Чтение онлайн

Учёные свалили всё в одну кучу, объявив время четвертой координатой в нашей Вселенной. Но это такое же искусственное объединение, как называть напитками одновременно водку и кисель. Что-то общее есть, несомненно, но суть разная.

Когда я очнулся, то первой моей мыслью было: «Где я?». Потом «Сколько времени прошло после конца света?». А потом, осознав, что после конца света я бы обо всём этом думать не смог, я как раз и стал думать о том, в какую сторону сейчас течёт время.

Впрочем, простое объяснение случившемуся, как и всегда, нашлось. Я лежал среди обломков здания, засыпанный щепками и пеплом. Голова гудела, правый висок был горячим, а потрогав его пальцами, я увидел кровь. Кроме того, в паре метров от меня лежала окровавленная лопата. По этим обрывкам можно было легко восстановить картину происшедшего, но я не стал этого делать, поскольку картина оказалась бы такой же ложной, как и весь свихнувшийся мир вокруг меня.

С усилием выбравшись из-под обломков деревянного стола и отряхнувшись, я спустился с кучи бетонных глыб, оставшихся от интерната, и заметил на земле маленький пистолетик — мой флистер. Я обрадовался ему, словно старому знакомому, и, подняв, повесил на пояс. Это придало мне немного уверенности, так что я решил осмотреться.

Несмотря на то, что местность вокруг выглядела несколько причудливо, я всё же узнал стоящий невдалеке свой собственный дом.

– Так, - произнёс я вслух сам себе, поскольку собеседников у меня не было.
– Надо составить план. Первое — добраться до дома и прийти в себя. Второе — найти Конотопа, Сам Дурака или ещё кого-нибудь, кто мне может помочь попасть на Эгозон. Третье — найти Семнадцатую Плиту. Четвёртое — ликвидировать маразм. Всё просто.

И я зашагал в сторону своей родной пятиэтажки. Идти было легко. Грунтовая тропинка была утоптанной, чистенькой и приятно пружинила под ногами. Кустики по обе стороны от неё двигались мимо меня, приветливо помахивая листочками. Над головой висело синее небо, на котором кое-где виднелись уютные кудрявые облака. Идиллия, да и только. Если не считать того, что мой дом никак не хотел ко мне приближаться.

– Ну да, - пробормотал я.
– Это же я себе цель наметил. И вероятность, что я её достигну, очень мала. Ну, тогда не пойду я домой. Буду просто гулять.

И свернул с тропинки в сторону, в кусты. Сначала брёл по зарослям, потом выбрался на асфальт, по которому колесили разные повозки — кареты, колесницы, запряжённые лошадьми, верблюдами и слонами, автомобили нашего времени, прошлого и даже, кажется, будущего, велосипеды, мотоциклы, повозки рикш...

Я пошёл по тротуару в случайную сторону, разглядывая вывески на зданиях. Салон красоты «Больные черви», супермаркет «Скажите на милость», туристическое агентство «Барахло-5»...

– Привет, - послышалось рядом.

Я вздрогнул, в первый миг подумав, что в маразме у меня знакомых не было. Но обернулся и увидел рядом улыбающегося Фёдора.

– Привет, - сказал я, обрадовавшись.
– А ты здесь какими судьбами?

– Заходил вот в букинист, - ответил он, кивнув на аляповатую вывеску со словами «Ну и шо?» - Искал неизвестные сочинения Фомы Аквинского. Но о них никто не знает, потому что они неизвестные. Не нашёл.

– И как же ты теперь тут живёшь?
– поинтересовался я.

Фёдор нахмурил брови:

– Смотря что ты имеешь в виду под словами «тут» и «теперь». В Москве я давно живу, и за пару дней, что мы не виделись, в моей жизни ничего существенного не изменилось, не считая, конечно, постоянного повышения эрудиции...

– Э...
– только и смог произнести я.
– А тебе ничто в последнее время не кажется странным?

– Где?
– не понял Фёдор.

– Вокруг, - уточнил я.

– Да нет. Ты о чем?

Я попытался сформулировать.

– Ну вот... Скажем, эта повозка тут со слоном... Или машины старинные... Или вот эта из будущего...

Фёдор посмотрел на меня недоумевающе, словно пытался понять, не шучу ли я.

– Повозка со слоном, - пояснил он, - это реклама вон того ресторана, «Восточный аромат». Она тут целыми днями катается. В старинных машинах вообще ничего странного не вижу, есть же любители-коллекционеры. А эта, как ты говоришь, «из будущего» - всего-навсего новая «Чери». Необычный дизайн, конечно, но ничего удивительного.

– Хм!
– возмутился я.
– А вот ты из магазина вышел. Тебе не кажется странным, что он называется «Ну и шо?»

– Нет, - ответил Фёдор.
– Хорошее название, оригинальное. Вот живёт человек, занимается своими делами, а потом вдруг приходит ему в голову вопрос «Ну и шо?», и он задумывается о смысле жизни. И идёт в книжный магазин искать ответ. Ну и, кроме того, я, как постоянный покупатель, знаю, что название образовано от первых букв фамилий владельцев: Нургалиев, Урманис, Исак, Шендерович, Ойстрах.

– Э-э... Тот самый Шендерович?
– уточнил я.

– Да нет, другой, - ответил Фёдор, ожидая продолжения вопросов с моей стороны.

– Ну, хорошо, - я потёр лоб.
– Всё можно объяснить, я понимаю. Но неужели тебе не кажется, что всё происходящее вокруг как-то связано с тем, что творится у тебя в голове?

– Кажется, - усмехнулся Фёдор.
– Я всегда был сторонником субъективного идеализма, при этом стараясь не впасть в солипсизм.

– Да ты не понимаешь!
– чуть не закричал я.
– Это же всё не в книжках! Это на самом деле!

– Да понимаю я всё, - спокойно сказал Фёдор.
– Об этом кто только не писал. И Декарт, и Платон, и Гегель, не говоря уж о Беркли. Беркли считал, что предметы существуют только потому, что мы их воспринимаем, а Гегель - что в начале были идеи, которые породили мир, а потом и самого Гегеля. Ты же что-то в этом роде имеешь в виду?

– Э...
– только и вымолвил я.

Мой взор ещё раз проскользил по площади, пытаясь найти что-то, чему Фёдор не сможет придумать правдоподобного объяснения, но не нашёл.

– Ну, ладно, - сказал я горестно.
– Наверно, ты прав. Я мало что в философии понимаю.

– Никогда не поздно начать, - снисходительным тоном произнёс Фёдор.
– Почитай, к примеру, Мамардашвили. Очень интересно.

– Обязательно, - сказал я.
– Пока.

– Удачи.

И я пошёл дальше, совершенно сбитый с толку. Вокруг перемещались люди — в целом, обыкновенные. Да, кто-то был странно одет, кто-то нёс причудливые предметы, а некоторые и вовсе летели, но кого сейчас этим удивишь? Скорее всего, Фёдор был прав, и вся эта ерунда с маразмом мне просто привиделась...

Нет, как же? А Вам Кого, а Сам Дурак, а Конотоп? Не выдумал же я их! То есть, в некотором смысле, конечно, выдумал, но они же существуют в реальности! Впрочем, не очень теперь понятно, что такое реальность.

Повинуясь внезапному импульсу, я метнулся к идущей навстречу женщине в красном металлическом костюме:

– Простите, - спросил я, - а вы не видели здесь говорящего тигра?

– Молодой человек, - покачала она головой, отчего серёжки в её ушах заморгали фиолетовым цветом, - ну что же вы дурака валяете? Говорящих тигров не бывает!