Чтение онлайн

Улыбка быстро погасла. После обеда Неста дважды упражнялась в успокоении ума, но желанного спокойствия не наступало. Она думала о подарке Гвин и об испуганном лице Эмери, что-то почуявшей в темноте.

Неста сидела за столом, подперев подбородок ладонью, и смотрела в пространство.

Перед нею вдруг появилась кружка горячего шоколада и несколько песочных печенюшек.

– Спасибо, – усмехнулась она. От шоколада шел удивительный, густой аромат. – А можно разжечь огонь в камине? – тихо спросила она. – Только небольшой.

Дом мгновенно исполнил ее просьбу. В камине вспыхнул маленький костерок. Затрещало полено. Неста выпрямилась, позабыв про угощение. У нее свело живот.

Это трещало полено в огне, а не отцовская шея. Взгляд Несты переместился на деревянную розу, которую она поместила на полку над камином, рядом с фигуркой дородной женщины, воздевшей руки с зажатой в них луной. Какая-то древняя богиня; возможно, даже сама Матерь. Неста не раздумывала, почему оставила розу здесь, а не забросила в ящик комода.

В очаге треснуло еще одно полено. Неста вздрогнула, но осталась сидеть, глядя на деревянную розу.

Неужели она проживет оставшуюся жизнь как Эмери, постоянно оглядываясь через плечо на тени прошлого? Ей вспомнилось испуганное, измученное лицо подруги. Неужели и у нее бывает такое же лицо?

Она достойна большего. И Эмери тоже заслуживала большего. Шанса жить без страха и боли.

Надо попытаться. Прямо сейчас. Взять и повернуться к огню.

Опять треск полена. Неста скрипнула зубами, мысленно приказав: «Дыши. Вдох на шесть счетов, задержка и выдох тоже на шесть».

Она дышала и считала.

«Это всего лишь огонь. Он напоминает тебе об отце и об ужасном событии. Но огонь – не отец, и хотя тебе неуютно, ты можешь преодолеть это чувство».

Неста сосредоточилась на дыхании. Заставила себя расслабить каждую напряженную мышцу, начав с лица и добравшись до пальцев ног.

«Это огонь, – продолжала твердить она. – Он вызывает у тебя неприятные ощущения, и потому ты так себя ведешь. Но с помощью дыхания ты можешь преодолеть это состояние. Можешь его проработать».

Ее тело почти не расслабилось, но она никуда не убегала из комнаты, стойко выдерживая близость огня, пока дрова не превратились в угли, а те не погасли.

Неста не знала, почему ей хотелось плакать, глядя на искры. Почему затем ее захлестнула гордость. Возникло другое желание: смеяться и кружиться по комнате в танце. Она не сделала ничего особенного. Просто сидела у огня, но… она выдержала. Высидела.

Она не струсила. Выдержала поединок с огнем и осталась жива.

Пусть это было несопоставимо со спасением мира или командованием армией, но она сделала первый шаг. Точнее, шажок.

Неста вытерла глаза и оглядела свою тихую комнату. Вдруг увидела цепочку сосновых веточек, тянущуюся к открытой двери.

Она встала.

– И как это понимать? – спросила она у Дома, выходя в коридор.

Хвойная дорожка тянулась по коридору, шла вниз по лестнице, затем по другому коридору до самой библиотеки.

– Куда мы направляемся? – спросила Неста у струи теплого воздуха.

К счастью, в библиотеке было пусто. Ушли даже «совы», и потому никто не видел, как она спешит вдоль зеленой дорожки, спускаясь по пандусу все ниже и ниже. До самого седьмого яруса.

Дорожка обрывалась на границе сумрака и тьмы. Неста резко остановилась.

В темноте мелькнул огонек. Потом еще один и еще. «Иди дальше, не бойся», – говорили ей огни.

Неста поглубже вдохнула и углубилась в темноту.

Огоньки оказались маленькими свечками, какие ставят на стол во время чайных церемоний. Однажды она вместе с Фейрой спустилась сюда и столкнулась с ужасами. От той поры не осталось и следа. Только перемигивающиеся огоньки, звавшие ее спуститься на самые нижние ярусы. На самое дно.

Неста продолжала спускаться, пока не очутилась на дне. Там горел небольшой фонарь, тускло освещая ближайшие ряды книг. Остальные тонули в темноте.

С колотящимся сердцем Неста взяла фонарь и стала всматриваться в темноту. Сюда не проникал фэйский свет библиотеки. Это было сердце мира. Сердце бытия.

Сердце Дома.

– Значит… – Ее пальцы плотнее сжали ручку фонаря. – Эта тьма и есть твое сердце.

В ответ Дом бросил к ее ногам сосновую веточку.

– Подарок ко Дню зимнего солнцестояния. Для меня.

Ей показалось, как теплая рука провела по ее шее.

– Но твоя тьма… – От удивления ее голос звучал мягче обычного. – Ты пытался мне это показать. Показать другим… кто ты есть в своих потаенных глубинах. Показать то, что не дает тебе покоя. Ты пытался показать им все эти темные, сломанные куски, потому что жрицы, Эмери и я… Мы такие же, как ты.

У нее сдавило горло. Дом сделал ей изумительный подарок. Подарил знание.

Она подняла фонарь повыше и задула пламя, позволив тьме окружить и окутать ее.

– Я не боюсь, – прошептала она в темноту. – Ты – мой друг и мой дом. Спасибо, что поделился этим знанием со мной.

И вновь Неста ощутила призрачное прикосновение. Дом погладил ей шею, щеку и лоб.

– С Днем зимнего солнцестояния, – сказала она этой прекрасной, хрупкой темноте.

57

В былые годы Кассиан с нетерпением ждал Дня зимнего солнцестояния. Причин для этого хватало, начиная с трехдневной попойки в кругу семьи и кончая веселым сражением на снежках с назваными братьями. После снежного побоища они парились в березяке – иллирианской бане – и продолжали пить, пока все трое не падали и не засыпали как попало. Однажды он проснулся… блондином и не сразу сообразил, что на нем парик. Только парик и гирлянда из хвойных веточек, повязанная вокруг чресел на манер набедренной повязки. От гирлянды у него возник дикий зуд вокруг причинного места, но это были пустяки по сравнению с тяжелым похмельем.

Прежде всего он любил День зимнего солнцестояния за возможность посидеть рядом с теми, кем он так дорожил в жизни.

В этом году, как и в прошлом, канун праздника вызывал у него отвратительное ощущение, схожее с бурлящей кислотой.

Двор кошмаров, как всегда, утопал в праздничном убранстве, подготовленный к торжеству, которое продлится три дня подряд и захватит самую длинную ночь в году. Каждый вечер там будут устраивать бал, и на первом Несте предстоит танцевать с Эрисом.

Это время неумолимо приближалось.