Чтение онлайн

— Истинная леди. А то на этих орехах и мёде, — чуть пренебрежительный взгляд скользнул к Николь, — из королевы запросто можно превратиться в леди Конкордию.

Что я говорила? Абсолютно известная личность, эталон женских форм. Вот бы и мне чуточку её безразмерного обаяния, я бы… ух! Хотя грех жаловаться, платье в груди чуть-чуть тесновато и при нынешней худосочности подчеркивает аппетитную ложбинку.

— Совсем мяса нет? — не поверил граф Браун, впав в ступор.

Я ответила ему красноречивым взглядом. А чего ты ждал, господин хороший? У меня двадцать пять голодных ртов, а ближайший супермаркет за горной грядой. Не крыс же вам подавать на обед.

Сервировка выше всяких похвал: просто и со вкусом. Белые тарелки на красной скатерти, вычищенные столовые приборы, настоящие подсвечники вместо магических светильников, хрустальные бокалы и аппетитные блюда. Скудные. Но зато очень полезные! Здесь вам и стручковая фасоль, и гора бобовых, и картофельное пюре с запеченными грибами, салаты из редьки, редиса и морковки, несладкая овсянка с сыром, немного ветчины, которую как бы невзначай подвинули ближе ко мне. И даже моя гордость — фруктовая панна котта, пришедшаяся гостю по вкусу. Правда, и без того удивить учителя мы смогли сполна.

— Дети отобедают с нами? — поджал губы сэр Николас, не сменив к столу наряд.

От его некогда белых гольфов поднимались струйки пара.

— Мы обедаем вместе, — неужто и так не принято в педколлективе?

— Вероятно, в качестве исключения, — с пониманием кивнул мужчина, отдав свой берет подвернувшему Майклу.

Тот повертел головной убор в руках и впал в глубокую задумчивость. Берет же пал под стул. Но при рассадке вышла заминка: оказалось, что все забыли о втором госте, и стулья вместе с приборами кончились в считанные секунды. Его Ледничество остался стоять у входа, как зверообразный жутковатый лакей, вращая круглыми от стресса глазами.

Надеюсь, что именно от стресса, а не от злости.

— Зик, принеси графу Брауну стул. Элиза, сбегай за приборами, — я скомандовала тихо, радуя гостей вежливым и дружелюбным оскалом.

— Граф Браун? — слабо удивился новый учитель. — Я полагал, вы посыльный.

— Нет, но могу и послать, — с вяжущей любезностью ответил егерь, приземляясь по правую руку от меня, прямо напротив Николаса.

Под его извечными уличными лохмотьями оказался темный свитер под горло и добротный коричневый кафтан с посеребренными пуговицами. То ли во имя комфорта, то ли желая походить на цивилизованного лорда, но волосы мужчина собрал в тугой пучок на затылке, снова открыв светлое лицо.

— Вообще-то при дворе мужчины давно носят короткие стрижки, — как бы невзначай обронил Николас, отправляя в рот запеченную морковку. — Длинные волосы остались уделом прекрасных леди.

«Как и гольфы», — мелькнула веселая мысль, тут же найдя отражение в глазах Эдгара. Вот-вот ляпнет это вслух!

— Красота субъективна, — произнесла я загадочным голосом, отпив воды и изо всех сил сигналя правым глазом Рону, вздумавшему набить рот сыром.

Впрочем, этот давится хотя бы молча, в отличие от Лайлы, хапнувшей ложку горячего овощного бульона. А глаза-то как выпучила от ожога, мама дорогая… Или её просто под столом пнули?

Тяжелый вздох вырвался совершенно непроизвольно.

— Кроме вас, госпожа Аврора, — поспешил заверить лорд Николас. — Вы прекрасны абсолютно.

— М-м-м, спасибо? — мое величество чуть недоуменно улыбнулось. Ну, допустим, комплимент экс-королеве.

— Нет-нет, не скромничайте, — неясно чему с жаром возразил педагог. — Говорят, Его величество велел перевесить ваш церемониальный портрет с коронации в спальню.

— Это кто же такое говорит?

— Э-эм, — забавно смешался столичный франт. — Горничные.

— Понятно, — цинично усмехнулась прожженная тётка Люба.

Только сердце предательски заныло, вспоминая этих гадких горничных. Ай-ай, леди Аврора, как не стыдно лицемерить и упрекать честного разведенного мужчину за активную личную жизнь? Успокойтесь, отныне это не наше дело. К овощному бульону подали остатки вчерашнего хлеба, превращенного в сухари. Николь кинулась было мне помогать и накладывать в тарелку всего понемножку, заботясь об имидже королевы перед джентльменами, но получила строгий взгляд, приказывающий сидеть.

В этом замке никто никому не прислуживает из нужды, каждый сам за себя.

«У королевы должна быть прислуга, это нормально», — злилась внутренняя Её величество, сжимая воображаемые кулачки. «Нам помогали одеться и причесаться. Зачем лицемерить, если прислуга — это удобно?».

«Нам помогали потому, что платье без помощи не надеть и руки к волосам в нем не поднять», — категорически не соглашалась я. Воспитанная на советском равенстве и доли нелюбви к буржуазии, я подобному «служению» и привычке лебезить пугалась. Зачем обязательно бить поклоны и стремиться угодить там, где этого никто не просит? Пусть привыкают держать спину гордо и прямо.

Единственные, кого можно просить поухаживать за гостями во время трапезы, — это настоящие слуги, получающие зарплату. Но Ханна до сих пор на кухне, а у Эрмы второй день приступ Паркинсона, обязательно что-нибудь разобьет или разольет. Да и будем честны… Просить старушку прислуживать, когда у самих есть руки, ноги и голова? Не смешно. Про Клиру и говорить нечего, её вообще к людям выпускать нельзя — покусает.

— Позвольте выразить вам свои соболезнования, — лицо учителя приобрело печально-одухотворенный оттенок. — Такой беспрецедентный случай воровства в особо крупных размерах. СВБ стоит на ушах, министра образования уже три раза вызывали на допрос, министр жилфонда внезапно обнаружил у себя болезнь, не позволяющую его допрашивать без целителя третьего ранга.

— А казначей? — я живо переключилась на новости.

В сложившейся ситуации необходимо как можно больше знать о столице. Если планировать возвращение, хотя бы временное, на пару дней, то хорошо бы держать руку на пульсе событий. Глядишь, и подвернется повод просить себе послабление. Например, как свидетельнице совершенного казнокрадства. Почему нет? Будет суд, а я тут как тут: готова свидетельствовать, Ваша честь.

Точно, отличное решение!

— Пустился в бега, — учитель настороженно покосился на мою коварную улыбку.

— Не догнали? — хмыкнул лорд Браун, без энтузиазма ковыряя пророщенный маш.

— Пока ищут, — нехотя буркнул сэр, снова переключая внимание на меня. — Ох, госпожа Аврора, вы бы знали, с каким теплом вас вспоминает младший двор. Не далее недели назад я сам стал свидетелем разговора сотрудниц матримониального отдела, сокрушающихся о вашем уезде. Говорят, ныне совершенно невозможно работать. Кто, как не королева, задаст мотив торжества и составит график высочайших свадеб?

Младший двор? Мотивы торжества? Аврора, спасай!