Чтение онлайн

Присутствие сестры принцесса ощущала спиною. Нет, при Алине она не позволит себе в полной мере насладиться местью.

— Алина, оставь нас, — промурлыкала Атия, предвкушая агонию императора.

Младшая дочь Аттилы спустилась по ступенькам с подиума, на котором стояла царственная кровать, и отошла к окну. Атия ели скрыла улыбку. На таком расстоянии Алина вряд ли, что услышит. Тем более речь, которую опальная принцесса готовила напряжение нескольких недель, предназначалась только для ушей «любимого» папочки.

Наклонившись над отцом, принцесса стала шептать ему на ухо.

— Здравствуй, папа! — её слова и тон заставили Аттилу закрыть глаза. — Нет, я не галлюцинация! Я реальна, мой дорогой отец. Я всё думала, что скажу тебе, когда придёт твой час. Было так много мыслей, и ни одна не походила. Слишком долго пришлось бы перечислять мои обиды. Вот даже сейчас смотря на некогда Всесильного повелителя, перед которым роптали покорённые народы, я думаю, как же ты ничтожен. Ты не достоин моей ненависти, не говоря о любви, — это слово принцесса сказала с грустью. — Ах, да о любви! — посмотрев, на императора она заметила, как расширились его зрачки. — Ты забрал у меня любовь. А я, папочка, забрала у тебя надежду на будущее. Да, ты всё понимаешь. Тот палач вырвал и моё сердце.

Аттила так хотел заорать от ужаса, но не смог. С его губ сорвался только еле слышное хрипение. Принцесса, продолжая издеваться над беспомощным стариком, поцеловала его пухлую щёку. Со стороны этот жест казался, так трогателен. Только вот нежности в этом не было. Император скорее бы прошёлся по раскалённым углям, чем позволил дочери безродного варвара коснуться себя.

— Твой не наглядный сынок, вернулся в Атланту. Подумать только уплывал на корабле, а плыл обратно в трюме в бочке со льдом. Его даже убила не стрела степняка, а испуганный слон раздавил ему голову. Жаль, что не грудную клетку, — говоря всё это, в таких подробностях принцесса следила за отцом. Её голос походил на шипение змеи, а не шепот женщины. — Я твоё наихудшее отражение в зеркале твоих же поступков.

Атия никогда больше не увидит, как седеют за одно мгновение. Такого зрелища её удостоил только отец. Скудные чёрные волосы окрашивались в цвет снега, а по щекам полились реки слёз. Другая на её месте, сжалилась, но сердце Атии молчало. Она ждала, когда император задохнётся от горя. Ещё мгновение и можно считать себя полноправной правительницей империи Атлантов. Только мгновение что-то затянулось. Он хватает ртом воздух, словно выброшенная из моря рыба, в надежде всё же спастись. Если бы не присутствие Алины, старшая сестра ускорила бы события подушкой.

Сердце Алины ёкнуло, когда посмотрев в сторону постели, она увидела седину на голове отца. Бросившись к ним принцесса, закричала:

— Атия, что ты сказала ему? Папа!

Но глаза постаревшего императора не отрывались от Атии. Он даже смог чуть-чуть приподняться. Паника охватила младшую дочь Аттилы. Она не могла, ничего придумать лучше, чем обнять отца и заплакать. Звать лекарей бесполезно. Они, испугавшись за свои жизни, покинули покои больного, как только услышали звон мечей и вопли.

Глазами полными слёз, Алина посмотрела на сестру. Та уже стояла у края постели, довольно улыбаясь. Сочувствия во взгляде Атии не было. Она даже не хотела понимать, почему её младшая сестра так убивается по человеку с молчаливого согласия, которого отравили их мать. Ну, подумаешь, он их отец! От него они видели больше унижения, чем ласки. Он всегда пренебрегал ими. Так зачем так голосить?

Император закатил глаза и обмяк на руках дочери. Его тело было слишком тяжёлым, поэтому, падая на подушки, увлекло хрупкую Алину за собою. Девушка резко врезалась лицом в широкую грудь отца.

Его больше нет. Всё пропало. Маркус никогда не станет её мужем. Ведь только император мог всё изменить. Алина накинулась на сестру лупя её почём зря и вопя:

— Что ты сделала? Что ты сказала ему, что так его убило?

Маленькая, но тяжёлая рука Атии заставила разбушевавшуюся сестру замолчать. От пощечины принцесса опрокинулась на кровать, рядом с отцом. Потирая покрасневшую щёку, она скулила, как собачка, боясь поднять глаз на сестру — убийцу.

— Я сказала ему правду. Ария больше нет! Амурий и Марий заманили нашего брата в ловушку, — озвучив официальную версию для непосвященных в дела переворота, принцесса вышла, закрыв за собою громко дверь.

Весть о ещё одной потере в их императорской семье, заставили принцессу зарыдать. Её стенания были слышны далеко за пределами покоев императора. Обнимая отца, дочь не могла остановиться. Слёзы душили её. Даже вбежавший Маркус не сумел успокоить, впавшую в истерику любовницу. Так глубока была её потеря. Теперь ей казалось, что она часто расстраивала отца, брата почти не любила, а он был ещё совсем мальчик. Как теперь им жить? Что будет с империей?

Красота дворца в глазах Розы окрасилась в алые тона, как только начались убийства. Она то и дело пряталась за спиною своего чёрного провожатого. Но спина африканца была не долго её защитой. Девушка, прибежавшая к ним исполняя приказ принцессы, обняла Розу, и они продолжили свой не лёгкий путь. Нянька успокаивала девочку. Правда, больше она пыталась успокоить себя. Её срывающийся шёпот скорее нервировал, чем ободрял. Новой рабыне Атии хотелось закрыть ей рот. Пусть лучше помолчит. Эта с родинкой на щеке вздрагивала при каждом нападении, и закрывала ладонью глаза Розе со словами:

— Не смотри. Такое видеть маленьким девочкам ни к чему.

Только вот маленькая девочка убирала руки с глаз. Уж лучше опасность встречать, смотря прямо перед собой, а не прятаться и зажмуриваться. И вообще бояться не чего. Они же были под защитой самых лучших легионеров. Почему же эта растрепанная девушка так трясётся?

Со своею нянькой она познакомилась только в коридоре перед опочивальней императора, ожидая принцессу.

— Как тебя зовут? — вдруг спросила растрепанная девица.

— Роза.

— А меня Тамара. Ты новая рабыня принцессы? — не унимаясь, задавала вопросы Тамара.

— Да, а ты?

— Я личная рабыня принцессы, — вздохнула девушка, — а теперь и единственная. Ну, если не считать тебя и вот того, — указала подбородком на Зураба. — При дворе жить хорошо, сыто и весело.

— Ага! Я уже заметила. Очень весело. Даже портовая таверна не может похвастаться такой заварушкой.

— Точно, — тихонько засмеялась Тамара, но тут же отвернулась, дёрнув девочку за платье, что бы она тоже последовала её примеру. — Вон та особа смотрит на нас.