Чтение онлайн

— Если та иезуитская дверь — портал, то где и как мы, Ника, ключ-то отыщем?

— Прецептор Павел знает лучше, но мне мыслится, ты сам должен отыскать среди своих знакомых человека-ключ…

Думаю, порочного мужчину-девственника…

— М-да… Девственника, говоришь? Это вряд ли… Да и кто их разберет, из рака ноги, сексологически?

— Я, конечно. Поверь, милок, кое-чему я научилась, достаточно долго общаясь с вашим братом.

Я ваше темное эпигностическое начало насквозь вижу. Едины во множестве. Без томографа и пальпации предстательной железы…

— Во! А порочная девственница сгодится? Есть у меня на примете одна такая…

— Может, пойдет и девственница… Что-то такое упоминалось у одного брата ноогностика в прошлом веке. Могу выяснить…

— Надеюсь, башку ее дурную сворачивать не надо? Девочка она симпатичная, хоть и лесбиянка, во всех содомских грехах, спереди и сзади…

— Нет, ее розовая плоть нам практически не понадобиться, только грешный дух.

Кстати, сгодится и гомосексуальный мужчина, если он не разу в жизни не входил в женщину…

— Нет проблем. Чисто голубых у нас нынче много. Все девственники, можно сказать.

И что с ними надо делать? Под пресс, а потом вместо ключа под дверь подсовывать?

— Зачем же? Ставим нашего порочного ключника или твою лесбушку-ключницу перед транспорталом и тремя динамис-лучами с истинным знанием инициируем ключ-объект. Освобождаем и оп-ля! ликвидируем его натуральную магию, принося в жертву не плоть, а дух.

— Без телесного членовредительства? Необратимой импотенции и прогрессирующей фригидности?

— Безусловно. Разве только наш объект слегка удивится, куда же девалась дубовая дверь с черепом, которую он на пару секунд увидит. Решит, померещилось.

— Так-то оно лучше. А то: чаша, черепушка, пепел… Правильно решили клероты. Старая дикость, она скверна и мерзость суть.

— Зато дикие старинные ритуалы надежны как грабли, неофит. Веками отработаны.

А из новомодной техногностической гуманности иногда черт знает что выходит. Опять же ретрибутивность тебе промеж ног мешалкой как воздаст…

Арматор Вероника выразилась чуть точнее, без эвфемизмов. Однако рыцарь Филипп привык к ее манере непринужденно общаться в хорошей компании и уже мысленно не вздрагивал, когда молоденькая фея, она же богиня любви вдруг загибала нечто невообразимое в девичьих устах.

А вот прецептор Павел совершенно не позволяет себе сквернословия. Да и на просторечие его наставник переходит исключительно в дидактических целях. Для доступности, образности и вящего усвоения учебного материала.

Слушая прецептора, Филипп нередко ловил себя на мысли: хорошо бы и ему самому дать себе зарок когда-нибудь избавиться от скверных и бранных словечек, чертыханий и молодежного жаргона. Но взять вот такое несказанное обязательство и неописуемое обетование он пока полагал совершенно невозможным.

Быть может, лет через пятьдесят или двести пятьдесят в возрасте Пал Семеныча? До тех пор приобщаться к изысканной культуре речи ему следует постепенно, без революционных скачков и социальных переворотов.

"Не то враз можно постареть, лишиться молодости, ежели начать студентом шарить под интеллигента.

"Верняк, в сержантской младости наш Булавин сын Семенов заворачивал будь здоров на обе корки. В армии без командного матерного языка нипочем не обойтись.

Грех, конечно, но его и замолить недолго. Прости, Господи…"

В очередной раз послав к черту, а также гораздо дальше и глубже подготовку к итоговому семинару по основам культуры речи и художественного воспитания учащихся, Филипп перешел в режим закрытой связи в сети конгрегации.

"Почему бы от глупой теории не перейти к умной практике?"

— Пал Семеныч, прошу простить, если побеспокоил, решил, понимаете, скорость коннекта проверить, а то Ника зудит, мол у меня комп — отстой, слету кодирует-декодирует презадумчиво, — Филипп передразнил скороговорку арматора.

— Рад вас видеть и слышать, мой друг. По-моему, Вероника Афанасьевна немного преувеличивает.

Однако ж, давайте проверим и поболтаем полчасика. Вам ведь надо вскоре отправляться на занятия в институт. Простите, в университет.

— Какая разница, Пал Семеныч? Пед и бред.

— Почему же, мой друг? Вашу недоношенную педологию-педагогику, недоразвитую национал-идеологию по вредоносности не стоит сравнивать с мощным идеологическим оболваниванием студентов в советские времена. Тогда добрая половина академических часов в вузах гуманитарного профиля приходилась на разные лжеименные марксизмы-ленинизмы.

Помню… А Бог с ними!

Как у вас коннект, Фил Олегыч? — озабоченно спросил прецептор Павел. Вспоминать недавнее темное прошлое, очевидно, ему не очень-то хотелось светлым майским утром.

— Нормальный реал-тайм, Пал Семеныч. Я помню времена, когда я сидел на далапе. Вот где был дозвон, отстой и морока!

А тут красота, машинка летает, спасибо Нике. Малость видео плывет, когда вы по комнате ходите…

— Погодите, мой друг. Есть не только материально-технологические возможности слегка подправить сей нюанс. Как теперь?

— Пал Семеныч! Вот здорово! Картинка, словно на высоком разрешении. Вы что, нуль-связь с оптоволокном совместили?

— О нет, коллега. Тут несколько иные принципы задействованы, не столь научно-фантастические. Чуть-чуть моего ясновидения, гораздо больше вашего воображения, остальное — толика предустановленного ментального контакта.

Как видите, весьма прозаично. Никакой вам поэзии сверхвысоких информационных технологий.

Вы верите, что мы друг друга хорошо видим и прекрасно понимаем. Я в это верю. А наша вера двигает апперцепцией и совсем немного ускоряет аппаратную и программную часть нашей с вами логистики.

Другой коленкор, если бы мы не доверяли компьютерным технологиям или боялись их. Тогда бы у нас был не коннект, а слезы горькие.

И общались бы мы между собой с таким же трудом, материалистически преодолевая интеллектуальные предубеждения и социальные разграничения, подобно гражданам Великого Рима, не имевшим общей истиной веры накануне прихода Спасителя…

Как сейчас, мой друг? Коннект в норме?

— Еще как!!! Круче, чем виртуальный симулятор!

— По-другому и быть не может, рыцарь Филипп. Мы едины в нашей вере и в ожидании великих и богатых милостей от Вседержителя. Сие не так уж невозможно, я бы сказал, учитывая наши довольно существенные дарования духовные.