Чтение онлайн

— Удивила, подруга. Неужели наша девочка решила остепениться и завести семью и детей? — он улыбнулся каким-то своим мыслям и потер лоб. — Я рад за нее. Рад, что хоть с кем-то она сможет быть счастливой.

Я усмехнулась.

— Только она не хочет этого счастья и отталкивает его, как может, Вадь. — Я грустно вздохнула и отпила лимонад из стакана. На его дне плавали мята и кусочек апельсина, манящий своей мясистой цедрой.

Друг охнул.

— Она хочет сделать аборт? — его вопрос получился чересчур громким, и я потянулась было, чтобы закрыть ему рот. Однако Вадя и так все понял. — Извини. Просто это не укладывается в моей голове. Неужели она не чувствует ответственности за этого ребенка? Неужели в ней не просыпается ничего? Она же мать!

— Фактически, она пока только инкубатор.

— Какой еще инкубатор, Марина? Она что, последние мозги растеряла? — Вадя злился. Это было понятно и по тому, как резко было произнесено мое имя, и по тому, как сжимались его кулаки, и пульсировала вена на виске.

Кажется, идея начать этот разговор была не лучшей. Однако теперь я нашла единомышленника, и мы вместе могли бы повлиять на глупую дурочку, что решила совершить непоправимое.

— Я хочу поговорить с ней. — Вдруг выдал друг.

— По-моему, сейчас не лучшее время. — Внесла свое предложение я.

— А лучшего и не бывает.

***

— Алло. — Коша потер сонное лицо и нахмурился. — Беликов? Что ты нарыл?

Услышав слова с той стороны, он приоткрыл рот, но ничего не произнес. Мужчина простоял так целую минуту, но вдруг отмер, обдумав что-то.

— Хорошо. Прикатывай. И вещи какие-нибудь захвати. — Голос с той стороны прервал его. Но Костю было уже не остановить.

— У нас появились дела, которые требуют немедленного вмешательства.

Горы снова играли в солнце. В который раз уже оно зависло в небе, позволяя нам насладиться своим светом. Шарапов стоял напротив окна, как генерал перед тяжелой битвой. Наверное, так принимали важные решения Кутузов и Багратион, наверное, так обдумывал свои произведения Достоевский. Чтобы дело не прогорело. Чтобы все удалось.

— Вот что мы сделаем… — наконец, повернулся к друзьям он.

— Прижмем крысу. — Донеслось откуда-то сбоку. Костя кивнул.

***

Мы караулили Ксюшу возле подъезда ее дома. Здесь, в тени высоток и деревьев, мы ждали, пока знакомый силуэт появится в дверях. Но ее не было. И хотя пары давно закончились, а факультативы девчонка по жизни игнорировала, дома она так и не появилась.

— Что будем делать? — спросила я, пряча нос в теплый шарф. Возвышавшийся надо мной друг пожал плечами. Я заметила это по шевелению его огромной куртки. — Может, домой? — сделала очередную попытку достучаться до бравого ума. Но Вадик нахмурил брови так, что я поняла — мы здесь до ночи сидеть будем.

— Вон она! — вдруг ожил мой Кай и быстром шагом направился к появившейся из-за поворота Ксюше. Я осталась на месте. Казалось, что даже малейшее дуновение ветерка заставит меня покрыться ледяными мурашками.

Девушка очень удивилась, увидев бывшего парня. И хотя до этого выглядела расстроенной, сейчас собралась и уже даже спорила о чем-то с парнем. Когда они подобрались ближе, она кинула в мою сторону лишь одно слово:

— Предательница. — И быстро забежала в подъезд.

Сегодня Вадя не медлил. С силой рванув на себя дверь, помчался следом за беглянкой. Я поспешила за ними. Домофон еще попищал и затух. Следом за ним потухла и лампочка на первом этаже. Обхватив себя руками, побежала вперед по ступеням, боясь остаться наедине с устрашающей темнотой.

К счастью, ребята ругались прямо на лестничной площадке. И я смогла найти их на пятом этаже. Ксюша держалась за ручку квартирной двери. А друг нависал над девушкой, что-то нервно ей разъясняя.

— Ребята, — попыталась унять их. Но они и внимания не обратили. — Ребята, хватит орать здесь. Соседи же слышат. — Приняла очередную попытку. Услышали.

Через пару минут мы оказались в квартире девчонки, которая ненавидела меня с первого курса. В квартире девчонки, что доверила мне важную тайну. Почему-то именно тут нашло запоздалое раскаяние, которым я и поспешила поделиться с Ксюшей. Она как раз заваривала горячий чай на кухне. А Вадя говорил по телефону в прихожей. Это было идеальное время для женского разговора.

— Прости меня, Ксю. — Выпалила, сжимая ладонями табуретку под собой. — Я не хотела, чтобы так получилось. Просто ты свалила на меня этот груз. И я растерялась… Я просила его не идти сюда, просила не закатывать истерик, но ты же знаешь его, он упрямый.

— Хорошо. Только давай без соплей. — Девушка поставила передо мной кружку и уселась напротив. — Я не хотела всего этого. И, надеюсь, что смогла донести до него все, что хотела. Ребенку нет места в моей жизни. И это не изменится в ближайшее время, пока я не встану на ноги. Мне просто не потянуть…

Она выглядела уставшей. Потерянная девушка, что попала в сложнейшую ситуацию. Да, она говорила разумные вещи. Но мое сердце не находило покоя. Я не могла принять столь суровую правду. Но и спорить не спешила. Это ее жизнь и ее выбор.

— В любом случае, Ксю, мы рядом. Я, конечно, понимаю, что это не то, что бы ты хотела услышать. Я так вообще, не подхожу на роль подружки. Но зато мы готовы выслушать и помочь, чем сможем.

Девушка подняла на меня глаза и тепло улыбнулась потрескавшимися губами.

— Спасибо. Спасибо тебе.

Мы брели по заснеженному двору, скрепя трущимися друг о друга пуховиками. Соприкасаясь плечами, локтями, мы пробирались сквозь сугробы нечищеной дороги и думали каждый о своем.

— Как думаешь, она образумится? — вдруг спросил Вадя. Я подняла на него сонные глаза и пожала плечами.

— Смотря что ты подразумеваешь под «образумиться». По ее мнению, это мы должны прийти в себя и не лезть в ее жизнь.

Вадя пнул мертвую воду и зло выругался. Я никогда раньше не видела друга таким сосредоточенным и хмурым. Создавалось ощущение, что кто-то перевел часы на десяток лет вперед.

— Меня это так бесит. Так бесит ее поведение. Ты просто не представляешь.

— Почему ты злишься? Что между вами происходит вообще?

Друг тяжело вздохнул, выпуская наружу облачко пара.

— После расставания мы были еще пару раз вместе. — Вдруг выдал он.

— Разве расставание и другая ориентация не предусматривают окончание сексуальных отношений? — высказала вслух свои мысли я. Парень хмыкнул.

— Ты иногда кажешься таким ребенком, синичка! Со сменой ориентации, знаешь ли, физические потребности не испаряются.