Чтение онлайн

***

Придворные жители спасались в троном зале. Сбившись в кучу, они надеялись, что мятежные легионы не осмелятся нарушить святое табу. Убийства в чертоге императорского трона вызовут гнев богов и ко всему прочему с ними верховный жрец. Прислушиваясь к крикам снаружи подданные Аттилы, вздрагивали. Сам Нагбур то и дело сжимал костлявыми пальцами плечо своего ученика. От таких объятий Нагрий зажмуривал глаза. Амурий старался не показывать свой страх. Только бьющая дрожь трясла длинное тело. Лицо первого советника почти в один тон с белоснежной тогой, выделялась среди покрасневших щёк царедворцев. Кампий, забившись в дальний угол за колонной, истерил грызя ногти.

Только что-то не было видно Мария. Хитрый лис решил переждать грозу и кровавую жатву за пределами императорского города. Как только слух о Атии и легионах достигли ушей второго советника, он, потихоньку пятясь назад, покинул тронный зал и через потайные ворота убежал из Атланты. Марий надеялся, что к вечеру доберётся до своего поместья, а там будет действовать по обстановке. Придёт покаяться или покарать. На что хватит средств и связей.

Двухстворчатая дверь распахнулась, и в императорский зал вошли третий советник и мятежный генерал. По залу сразу прокатилась волна шушуканья. В этом шёпоте не возможно было различить ни одного слова. Его Светлость очень догадлив, чтобы понять смысл тихого недовольства. Знать возмущалась преступной смелостью Назир Синха и Югрия. Но громко озвучить свои претензии боялись. Даже Нагбур предпочёл спрятать бегающие глазки, уставившись в пол. Будто рисунок мраморных плит он никогда не лицезрел. Вот его ученик обладал большей смелостью. Юноша смотрел на вошедших, даже не моргая. Амурию надо бы выйти вперёд, как первому после императора, но он медлил. Ожидая, что мятежники проявят инициативу в неизбежном разговоре.

Так и произошло.

— Благородные атланты, нашему императору осталось не много. Лекари говорят, что Всесильный не доживёт до вечера, — словно что-то новое сообщил Назир Синх. Весь двор и так знал о болезни Его Величества. — Принц Арий куда-то исчез. Я полагаю, что в этом замешены первые советники.

Шёпот перешёл в громкое возмущение. Одни соглашались с третьим советником, другие высказывали недоверие к голословному обвинению.

Амурий в ответ на заявление любовника Атии растолкав впереди стоявших, выбежал из тени колоны и закричал:

— Ты лжёшь! Это твоя подстилка Атия увезла его из — под ареста, после чего он пропал.

— Да! Да! Да! — как из рога изобилия посыпалось в поддержку первому советнику.

Тут и вечно глухой Нагбур внезапно стал слышать. Вырвавшись на середину зала, истошно заорал:

— Ты, чужеродный гад, попираешь наши законы, обвиняя голубую кровь атланта в преступлении против короны! Казнить его, вместе с подкидышем!

Призыв жреца к справедливости поддержали не все. Для народа Атия дочь императора, казнить её равносильно плюнуть на священный кристалл богов в главной пирамиде империи.

Подойдя ближе к кровожадному старичку, чужеземец возвысился над ним горою. Смотря сверху вниз Назир Синх спокойным, но стальным голосом заявил:

— В моих жилах течёт побольше крови богов, и она так не разбавлена, как твоя жалкий жрец. И этим я не кичусь!

Зал притих, а Нагбур попятился с главной сцены. Чувство самосохранения требовало пока помолчать.

Югрий не удержался, чтобы не хлопнуть дружески по плечу третьего советника. Так заткнуть рот алчному старикашке, достойно похвалы.

Затянувшиеся перешептывание прервал вошедший Мараджий.

— Принц Арий погиб при нападении кочевников на границе с северными колониями. Вот перстень! — и поднял руку с перстнем вверх.

Вызванная шоком тишина была не долгой. Амурий поняв, куда всё катится не нашёл ничего умного, как напасть с обвинениями на Назир Синха. Он решил, что убийство принца советником и Атией их оплошность. Удача переметнулась к нему. Улик против Атии достаточно, что бы потребовать её ареста, а с нею и Назир Синха с Югрием. Только последних на плаху, а эту рыжую тварь в крепость. Тыкая указательным пальцем, первый советник заревел:

— Это они убили принца! Атия увезла бедного мальчика в руки к палачам!

Толпа придворной знати ничего не успела понять, как Югрий кивком головы приказал, стоящему рядом легионеру схватить его. Верный солдат в два скачка оказался возле провокатора и закрутил ему руки за спину. Амурий продолжал вопить, но уже от боли.

Испуганные такой сценой, придворные замолчали. Они даже боялись посмотреть перед собою. Тупя взгляды, неподвижно стояли. Казалось, что и дышат они тоже через раз.

Убедившись, что собравшиеся публика вся во внимании, Назир Синх опустил глаза. Это был знак для Мараджия.

Капитан личной охраны принца, вытащил приказ императора, отдав бумагу в руки Югрия со словами:

— Это приказ императора о ссылке принца на север. Его вручил Арию сам Амурий. Я могу поклясться богами, что всё видел своими глазами, — клясться богами и нагло лгать Мараджий умел. В божественные кары после службы на севере он не верил. Вот попроси его поклясться честью отца, капитан выдал бы всю правду. Об этой слабости знал, только Назир Синх.

Югрий развернул свиток и покачал головой. Тем самым подтвердив слова Мараджия.

— А как же Атия? В её паланкин садился принц, — подал голос пополам скрюченный Амурий.

— Наша принцесса отговаривала принца от поспешного решения. Она просила его сначала поговорить с императором. Принц не прислушался к её мольбам и бросился совершать подвиги. Его Высочество наученный Амурием хотел покрыть своё имя славой и победителем вернуться ко двору. Арий попросил Атию проводить его до корабля, который уже ждал в порту. Со слов Его Светлости Амурия корабль подготовил Марий. Я понял слишком поздно, что это всё ловушка. Нас ждала засада, как только кортеж принца покинул порт Нарва. Это конец для Амурия. Конец всему, чего он добился. Он позволил себя так глупо и легко подставить. За годы, проведённые на пьедестале власти, первый советник забыл об опасности заговоров. Он считал, что выше всего этого. Ни один завистник уже не сможет достать до таких головокружительны высот. Почти десятилетие Амурий практически управлял государством, слабовольный император был просто ширмой. Наверное, по этому потерял хватку в делах политики наивно пологая, что всё под его контролем. Ах, ты хитрый Назир Синх разыгрывал перед ним простачка без амбиций. Фальшивый патриот чужой страны тебе значит ничего не нужно?! Всегда доброжелательный и услужливый третий советник помогал скрыть не только казнокрадство и помочь с ядами. Но, видать, цели у них были разные, а средства одинаковые. Постель принцессы открыла новые возможности. Кто же кого совратил? Она или он?

Лживая правда с уст капитана личной охраны принца подготовила почву для следующего этапа в перевороте. Прислушиваясь к разговорам среди знати, третий советник радовался про себя. Ну, вот уже возникаю нужные вопросы. Кто же будет править? Пора появиться Атии.

Его ненаглядная принцесса никак не появлялась, а недовольство начинало расти, как снежный ком. Уже появились сторонники восшествия на престол Алины, как единственной в ком текла кровь древнего императорского рода. Услышав такие заявления, Назир Синх решил скорректировать требования придворной знати. Настоящую правду об отцовстве мог подтвердить только Югрий. Двадцать восемь лет назад он был с Аттилой на севере. Остальные свидетели не дожили до такого знаменательного дня в империи. Их на протяжении десятилетия косила странная болезнь сердца. При дворе были только те, кто знал о беременности Рагны из вторых уст. К тому же сам император издал указ, что за распространение порочащих Рагну и Аттилу слухов будут преследовать и казнить. Такой благородный поступок со стороны императора теперь на руку заговорщикам.

Подойдя ближе к Югрию, третий советник шепнул ему на ухо:

— Подтверди отцовство Аттилы иначе нам несдобровать. Алина полностью под властью Маркуса и его мамаши, — советник тут же словил его нервный взгляд.

Генерал понял, о чём его просит Назир Синх. Ему придётся солгать в тронном зале. В конце концов, чем он лучше остальных. Ради общего дела даже самые благородные и неподкупные пошли против своей же совести. А он отлично зная, что Атия не имеет никаких прав на престо поддержал её своими легионами. Если бы не он, ничего бы не было и Арий надел корону. Но как только отец Юноны вспомнил о принце, смелости у него прибавилось. Боль и унижения причинённые Арием его дочери заклокотали яростью в груди.