Чтение онлайн

– Заряд на направляющих!
– механически констатировал Виктор, наблюдая, как 'сотка' проплывает мимо него. Он снова развернулся, изготовился, и, упёршись плечами в поручень, толчком обеих ног направил болванку в люльку, помогая лебёдкам. Это было не обязательно, но у Виктора, в виду нудной, монотонной работы, обострялось чувство, которое его друг, Константин, называл: 'свербит жажда выпендрёжа'. Ну, а может, старшина оценит рвение?

– Берегись у затвора!
– откликнулся Константин. Щёлкнули щёчки прихвата, лебёдка дослала 'сотку' в затвор. Виктор занял исходную позу у карусели подачи, ухватившись за рычаг.

– Орудие тов!
– доложил Константин, и его крик слился с грохотом и лязгом затвора.

– Принято, - отозвался старшина, глядя на свой механический хронометр.
– Отставить! Орудие! В походное положение!

– Есть орудие в походное положение!

Снова шелест шестерён, лязг запоров, глухой удар массивной крышки замка в упоры. Виктор принял болванку в 'люльку', но слишком широко 'раскорячился', и ядерный заряд в сто килотонн прижал его ботинок к балке. Крякнув, Виктор таки вкатил 'сотку' в гнездо механизма подачи, и, вращая ручную лебёдку, провернул карусель назад. Щелчки фиксаторов.

– Орудие в походном положении!

– Принято!
– откликнулся старшина.

'Разрешите тупой вопрос, товарищ старшина! На кой чёрт нам автоматика и электроника?' - отчаянно прокричал - но молча, внутрь своей головы прокричал Виктор, - не дай алиены, старшина мысли услышит!

Вопрос же действительно тупой - варианты ответов Виктору прекрасно известны. Самый безобидный звучит так: - 'Задача не в том, что бы работало! Задача в том, что бы вы, глисты бесполезные, делом занимались!'

Старшина, однако, мысли Виктора всё же услышал, и ответ озвучил. Причём, начал издалека:

– Доложить о повреждениях!

– Помят форменный ботинок!
– нехотя доложил Виктор.
– Я цел.

Форменные ботинки, естественно, имели предусмотренные конструкцией рёбра жёсткости армированного каркаса, поскольку Виктор - не первый человек в истории космофлота, который роняет себе на ногу нечто неприлично тяжёлое.

– Первое что выведет нам из строя противник в бою - поучительно изрёк мудрый старшина, - это электроника и автоматика! Так что учитесь сейчас, пока ошибка стоит флоту помятого ботинка, а не сожжённого корабля! Повторим ещё пару раз! Орудие!

– Топтанный алиен!
– вздохнул Виктор.

– Точно так!
– откликнулся старшина, - К бою!
– и отключил освещение на всей орудийной палубе!

– Есть орудие к бою!
– старательно прокричал Константин в полнейшей темноте, и в голосе его проскользнула некоторая обречённость.

– Красота!
– вздохнул чем-то довольный старшина.
– Я вот так целые сутки могу!

– Орудие в боевом положении!
– под аккомпанемент лязгнувших фиксаторов Константин простонал, не удержав эмоции.

– Кто-то чем-то не доволен, бойцы?
– удивился старшина.
– А то там психолухи наши космические тимбилдинх затевают! Новая, прогрессивная методика психологической разгрузки экипажа в дальнем походе! Можем пойти! Развеяться!

– Разрешите повторить учебное упражнение!
– бравыми голосами гаркнули Виктор с Константином почти в унисон.

– Орудие! Боекомплект сто! Заряжай!

– Есть боекомплект сто! Затвор!

...

[там же, примерно в то же время]

Корабли четвёртого ударного флота мчались в мёртвой межзвёздной тьме, так, что комета рядом с ними показалась бы пешеходом, замершим на месте в виду проносящегося мимо спортивного болида. В эдаких местах - на границе меж звёздных систем - планетоидов водится больше, чем на орбитах звёзд. Просто здешние планеты разбросаны на больших расстояниях, скованны предвечным холодом, и зовутся 'бродячими планетами'. Лететь от одной из 'бродяг' к соседней придётся несколько тысяч лет. Если не пользоваться гиперпрыжками.

Вацлав лениво размышлял об этом, и одновременно наслаждался ощущениями: как кожу ласкает лёгкий ветерок, солнышко греет, щекочет трава, на которой он лениво развалился. А вот какая-то букашка села на руку. Вацлав замер. Букашка, помедлив, поползла. Вацлав мужественно терпел щекотку. Он старался впитать в себя как можно полнее эти восхитительные, пьянящие ощущения, по которым так соскучился в походе. Жаль, что это вот всё вокруг - виртуальная реальность.

– Здравия желаю, - прозвучал насмешливо голос мичмана. Вацлав открыл глаза, и увидел фигуру Староева в разрисованных весёленькими цветочками трусах до колен. Кроме трусов, на мичмане ничего не было.

– Здравия желаю, - автоматически ответил Вацлав, садясь, и виновато моргая.

– Отдыхаете, товарищ лейтенант?
– ехидно поинтересовался Оглы.

– Знания перевариваю, - попытался оправдаться Вацлав, и поднял из травы книгу. Он испытывал неприятное чувство стыда, за то, что мичман застал его в такой расслабленной позе.

– 'Регламенты предварительного оперативного анализа боевых технологий инопланетных захватчиков', - прочитал неудобоваримое заглавие мичман, и удивился: - книга? Бумажная книга? В виртуальной реальности?

– Неудобно, конечно, - проворчал Вацлав, - что нет встроенной системы поиска, и не работают гиперссылки, но это что-то, что можно держать в руках. Так оно...
– Вацлав замялся в попытке подобрать подходящее выражение, но мичман его прервал:

– Не хочешь поиграть с 'девчонками'?
– Оглы расплылся в ехидной улыбке, кивнув себе за плечо. Там парни и девушки в бикини увлечённо играли в пляжный волейбол.
– Отлыниваете от планового мероприятия по психологической разгрузке личного состава, товарищ лейтенант?

– Отбыл положенный минимум 'тимбтлдинга', - буркнул Вацлав, и показательно уткнулся в книгу. Глаза собрали подвернувшиеся буквы в какие-то слова. Слова те упали в глубины извилин мозга безо всякой, однако, реакции со стороны синапсов, которым переваривать ощущения ветерка на коже было интереснее. И глаза не стали настаивать, а перескочили к девичьим фигуркам, прыгающим по песку вслед за мячиком. Вацлав отдёрнул взгляд, и вернул его в книгу: поважнее есть дела у лейтенанта радиотехнической разведки, чем очередное извращение психологов.