Чтение онлайн

Яма ("собиратель", "двойник", "близнец") был пер­вым покойником и в силу такого обстоятельства стал распорядителем загробного царства. Брат его Манус ("муж", "человек") считался прачеловеком, родона­чальником живущих людей. Исследователи отмечают сходство между близкими к человеческому миру Ямой — Манусом и близкими к космическому миру Варуной — Митрой...

Они сопоставимы с двумя парами человекоподобных фигур на стенках кеми-обинской гробницы 4 под луно­образным VI слоем Высокой Могилы. Можно даже предположить, которая из четырех фигур какому об­разу отвечает (рис.15).

Рис.15. Образы хранителей миропорядка Митры-Варуны и Мануса-Ямы в росписи гробницы № 4 из Высокой Могилы.

Не вызывает сомнений, что изображенная вниз голо­вами пара на северной стенке — низшая, а пара вверх головами на южной — высшая. Атрибутами последней являются точки-бусы, известные специалистам как сим­волы жизненных сил. У пары на северной стенке подоб­ные, но иначе расположенные точки есть только на севе­ро-восточной фигурке — это скорее всего Яма, посмерт­но удостоившийся обожествления. А Манус так и не удостоился, с ним сопоставимо единственное лишенное "бус" изображение в северо-западном углу гробницы. Расположенная напротив, в юго-западном углу фигурка имела 2+2 точки справа и слева от шеи, а соседняя — 3+3 точки. Последняя сопоставима с Варуной, о кото­ром известно, что

Три неба покоятся в нем,

Три земли, находящиеся ниже, составляющие шестерки.

Сурья ("красный", "солнце"), верховное солнечное божество, примыкает к Адитьям и в некоторых гимнах даже причисляется к ним. Но это родство непрочное: будучи сыном Дьяуса — "Неба", Сурья считался также отцом или позднейшим воплощением Вивасвата и оком Митры — Варуны. В отличие от Адитьев он лишен че­ловекоподобных признаков и сравнивается с лучистым диском, с колесом или с глазом.

Точно так выглядел сверху VIII слой Высокой Моги-лы, сооруженный над "космическим странником" (рис.28). А волшебная семиколесная повозка над погре­бением соответствует:

Семь кобылиц везут тебя,

Пламенноволосого, на колеснице,

О Сурья, бог, видящий далеко.

Следует остановиться на специфической связи этого образа с Варуной.

Солнце оказывается во власти стража законов Все­ленной, когда проходит ночью по подземному миру. И Варуна честно прокладывает пути дневному светилу. Он даже "разбил землю, чтобы разостлать (ее) для Солнца, как жрец — шкуру (жертвенного животного)". Именно такой вид шкуры, растянутой в круге, имела мо­гильная яма и окружавший ее уступ погребения 8 под солнцеобразной досыпкой Высокой Могилы. Такая кон­фигурация характерна для многих могил старосельского типа. Исходя из мифологических контактов Сурьи с Ва­руной, можно предположить, что могилы в виде растяну­той шкуры символизировали потустороннее Солнце, тог­да как VIII слой и, вероятно, округлые насыпи в иных случаях означали Солнце дневное. Образ шкуры — Солнца мог возникнуть из уподобления первой Тельцу, появлявшемуся на ночном небе между летним и зимним солнцестояниями.

Пушан ("пышный", "расцветающий") воплощал яд­ро, силу Солнца. Помимо этого, он имел некие "золо­тые челны" и собственную орбиту, состоявшую из днев­ной и ночной половин. Очевидно, Пушан символизиро­вал одно из зодиакальных созвездий, скорее всего Овна, судя по тому, что его обычно уподобляли барану или козлу. Основное значение "Пышного" связывалось с про­должением рода, он считался также покровителем до­статка и знатоком счастливых путей.

Пушан, близкая родня Неба и Земли,

Господин живительного напитка, щедрый,

удивительного вида,

Тот, кого боги отдали Сурье,

Сотворенный любовью, сильный, легко устремляющийся

(к цели).

Отличительным признаком Пушана стала выбитая че­люсть (в ином варианте — козлиная голова на челове­ческом теле). Эту травму он получил в стычке старых и новых богов. Увечье привело к тому, что Пушан стал питаться кашей, которую приносят люди в качестве жертвоприношения.

Комплекс названных признаков представлен в VII— XI слоях Велико-Александровского кургана и в IX— X слоях Высокой Могилы. В первом из этих курганов слои с соответствиями образам Дьяуса — "Неба" и Притхиви — "Земли" сменяются досыпками в виде го­ловы барана — знака Овна. Во втором случае на смену VIII слою в виде "Солнца" (Сурьи?) приходят досыпки, скрывающие погребения с впервые появившимися в Вы­сокой Могиле костями козла или барана, а также с со­судами. Таким же образом меняется погребальный ин­вентарь Велико-Александровского кургана.

Признаки Пушана распространяются и во многих других "пирамидах степей" конца III тысячелетия до нашей эры. Формирование этого образа наиболее яв-ственно в курганах у села Атманай Акимовского района Запорожской области. Первичная насыпь центрального кургана № 3 представляла собой символ рожающей женской фигуры, под которой находилась площадка в виде головы Овна. Глазницы ее занимали могилы. В яме у ног женской фигуры найдены кости ног быка и коня, а также козлиный рог. В расположенном недалеко кур­гане обломок подобного рога сочетался с двенадцатью косточками ног, нижней челюстью и сосудом с остатка­ми каши. Все это находилось в могиле женщины с но­ворожденным. А вблизи обнаружилась катакомба с за­хоронением козленка...

Рис.16. Зарождение образа Пушана в кургане у села Атманай.

Итак, Пушан покровитель не только достатка и ро­да, но и возрождения погребенных. Действительно, в мифологии индоиранцев он выступает также проводни­ком потустороннего мира. Помимо прямых указаний на связь его с владыкой загробного царства Ямой, есть и другие. Пушана наделяли эпитетом "Сын Избавления", причем избавлял он от всевозможных напастей и такой "тесноты" (амхас), что можно было рукой до неба до­стать. Это напоминает могилу.

Образ Пушана достаточно древний. Известны его двойники: прусский Пушкайтис, грузинский Пусд, гре­ческий Пан. Это указывает на то, что представления о Пушане распространились еще до распада индоевропей­ской общности, хотя научная традиция и относит его к индоиранскому пласту "Ригведы"... Инерция традиций тяготеет и над исследованием центральных героев "Риг­веды" — Индры и Вишну.

Появление Индры и Вишну большинство исследова­телей относят к периоду переселения ариев в Индию — примерно к середине II тысячелетия до нашей эры. А поскольку Индра — главный персонаж "Ригведы", то научное определение времени его возникновения влияет на датировку и определение места сложения всего лите­ратурного памятника... Между тем существует иная точ­ка зрения. Она выдвинута в последние десятилетия Ф. Б. Я. Кейпером и сводится к тому, что Индра воз­главлял у ариев новогодний ритуал и потому возник на­много раньше. В этом подвиге Индре помогал друг Вишну, и поскольку без его помощи не могло бы состо­яться новогоднее "сотворение мира", то Вишну тоже сле­дует удревнить.

А что говорят "пирамиды степей"? Чью правоту они подтверждают?

Появление пары божеств, соответствующих образам Индры и Вишну, удалось проследить в довольно ран­них курганах у села Старогорожено, стоящего над Ингу-лом, левобережным притоком Южного Буга. Факты, о которых пойдет дальше речь, относятся к раннему и на­чалу позднего периода ямной культуры, примерно к XXVI—XXIV векам до нашей эры.

Согласно "Ригведе" Индра — сын Дьяуса — "Не­ба" и Адити. Его мать, будучи одной из древнейших среди индоиранских богов, заменила предшествующую индоевропейскую Притхиви — "Землю". Почему же мно­гие исследователи не доверяют такой родословной? А потому, что Индре пришлось буквально завоевывать свое главенство среди прочих, особенно старших богов. Он поразил Дьяуса и разбил колесницу Ушас, унизил Сурью. В этом видят свидетельства позднего внедрения бога-воителя в ранее сложившуюся божественную иера­рхию, искусственное удревнение его родословной. Но не свидетельствуют ли бесчинства Индры о его особом по­ложении среди прочих божеств? На это как раз и ука­зывают материалы у Старогорожена.