Чтение онлайн

делали, документация была при цехах, а потом ее сдали в архив завода.
– Как же сохранилась такая документация?
– Там в сейфе все... Техническая документация на здания завода, всей площадки, их изменения и реконструкция за все года существования предприятия. Вам надо из этой кучи отобрать свое.
– А накладные?
– Это в самом низу сейфа. Пачки скрученные проволокой. Там тоже надо разбираться. Здесь все бумаги по строительным работам. Расходы песка, цемента, кирпича на реконструкцию завода и то, что отправлялось на свалку.
– И все это хранилось столько лет?
– У нас есть инструкция. Архивные материалы категории "В" хранятся около сорока лет, потом уничтожаются. Другим категориям, сроки сокращены. У меня в голове все перемешалось.
– Варя, я могу с вашей помощью попытаться ограбить ваш архив? Она мило улыбнулась.
– Это я вам предлагаю его ограбить. Хочу помочь. Аня мне рассказала почему нужен

вам такой материал. Поверьте, я за...
– Когда мы можем об этом обговорить подробно?
– Я думаю, через два дня. Еще раз все проверю и мы встретимся...
– У меня дома, - подсказала Аня.
– У Ани дома.
– Согласен, - я поднялся.
– Извините, девушки, мне пора на работу. Огромное вам спасибо. До свидания. Я весьма нежно потряс каждую ручку. Колька Басманов, как сыч, сидит надо мной и следит, чтобы я не упер ни одного листика из архива редакции.
– Коля, а где копии моего материала, те что два года назад...?
– Видишь ли, старик, у меня была милиция, они искали подтверждение, что ты был на побережье в тот день, когда там была изнасилована девочка. Все твои бумаги опечатали и унесли.
– А где, же документы и старые газеты по побережью?
– Продал.
– Как продал?
– Да так. Редакция очень нуждалась в деньгах, а тут пришел ко мне один парень, представился писателем и предложил для своей книги купить часть архива по состоянию водного бассейна залива. Сам отобрал какие нужны документы и заплатил бешенные деньги.
– Коля, ты рвач?
– Брось... У меня все документировано, все приходы, все расходы. Меня не в чем обвинять. Сейчас вся информация продается и покупается.
– Не в этом смысле. Ты ради денег теряешь больше, чем приобретаешь.
– Попробуй сам, каждый день выкручиваться здесь, - обиделся он.
– Коля, хочу тебя спросить еще об одной вещи. Помнишь, кто-то спер при Семеныче статью, мою статью. Не ты ли это сделал?
– Это не я, старик.
– Врешь.
– Не вру.
– Ладно. Я-то тебе все равно не верю. Мне нечем у тебя поживиться, но статью я все равно напишу, попробуй только отказаться ее напечатать. Мы собрались у Ани. Варя скинула плащ и я увидел очень стройную и красивую фигуру.
– Как дела мальчики, девочки?
– спросила она нас с порога.
– Пока все без изменений.
– А у меня много чего есть вам рассказать. Она плюхается на стул и вытаскивает из сумочки стопку бумаг.
– Войти на территорию предприятия, взломать сейф и удирать с завода, я знаю как.

Все изучила и по моему нашла выход..
– Вот не предполагал, что войти и выйти так легко.
– Просто надо знать свое предприятие. Ты войдешь, как и все нормальные люди по пропуску в отдел сбыта, дальше... спрячешься в укромных местах и... потом выйдешь ночью через забор.
– Э... Меня потом сразу по корешку пропуска усекут. Выходного листка то нет...
– Почему нет. Мы его отметим в отделе снабжения, а потом... подсунем в общую пачку в проходной, это сделаю я. Да у нее все продумано, ну и голова.
– Как же я выйду через забор?
– Завод находится на полуострове. С одной стороны его залив, с другой канал. Там

со стороны канала есть пирс со строящимися гидросамолетами, здесь и должна состояться ваша встреча с Аней. Она должна подплыть на лодке...
– А охрана?
– Охрана, как охрана. Ее будки в начале и в конце канала. Даже если и увидят что

то, Аня переправит лодку на тот берег, а там территория яхт клуба и выставки, можно затеряться... Только надо найти место высадки, где разрушены плиты канала.
– Тогда перейдем к подробным деталям плана. Я сумела достать паспорт на чужое имя. Нужно только переклеить фотографию. Я начинаю восхищаться этой женщиной. Я вхожу в проходную завода и смело направляюсь к окошечку бюро пропусков.
– Мне в малое предприятие "Аскорд" к директору Малышеву.
– Заявка на вас есть?
– спрашивает усталая женщина.
– Да. Она капается в стопке бумаги и вытаскивает нужный лист.
– Ваш паспорт. Протягиваю ей фальшивый паспорт на имя Ковалева Виктор Ивановича. Она не глядит на меня, быстро заполняет бланк.
– Где работаете?
– В строительном управлении номер 5.
– Понятно. Пропуск готов и я с тревогой в душе иду к прозрачным кабинкам охраны. Поверят ли

они, что паспорт настоящий. Вот она грязная, захламленная территория бывшего завода, когда-то работавшего с ядерными отходами в нашем городе. За углом первого закопченного корпуса меня встретила Варя.
– Саша, ну как?
– Прошел.
– Давай свой пропуск, я его отмечу и сдам.
– Я отдаю ей клочок бумаги.
– Теперь иди за мной. Она ведет меня между корпусами и наконец мы входим в кирпичное двухэтажное строение.
– Куда это мы пришли?
– Отдел главного механика, здесь народа теперь мало, уволили больше половины. Я тебя спрячу в одном из пустующих помещений. Мы забираемся на второй этаж. Варя подводит меня к одной из дверей и достает ключи.
– Вот сюда.
– Сколько мне здесь сидеть?
– Часов десять.
– Я не выдержу... мне и сходить кое-куда надо...
– Ты сначала зайди, а потом шуми. Тс... Она открыла двери и, затолкнув меня внутрь помещения, сама втиснулась за мной, быстро прикрыв дверь. Мы стоим в темноте и я чувствую дыхание Вари. За дверью слышно шарканье ног. Мимо двери проходят двое человек, слышны их голоса.
– Совсем развалился завод. И чего только смотрят в министерстве?
– При чем здесь министерство. Рыба воняет с головы... Шаги удаляются. Варя в темноте нащупала мой рукав.
– Не дрейф. Если заснешь, очень-то не храпи. Я приду за тобой. Жди. Там дальше на стенке выключатель. Найди его. Она опять открывает двери и исчезает за ней. Слышен скрип замка. Я стал ощупывать стенки и тут ударился боком обо что-то твердое. Нащупал раковину, потом еще одну, уперся носом в еще одну поперечную стенку и пройдя вдоль нее, действительно попал пальцем в кнопку выключателя. Свет неожиданно обрушился с потолка. Я находился в запущенном туалете. Окно заколочено фанерой, толчки ржавые, а стульчаки покрыты плесенью. Попробуй подремли здесь... десять часов... с ума можно сойти. Правда мне не привыкать, в тюрьме я получил закалку в карцерах, просиживая в них сутками. Зато Варя права, по нужде есть куда сходить. Она пришла неслышно. Я в это время действительно подремывал на толчке, подложив под себя выломанный подоконник. По носу пришелся щелчок.
– Ты как здесь?
– Скучновато...
– Уже пора. На ней резиновые сапоги, через плечо перекинута сумочка.
– Я здесь взяла фонарики..., - кивает она на нее, - и тебе перчатки. Одень их сейчас. На улице очень темно. Редкие фонари бросали качающиеся тени на блестящую от грязи землю. Варя уверенно ведет меня по территории предприятия. У здания заводоуправления она задерживается.
– У стены лом. Возьми его, - шепчут губы. К стене действительно приставлен тяжелый лом. Я взваливаю его на плечо и мы опять крадемся вдоль здания. У двери с большим замком Варя останавливается.
– Сковырни его. Я поддеваю ломом дужку замка и кручу сталь по спирали. Петли выползли с гвоздями

и все рухнуло на землю. С трудом, используя лом, я с открыл дверь.
– Куда мы пришли?
– На черный ход. Варя первая пролазит в щель, я за ней. Сначала было темно, но вот свет дежурных лампочек высветил ступеньки. Мы уверенно выходим в коридор и у железной двери с надписью "архив", Варя останавливается. Она вытаскивает из сумочки ключи и ловко

открывает их, потом достает фонарики.
– Только не свети на окна. Мы идем вдоль стеллажей к огромному железному шкафу.
– Вот он, - тыкает в него фонариком Варя. Я внимательно изучаю сейф. В железе только одна скважина, по виду, для весьма солидного ключа.
– Придется попотеть, - тяну я. Снизу лист железа хорошо отгибается. Я поддел его ломом и стал выгибать наверх и

вскоре искорежил лист до замка, завернув его боком, тоже сделал с верхним концом. Влезаю в отверстия и выбрасываю пыльные папки на пол. Варя подсвечивая фонариком каждую, выискивала то, что надо.
– Где накладные?
– встревожился я.
– Тихо. Они во второй половине сейфа, Здесь мне было легче. Две стальные щеколды вверху и внизу, достал рукой через отверстия и откинул в сторону. Вторая половика двери легко отошла в сторону. Внизу, под последней полкой, действительно, скрученные проволокой почти сгнившие

пачки накладных. Они набиты так плотно, что я сначала не смог их выковырять от туда. Пришлось разорвать первую пачку и за счет ее, выковырять другие.
– Скинь папки, - просит Варя. На полу, мы протираем на коленях брюки. Мне в руки попадается толстая старая папка, на ней еле-еле высвечивается надпись: "Проект вспомогательных цехов 113 и

114".
– Варя, это они? Она выхватывает ее у меня и быстро рвет завязки.
– Подсвети. В папке кальки, Варя просвечивает первый лист на свет фонарика.
– Они. Здесь даже разъяснения. Вот и первая фраза: "Цех 113, переработки жидких отходов сырья "Р" в твердые материалы." - Варька, ты золото.
– Тихо. У нас мало времени. Ищи накладные. Мы буквально рвем проволоку, чтобы вскрыть пачки. Вдруг она вскрикнула.
– Смотри, дата 1957 год. Я беру один из листков. При подсветке двух фонариков пытаюсь разобрать, что там написано. "23 июня 1957г. .....................................НАКЛАДНАЯ ОТ: Цех 114 п/я34846 КОМУ: СУ-14 г. Ленинград. МАТЕРИАЛ: Бетонная щебенка - 4 тонны. ( Место приемки: прорабская СУ, ВО Наличная... ) СДАЛ: Мастер цеха 114: ..................../Иванова.Г.Д./ ПРИНЯЛ: Прораб СУ-14:.................../ Карамейко Н.П./" - Есть! Это то, что нужно, ищи пачки за другие года... Но пачки ниже 1957 года мы не нашли, только за 1958 год и 1959.
– Нам пора сматываться. По времени, Аня уже должна ждать нашего сигнала. Я вытягиваю из-за пазухи тряпочный мешок. То что нашли, все складываем туда. На улице начал моросить дождь. Варя почти бежит к каналу, я спешу за ней. На самом берегу, она достает фонарик и начинает мигать в темноту, где-то далеко внизу, мелькнул ответный огонек. Осторожно крадемся вдоль берега. Недалеко от площадки с вертолетами, увидели на воде медленно продвигающийся темный предмет, плеснулась вода.
– Аня, мы здесь.
– Прыгайте. Я подведу лодку. Слышен стук борта о камни набережной. Первой ползет Варя, я придерживаю ее за руку, помогая спустится вниз.
– Прими мешок. В это время, сзади раздался окрик.
– Кто здесь? Я выпрямлюсь и поворачиваюсь. Передо мной местный охранник в старой поношенной фуражке и полувоенной форме. В слабом свете дальних фонарей, я его лицо плохо разглядел. Он торопливо лезет в кобуру и тут я двинул ему в скулу. Мужик споткнулся и рухнул на спину. Теперь я цепляюсь по каменной стене канала и ползу

вниз. Валкая лодка встретила креном.
– Осторожней, - вскрикнула Аня.
– Быстрей от сюда. Нас засекли. Ощупью сажусь к Ане и перехватываю у нее одно весло. Мы гребем и тут слышим крики с берега завода.
– Аня, жми. Я огромными гребками налегаю на весло. Лодку от этого понесло к тому берегу.
– Где здесь слом...?
– Он дальше, - слышу голос Вари. Лодка скребет вдоль стенки канала. На том берегу вдруг взвизгнула сирена и вспыхнул прожектор. На наше счастье он светил вдоль берега.
– Кажется здесь, - слышен голос Вари, - стойте. Отблеск света выхватывает ее полусогнутую фигуру, почти опирающуюся на камень стенки. Я торможу веслом.
– Лестницу нашла?
– Да.
– Ползи первая. Варя ползет по ней наверх. Только ее ноги исчезают наверху, слышу ее голос.
– Кидай мешок.
– Аня, придержи лодку. Здесь кольцо. Аня приподнимается и хватается за что-то. Я нащупываю на дне лодки мешок.
– Держи. Мешок полетел на верх.
– Все в порядке, взяла, - слышится голос сверху.
– Аня, теперь ты, лезь... Я приподнялся и ухватился за какой-то выступ стены. Аня вцепилась в лестницу и медленно поползла... Свет прожектора вдруг стал отклонятся и упал на воду канала. Он сначала осветил выход у гребного бассейна, потом пополз к заливу.
– Аня, быстрей. Ноги Анины уже исчезли. Я перехватился за лестницу и оттолкнул лодку. И вдруг яркий свет задержался на мне.
– Вот он. Стой, стрелять буду, - слышен крик на том берегу. Я торопливо ползу на верх. Грохнул выстрел. Рядом со мной замелькали искры, взвизгнула рикошетом пуля. Наверху чьи-то руки тащат меня за рубаху.
– Да ложитесь вы, черти. Стреляют. Но черти не ложатся, они, пригибаясь, бегут к ближайшим деревьям. Я, подхватив с

земли мешок, мчусь за ними. Сзади раздается еще один выстрел. Теперь мы несемся между деревьев, пробегаем мимо застывшей на постаменте подводной лодки и на Наличной улице видим застывший старый "москвичок".
– Сюда.
– зовет нас Аня. Только через четверть часа, пришли в себя.
– Господи, как я испугалась, - говорит Варя, - когда начали стрелять, думала все...
– Зато, молодец, бежала как заяц.
– Неужели мы сделали это?
– Сделали. Поехали ко мне, разберем, что мы там достали. У себя в комнате, я инструктирую Варю.
– Завтра у вас на заводе будет великий шмон, постарайся быть внимательней.
– Да уж это наверняка.
– Три-четыре дня ни мне, ни Ане не звони и не пытайся встретится. Живи пока тихо.
– Поняла.
– Аня, уже поздно, быстренько разъезжайтесь по домам.
– Хорошо. Поехали, Варя. До свидания, Саша. Я отпросился у мастера на трое суток. Собрал дома вещи и уехал в Москву. В издательстве "Независимой газеты" добился на прием к редактору.
– Вы настырный молодой человек, - ворчит пожилой человек.
– У меня совсем нет времени. Неужели вы думаете, что ради какой-то, новости, я буду отрываться от этого кресла и бежать черт знает куда...
– А на серьезные вещи, вы реагируете по другому.
– Что значит, серьезные? Вы террорист, киллер, ограбили банк или взорвали пол земного шара? По физиономии вижу нет. Так что вам надо?
– Прочтите, пожалуйста. Я кидаю рукопись на стол. Он небрежно берет и с видом обреченного человека начинает читать. Оторвался через пол часа. Бросил бумаги на стол и задумался.
– В Петербурге печатать боитесь?
– Боюсь. Там почти все газеты "схвачены".
– А нас подставить не боитесь?
– Вы же уже битые.
– Здесь я вижу в конце статьи, написано - продолжение следует. Есть продолжение?
– Вы согласны напечатать?
– Согласен.
– Тогда держите вторую часть. Достаю из чемодана еще одну рукопись. Теперь редактор хватает с жадностью и прочитав, хмыкает.
– Да, не повезло губернатору. Такой мы ему кол вставим... Я напечатаю, обе статьи напечатаю. Вы сейчас куда идете? В гостиницу?
– На Лубянку.
– Ого. На Коняева жаловаться?
– Нет, на полковника ФСБ Моисеева.
– Постойте, Моисеев... Это начальник отдела..., как же номер..., в общем неважно. Что натворил он?
– Помогал Коняеву совершить самые гнусные дела. Вплоть до убийства.
– Ничего себе. Чего же ты молчишь? Я тебе сейчас организую в помощь опытного журналиста. Пусть опишет это.
– Это потом, а сейчас - Лубянка. Меня принял майор, любезно поздоровался, представился и предложил кресло.
– У вас какое дело к нам?
– Я хочу рассказать вам одну историю, в которую попал я. Погибла моя жена, меня чуть не расстреляли, а я совершил, почти уголовное дело. Если хотите, запишите все на магнитофон.
– Вы обращались по этому делу в органы МВД.
– Да. Но здесь замешано ФСБ. Последние слова заставили его напрячься.
– Хорошо. Рассказывайте все. И я рассказал, как мне досталось наследство дяди, как Конев пытался правдами и неправдами достать его документы, как сюда вмешался тогда еще подполковник Моисеев и его люди ограбили квартиру, как убили Тасю и засадили меня в тюрьму. Он ничего не перебивал, не уточнял, выслушал все внимательно и в конце спросил.
– У вас есть какие-нибудь доказательства непосредственного участия полковника Моисеева в грабеже?
– А вы придите к нему домой, там увидите корону графини Вревской, старинное оружие и даже картины Наполеоновских войн, все это вещи дяди, похищенные у нас.
– Вы их сами видели?
– Мне об этом рассказал один любитель коллекционер, а они-то знают, какие ценности находятся друг у друга.
– Старик в тюрьме прямо так вам и сказал об участии полковника в вашем аресте?
– Это не только он сказал, это так же подтвердила свидетельница, которую обрабатывали по приказу Моисеева, дать против меня показания.
– Я все понял. Вы сейчас где остановились?
– Я сегодня вечером наверно уеду в Петербург.
– Хорошо. Спасибо за информацию. Мы все проверим и если это правда, полковник не

избежит суда.
– Если справедливость восторжествует, я хочу чтобы мне вернули мои вещи. Он кивает головой.
– Давайте ваш пропуск. Я отмечу. Молодой парень терпеливо ждет у входа.
– Вы Селиванов?
– Я.
– Меня прислал главный редактор, по поводу полковника...
– Как тебя звать?
– Сеня.
– Меня, Сашка, по кличке Смертник. Пойдем, куда-нибудь присядем, я тебе много чего расскажу. Но то, что я сегодня рассказал здесь на Лубянке, пока еще рано печатать. Это попозже. "Независимая газета" напечатала статью. В Петербурге начался скандал. По телевидению, замелькала фамилия губернатора и Коняева. Опять жители города заговорили о безобразиях на берегу залива. Вышла вторая статья, похоже это был конец Коняева. Его уволили из помощников губернатора, но... не посадили. Контракт компании "Век" с городом на постройку жилых домов вдоль залива, расторгли. Я выхожу с работы и сталкиваюсь с высоким парнем.
– Здорово, смертник.
– Ты?
– Узнал? Как не узнать? Это староста палаты, который продал меня в льготную тюрьму.
– Тебя выпустили?
– Выпустили, досрочно. Прибыл сюда и тут у знакомых коришей услыхал о тебе. Решил навестить.
– Что это за знакомые появились? Я никому здесь не представлялся.
– Есть такие. Говорят, тревожить их начал, вот они и рассказали о тебе.
– Не темни. Кто там послал тебя?
– Конюх.
– Понятно, что у тебя за кореши. И чего это Конюх вспомнил обо мне?
– Ты чего-то зашевелился, говорит он. Шеф хочет встретиться с тобой. У меня подпрыгнуло сердце, может это и есть тот нужный момент.
– Ладно. Я согласен. Когда?
– Я тебя попозже скажу.
– Договорились, Михась. Он же в миру Мишка.
– Значит. Помнишь еще... Я пришел к Ане и принес ей все документы, что мы украли на заводе.
– Я прочла статью, - в восторге говорит Аня.
– Здорово.
– Как там, Варя, не засыпалась?
– Нет. Но у них все как то прошло тихо. Она сама сейчас сюда придет и все расскажет. Действительно, прибежала Варя, она размахивала газетой.
– Какой ты умный, Сашка, здорово их прочистил, так их мерзавцев. Она обняла и поцеловала меня в щеку, потом смутилась.
– Как там на заводе? Что было после нашего грабежа?
– На следующий день наехала милиция. Долго копались в сейфе, составили акт и исчезли. Даже никого не допрашивали.
– Дай бог, чтобы все прошло. Аня, надо эти бумаги спрятать у тебя.
– Думаешь, еще не кончилось?
– Считаю, что все только начинается. Еще не сказало свое слово ФСБ.
– Ох, ты, - Аня передернулась, - Как мне хочется распять моего бывшего шефа на кресте и поджечь. Неужели не успею?
– Успеешь, будьте внимательны, девочки.
– Ты сейчас куда-то уходишь?
– Да. Воевать дальше. Посыльный появился днем. В окошко заглянула миловидная девушка.
– Простите, вы Саша?
– Я.
– Антон Антонович хотел бы вас увидеть сегодня вечером в ресторане "Сокол", около семи часов.
– Хорошо, я приду.
– До встречи, - она кокетливо улыбнулась и исчезла. Через два часа я отпросился у мастера уйти пораньше с работы и быстро помчался в