Космофлот: война и миры
Шрифт:
Вацлав сглотнул ком в горле, и, сдерживая волнение, позвал свою инопланетную 'визави', поднеся к губам заветную космическую ракушку:
– Это... я, - и замолчал.
– Молодец, - отметил Виктор, - Двигай следующий тезис, красноречивый ты наш!
– Прошу тебя, отзовись!
– выдал Вацлав.
– Мы вышли из гипера в указанной тобой системе.
– Не-не-не, - завертел головой Виктор, - Ты должен спеть! Она тебе пела? Пела. Теперь ты - того - солируй!
– Пожалуй, человеческие протоколы связи, предусматривающие сухие доклады, могут быть и не применимы в случае контактов с иными разумными, - задумчиво изрёк Константин.
– Особенно с такими, чья культура 'повёрнута' на пении.
– Ты не теряйся, адмирал, я тебе подскажу текст, - предложил Виктор, и тут же предложил текст песни: - Милая моя, солнышко инопланетное! Где, в каких краях...
Вацлав молча сунул Виктору под нос ракушку связи. Виктор поперхнулся, и быстро переключившись, выдал в фианский артефакт квантовой связи:
– Мы пришли с миром!
– и умолк.
– Забыл добавить: 'Карамба! Тысяча бешеных алиенов мне в печень! Йо-хо-хо!' - тихо подсказал со своего места Константин.
– Вот от тебя, Константин...
– начал Вацлав, но тут встрял Виктор:
– ... мы такого не ожидали!
– и, выхватив у Вацлава ракушку, протянул её Константину: - Теперь ты, Брут!
Константин, не смутившись и не растерявшись, запел спокойным, серьёзным тоном:
– Вот вы-ышли мы-ы из ги-ипера-а, а Ва-а-ас нигде-е неви-идно!
Вацлав тут же отобрал ракушку связи, буркнув:
– Спасибо, но наше шоу 'Голос' в Ваших потугах не нуждается!
– Да какая разница, - флегматично пожал плечами Костя, - всё равно фиане ничего не поймут. Тут главное просто обозначить своё присутствие на линии связи.
– То есть ты не думаешь о значительности момента для Истории?
– всплеснул руками Виктор.
– Наши слова войдут в учебники! В том числе - в фианские!
– Милая моя, солнышко инопланетное, - ехидно прорекламировал ему Константин.
– Это, - смутился Виктор, - я что-то только сейчас про Историю подумал...
– Ту. Ши. Ре-ак. Тор, - раздалось из заветной ракушки.
– Это чего?
– Константин вопросительно уставился на Вацлава.
– Доигрались...
– буркнул тут же нахмурившийся Виктор, и тут же склонился над приборами.
– Отставить!
– отмахнулся Вацлав.
– Тут должен быть смысл.
– Целей не наблюдаю!
– доложил Виктор.
– Отключение реактора приведёт к выходу с орбиты, - доложил Константин, - В свободный полёт за пределы системы. Не вижу смысла.
– Сейчас. Туши. Всё. Сейчас, - настаивала фианка.
– Тревога!
– вдруг воскликнул Виктор.
– Наблюдаю мелкие искажения гравитационных метрик! Наблюдаю слабые отсветы в рентгене! Констатирую расхождение показаний приборов обнаружения!
– Обесточить все системы!
– решился Вацлав.
– Тушите реактор! Режим полной тишины в эфире!
– Есть!
– отозвался Константин, щёлкая тумблерами.
– Беда, - донеслось из ракушки.
– Поз. Дно.
– Тревога! Множественные целеуказания!
– доложил Виктор.
– Неопознанные цели. Классифицирую как фрегаты.
– Отставить режим скрытности!
– отреагировал Вацлав.
– Приготовиться к прыжку! Вектор случайный!
– Фиксирую излучения систем наведения!
– продолжал докладывать Виктор.
– Готовность к прыжку теперь минут семь!
– доложил Константин.
– Не успеем, - отозвался Виктор.
– Разворачивай нас грузовым шлюзом к гостям, - скомандовал Вацлав, сообразив, что единственное, что они могут использовать для своей защиты - это груз в трюме, который можно сбросить, увеличив число отметок на радарах противника.
– Держи. Себя. Крепко, - посоветовала фианка.
– Новая цель!
– тут же отозвался Виктор.
– Больше фрегата! Курс на сближение! Столкновение через три! Фиксирую работу систем наведения!
– Полный ход!
– крикнул Вацлав Константину.
– Будет через три минуты!
– откликнулся тот. Он успел обесточить многие системы, и сейчас на их перезапуск требовалось время.
– Держи. Себя, - донеслось из ракушки.
– Выстрел! Income!
– Крикнул Виктор.
– Ракета по левому борту! Столкновение через...
– Маневр уклонения!
– Да пытаюсь!
– Открываю грузовой шлюз! Сброс груза!
– Жаль, груз не тот!
– скрипнул зубами Виктор.
– Сюда бы 'Слёзы Сатаны'!
Удар сотряс 'Старину Джо', жалобно взвизгнули переборки. И ещё один удар.
– Разгерметизация в техническом коридоре!
– Возгорания?
– Нет!
Вацлав подключил камеры внутреннего обзора, наткнулся взглядом на торчащий из стены технического коридора инородный предмет, и с удивлением объявил:
– Нас загарпунили!
– Чего?
– не понял Константин.
– Живьём будут брать, - сообразил Виктор.
– Глуши. Всё. Глуши. Стой, - старательно, чётко и громко произнесла фианка.
– Стоп машина!
– хмуро скомандовал Вацлав.
– Есть стоп! Мощность маршевого ноль!
– доложил Константин.
– Маневровые ноль!
– Множественные цели идут на сближение, - мрачно сообщил меж тем Виктор.
– Фиксирую множественные пуски ракет! Impact через пять!
– Держи. Себя. Крепко. Крепко. Себя, - заговорила фианка.
– К маневру держаться!
– скомандовал Вацлав.
И 'Старину Джо' тряхнуло. Заскрипели переборки, замигали аварийные сигналы на пультах. Освещение в рубке управления переключилось на аварийное.
И тут вдруг фианский корабль, захвативший человеческий, прыгнул вместе с добычей в гиперпространство!
– Мы в гиперпространстве!
– удивлённо сообщил Константин, и через пару секунд добавил: - Параметры прыжка... аномальные!
– Это вот чего такое, товарищ адмирал?
– осторожно поинтересовался Виктор у Вацлава.
– Это нас спасли, или в плен взяли?
– Нас загарпунила явно твоя фианка, Вацлав, - задумчиво произнёс Константин.
– Она очень вовремя предупредила: - 'Держи себя крепко'. Как раз перед самым ударом.