Чтение онлайн

— Но почему это может мне не понравиться? Это прекрасная новость!

— Боюсь, это не так. Я лично поговорила с Маркусом Персивалем, и он сказал, что нет ничего удивительного в том, что его отпечатки оказались на сахарнице, ведь он взял из нее несколько кусочков сахара, чтобы бросить в свою чашку чая. Как он выразился: «Какое в этом преступление?» К тому же я отдала и банку, и сахар на токсикологический анализ, и он показал, что следов аконита нет нигде — ни на стекле, ни внутри оставшихся кубиков. А значит, история с сахарницей зашла в тупик.

Джудит и правда не обрадовалась такому повороту событий, но постаралась не зацикливаться на этом.

Устроившись за столом, чтобы закончить кроссворд для «Таймс», она снова постаралась не думать об этом. Она поняла, что совсем не думает об этом, и во время своего вечернего заплыва в реке. И она определенно не думала об этом, когда села на свой велосипед и поехала в офис «Персиваль эстейтс», а затем притаилась на другой стороне улицы, чтобы дождаться Маркуса. Как только он вышел из офиса, она перебежала через дорогу и притворилась, будто они столкнулись случайно.

— Так как ваши отпечатки оказались на сахарнице? — спросила она вместо приветствия.

Маркус снисходительно улыбнулся, словно вопрос его совершенно не встревожил.

— Я положил немного сахара в свою чашку чая, — сказал он. — Так мои отпечатки там и казались. Я взял сахарницу, достал сахар и передал банку Джеффри. В этом нет ничего подозрительного.

— Есть, если учитывать, где сахарница оказалась потом.

— Да, полицейские сказали, что нашли ее в шкафу для документов.

— И на ней были только ваши с Джеффри отпечатки.

— Я уже объяснил, как мои отпечатки там оказались. И подумайте, если бы я действительно имел какое-то отношение к смерти Джеффри и использовал сахар, чтобы отравить его, то стал бы прятать сахарницу там, где ее так просто найти? Или оставил бы на ней свои отпечатки? Нет, то, что на сахарнице полно моих отпечатков, доказывает мою невиновность.

— Тогда как сахарница оказалась в шкафу для документов?

— Понятия не имею. Кто-то спрятал ее там.

— И не оставил на ней своих отпечатков?

— Это не так уж и трудно. После смерти Джеффри зал погрузился в хаос — кто-то мог взять сахарницу с помощью платка или бумажных салфеток, которые лежали на столе. А это доказывает, что вовсе не я веду себя подозрительно, а человек, который это сделал. Или, быть может, банку спрятал офицер полиции, которому не хотелось как следует осматривать место преступления?

— Звучит не очень правдоподобно.

— Правдоподобно или нет, но я могу уверить вас, что даже не прикасался к той сахарнице после того, как взял из нее свои два кубика сахара и передал ее Джеффри. Теперь мне и правда пора. У меня назначен просмотр дома, на который я не могу опоздать.

С легкой улыбкой Маркус направился вниз по Хай-стрит, а Джудит осталась стоять на тротуаре, глядя ему вслед. Она чувствовала глубокое разочарование, потому что у нее создалось четкое ощущение, что ответы Маркуса были слишком гладкими. Он как будто заранее придумал, что скажет. Хотя Джудит стоило признать, что его уже допросила полиция, и, возможно, нет ничего удивительного, что его слова казались хорошо отрепетированными.

— Что мы упускаем? — спросила Джудит у Бекс и Сьюзи позднее этим вечером, когда они стояли перед доской с уликами.

— Убийцу? — предположила Сьюзи.

— Мы знаем, что это мужчина, который хозяйничал на кухне, — Бекс указала на карточку, на которой было аккуратно выведено: «Светловолосый мужчина в очках и с козлиной бородкой». — Он убил Джеффри.

— Но Пол де Кастро — единственный человек, который мог им быть, — в это время сидел в кино, — сказала Сьюзи.

— Это лишь означает, что есть кто-то еще, — попыталась развить свою мысль Бекс. — Нам осталось понять, кто это.

— Справедливо, — согласилась Сьюзи. — Как обстоят дела со «следованием за деньгами»?

Бекс вздохнула.

— Каждый день после обеда я приезжаю в участок, чтобы помочь команде Таники изучить все коробки с документами совета. Но, если честно, я делаю это скорее ради того, чтобы сбежать из дома от Мэриан.

— Она настолько ужасна?

— Скажем так: копаться в пыльных коробках со старыми квитанциями куда лучше, чем проводить время с ней.

— Это несправедливо, что вас вытесняют из собственного дома, — заметила Джудит.

— Тут я с вами соглашусь. Но вы должны знать, что мы все еще не нашли в записях совета ничего, что указывало бы на финансовые махинации.

— Погодите, — сказала Сьюзи, не до конца веря подруге. — Хотите сказать, никто в совете неповинен в растратах? Вы не нашли ни одной неучтенной ручки?

— Насколько мы можем судить, нет. Всякий раз, когда мы проверяем бухгалтерские балансы, они сходятся.

— Ха! — фыркнула Сьюзи.

— Что-то не так?

— Даже если цифры сходятся, это не значит, что никто не ворует из бюджета.

— Но как тогда найти виновника? — спросила Джудит.

— Есть много способов нажиться на чужом, — усмехнулась Сьюзи.

Она положила себе в тарелку кусок морковного торта и зачерпнула ложечку дополнительной глазури из сливочного сыра. Бекс давно усвоила, что, когда она приносит домашний тортик на встречу с подругами, ей необходимо захватить для Сьюзи дополнительную баночку с глазурью.

— Если вы не смогли доказать наличие каких-то финансовых махинаций, то что вам удалось найти? — спросила Джудит.

— Немного, — призналась Бекс, пытаясь не обращать внимания на Сьюзи, пока та ложкой накладывала еще порцию глазури на свой кусок торта. — Городской совет работает хорошо, все процедуры выполняются в соответствии с уставом, и в документах нет ни намека на претензии.

— Даже когда дело касается Джереми и Джеффри? — уточнила Джудит.

— Какие бы споры ни вспыхивали между ними, они, очевидно, разрешали их во время собраний и не описывали их детально в документах. Если честно, мы ничего не нашли. Самое интересное, что нам удалось откопать, это папка с жалобами, которые, как мне сообщили, называются «зелеными чернилами».

— Зелеными чернилами? — переспросила Сьюзи, и из ее рта в разные стороны полетели крошки.

— Так их называют полицейские. Это письма с жалобами, написанные местными жителями. Совет получает одно-два таких письма — бумажных или электронных — в неделю.