Чтение онлайн

Открыв глаза, я еще раз оглянулась на спящую принцессу. Даже во сне она улыбалась. От ее счастья на душе становилось теплее. Кузина как никто заслужила быть любимой. Сколько слез было пролито ею из-за Карла, как самоотверженно она боролась! Брат всегда был крайне осторожен в чувствах. Ему понадобилось почти двенадцать лет, чтобы проникнуться симпатией к этой очаровательной девушке. Но обратного пути теперь не было. Я знала, что его любовь, если рождалась, то уже не могла умереть.

Я вдруг с грустью вспомнила о Марке, которого не видела почти два года. Мы были счастливы друг с другом, у нас росли замечательные дети... Пока еще было так. Но я совсем не была уверена, выдержит ли его любовь испытания, которые ждали впереди? Сможет ли он принять и понять меня такой, какой я была на самом деле? Вместит ли тот путь, которым нам суждено было идти через боль и бесконечные потери…

Горизонт постепенно светлел, и над миром, золотя небо тонкими лучами, занимался рассвет. Часов в семь, когда солнце упало сквозь стекло на мои руки, я сказала «аминь» и, задернув портьеры, спрыгнула с подоконника на пол. Нужно было потихоньку собираться, по крайне мере, сидеть без дела не осталось ни сил, ни времени.

Бесшумно проскользнув мимо спящего брата, я зашла в сокровищницу и прикрыла дверь. Мой внешний вид был далеко не последним пунктом в предстоящем спектакле – даже малые детали сейчас имели большое значение. Белый и серебряный цвета, изначально принадлежащие роду Валлора, надоели смертельно и совершенно не отражали того настроения, которым был пропитан воздух.

Перебрав несколько вариантов, я выбрала платье и костюм цвета крови. Ярко-алая ткань не только радовала глаз, но и давала намек тем, кто мог его увидеть. Пора было менять некоторые традиции. Переодевшись, накинула плащ, и выглянула в гостиную. Карл все еще сладко спал. Он чувствовал себя намного хуже, чем показывал, но меня обмануть было непросто, хотя я и старалась делать вид, что верю.

Ко времени, когда я вернулась, Али-Нари уже встала и спешно приводила в порядок прическу. На ее бедре красовалась новая перевязь с короткими ножнами. Было очевидно, что кузина решила следовать за нами.

– Доброе утро, - шепнула я, жестом предлагая перейти в спальню.

Она понимающе кивнула, и мы тихо вышли, прикрыв массивную дверь.

– Ты так и не поспала?
– нахмурилась она, скользнув взглядом по моему осунувшемуся лицу.

– Али, ты не поедешь с нами, - твердо сказала я, пропустив вопрос мимо ушей.

Ее янтарные глаза вспыхнули недоумением.

– Почему?

– У меня есть особое поручение, и доверить его больше некому.

– Но… - она выглядела такой несчастной, что стало не по себе. Увы, ради ее же блага, следовало забыть о родственных чувствах.

Покачав головой, я взяла принцессу за руку.

– Ты ведь знаешь, в какой опасности находится Параман? Кайл не может сейчас расправиться с ним, но его семья абсолютно беспомощна. Я дам людей, чтобы защитить Фло и детей. Это очень важно, понимаешь?

– Да, - девушка с готовностью кивнула и вновь положила ладонь на эфес меча. Этот воинственный жест, смотрелся в ее исполнении настолько трогательно, что я не удержалась и поцеловала кузину в щеку:

– Спасибо.

Мы сели на кушетку, оббитую белым бархатом, и немного помолчали.

– Что будет с моим братом?
– тихо спросила она, подперев голову ладонями.

Я отвела взгляд и пожала плечами.

– Не знаю. Лафаст сделал все возможное, остальное зависит от времени.

– А ты сама, что чувствуешь? Чем все это кончится?

– Я? Теоретически надежда есть всегда, - мне почему-то вспомнились горы и ястреб, парящий в небе. Помотав головой, я оборвала воспоминание.
– Если спрашиваешь про предчувствие… Знаешь, когда Миэль держал меня в плену, я не сомневалась, что погибну. Как видишь, этого не произошло. С тех пор, я просто живу. Не знаю, что ждет нас впереди. И, если честно, не хочу знать.

Принцесса облокотилась о стену и задумчиво посмотрела в потолок. Белый свод аркой уходил ввысь метров на десять.

– Скажи, - едва вздохнула она, - умирать страшно?

Я в замешательстве пожала плечами. Ее манера задавать неожиданные вопросы всегда заставала меня врасплох.

– Наверное, не страшнее, чем жить. Смерть похожа на сильную усталость, когда все становиться безразлично, и в тоже время душа наполняется сожалением, а время исчезает… Не думай об этом, Али, все будет хорошо.

Она, похоже, не поверила, но промолчала. Я понимала, как тяжело ей было отпускать Карла в тот момент, когда наш мир находился на краю катастрофы. Но выбор сейчас, не было, ни у кого из нас.

Звук моих шагов тонул в длинном ворсе ковра, но брат все равно услышал и повернул голову. Он уже не спал.

– Отдохнул?
– спросила я, подойдя вплотную к дивану.

– Я - да. А вот ты, как погляжу, всю ночь занималась самоистязанием.

Я рассмеялась и, наклонившись, поцеловала его в бородатую щеку.

– Не ворчи. Мы с Али-Нари уже давно на ногах. Отоспаться смогу и потом, а пока - дела, дела! Разве это не твое кредо?

– Мое. Наконец-то нашла образец для подражания?
– Карл откинул покрывало и со стоном сел.
– Какие у тебя еще дела здесь, если не секрет?

– Якир, - коротко объяснила я.
– Хочу разобраться с этим прежде, чем…

– Можешь не продолжать. Хотя времени у тебя будет достаточно и после. Не надо думать о плохом – это не самый лучших способ спланировать будущее.

Увидев краем глаза подошедшую кузину, я согласно кивнула и поспешила уйти. О Карле теперь было кому позаботиться - мне не следовало им мешать.

«Якир, Якир…», - с болью думала я, спускаясь по каменным ступеням. – «Что же мне с тобой делать?»

Мне вспомнились счастливые дни до войны, когда я была девочкой, а будущее казалось доброй сказкой. Юная, полная жизни и смеха, я рада была его вниманию. Он был галантен, мужественен, с ним всегда было интересно. Марк остался далеко, а я так хотела жить! Жить… Все мне было в радость: учеба, новые люди, впечатления. О проблемах, которые неумолимо надвигались со всех сторон, думать не хотелось - и Якир помогал в этом. Он был хорошим другом, благодаря ему, я стала чувствовать себя уверенней в родном и таком чужом для меня мире.

Я понимала, что обязана разобраться и постараться понять лорда так, как если бы сама находилась на его месте. Неужели лишь обида двигала им? Да, я принимала ухаживания, но никогда не давала прямого повода надеяться на нечто большее. И не лгала. Малодушествовала, но не лгала. Может быть, и в самом деле любила, а может, мне только казалось. Но его предательство задело сердце больнее, чем можно было ожидать. С таким грузом неясности я не хотела отправляться в Тир, из которого могла не вернуться.