишь о себе и своем сыне, вашем брате, как о своем наследнике. И, не касайся дело интересов королевства, я бы его не осудил. Однако на одной чаше весов амбиции его светлости, на другой государство. Меня заботит государство, и потому я советую вам не наделять вашего батюшку полным доверием. Он будет просить вас о голосе в Совете… — Королева бросила на графа быстрый взгляд, и тот кивнул, явно правильно оценив его. — Не отказывайте его светлости, но и не давайте полной свободы.