Красавица и игрок
Шрифт:
Дверь кабинета со скрипом открывается, и я рывком сажусь, вытирая лицо, гадая, кто здесь.
— Нова?
У меня перехватывает дыхание.
— Ронан?
— Ты в шкафу?
Я спотыкаюсь, покачиваясь на каблуках.
— Не входи сюда!
Он открывает дверь и моргает, глядя на меня, когда я цепляюсь за стол. Боже, он выглядит потрясающе хорошо, может быть, немного усталый и изможденный. У него тени под глазами, и его волосы повсюду, довольно растрепанные, подчеркивающие его острый подбородок.
— Что ты здесь делаешь? — Мои глаза пожирают его, от темно-синей рубашки до его уютных серых брюк.
Я смотрю вниз. Моя блузка расстегнулась на полу, юбка сбилась набок, а волосы рассыпались из моей резинки.
Он заходит внутрь.
— Ты что, валяешься на моей одежде?
— Нет. Да. На секунду. Вероятно, низкий уровень сахара в крови.
Его губы подергиваются.
— Не смей говорить ни слова! Я просто… — я вздыхаю. — Нюхала рубашки и строила планы, какие из них выбрать и украсть.
— Я бы хотел увидеть, как ты их носишь.
Мои руки сжимаются.
— Ты не звонил, не писал или…
Он подходит и подхватывает меня на руки, как невесту.
Я визжу.
— Что ты делаешь?
Его глаза ловят мои.
— Я скучал по тебе.
У меня дрожат губы.
— Я не скучал по тебе.
— Лгунья. Я так долго искал тебя. Гостиная, каморки, твой класс…
— Я хотела побыть одна.
— С моими рубашками?
Я выдыхаю, пытаясь игнорировать его, но это трудно из-за обожающих взглядов, которые он бросает на меня. Не опуская меня, он выходит из шкафа, каким-то образом умудряясь запереть дверь, а затем садится на маленький диванчик.
Я ерзаю и перестраиваюсь, оседлав его колени, не заботясь о том, что моя юбка задрана до моих бедер.
Он делает долгий выдох.
— Нам нужно поговорить. Во-первых, я отказалась от работы.
Мой рот приоткрывается, и я шлепаю его по руке.
— Что? Почему? Это было то, чего ты хотел!
На его лице появляется кривое выражение.
— Человек может захотеть чего-то в какой-то момент своей жизни, а потом захотеть чего-то совершенно другого, особенно после того, как поймет, что для него важно.
Мое сердце трепещет, внутри меня трепещет надежда, что он не уходит, но…
— Используй настоящие слова.
Он хихикает, когда его пальцы скользят по моей щеке и спускаются к горлу. Его рука покоится на основание моей шеи.
— Где мое ожерелье?
— Я забыла его сегодня утром.
— Меня не было два с половиной дня, а ты уже двигаешься дальше? Я никогда не смогу оставить тебя одну еще раз. — Его рука обнимает меня за затылок, он притягивает меня к себе и крепко целует. Я задыхаюсь и цепляюсь за его плечи, упиваясь его вкусом, ощущением его губ. Он захватчик, проникающий глубоко, его пальцы впиваются в мою кожу головы. Мы заканчиваем более мелкими, нежными поцелуями, мягкими прикосновениями снова и снова…
Наше дыхание смешивается, когда мы отрываемся друг от друга.
Он держит мое лицо и заглядывает глубоко в мои глаза.
— Я. Люблю. Тебя. Всем своим нутром. Я люблю твою… — Его голос становится хриплым. — Вау. У меня была спланирована целая речь, но все пошло прахом.
— Продолжай.
Он проводит пальцами по моим распухшим губам.
— Принцесса, когда я кого-то люблю, я делаю это всей своей душой. С полной самоотдачей. Это отношения, которые будут расти, развиваться и меняться, чтобы соответствовать нам. Я никогда не перестану пытаться быть лучшим человеком, каким только могу быть. Я не откажусь от нас, несмотря ни на что.
— Так вот почему ты отказалась от работы?
— Это повлияло на мое решение, да. Как только я уехал из Техаса, что-то было не так. Я хотел тебя. Я скучал по Лоис и Скитеру. Мне нужна была моя команда. Я хотел праздновать вместе с ними в Придорожном кафе Рэнди. Хочу ли я когда-нибудь тренировать в НФЛ? Может быть. Хотел бы я, чтобы это были Питоны? Конечно. Это отличная франшиза, и Нью-Йорк был моим домом — в другой жизни. Правда в том, что я не готов сейчас.
Я провожу пальцем по его шраму.
— Ты можешь делать все, что захочешь. Я верю в тебя.
Он улыбается.
— Мне нужно больше опыта, это точно. Я не знаю всего, что мне нужно знать прямо сейчас о коучинге. Мне нужно больше трофеев и времени с Бобкэтс. Больше разговоров с тобой. Если бы я взялся за эту работу, это изменило бы мою жизнь. Жизнь чертовски коротка, чтобы быть одиноким, Нова. Слишком коротка, чтобы отказаться от чего-то настоящего с единственным человеком, которого я люблю.
Я вздыхаю.
— О…
— Моя интуиция подсказывала, что Нью-Йорк — неправильный выбор. — Он делает паузу и обхватывает ладонями мое лицо. — Я знал какой именно путь выбрать, и это было возвращение к тебе, но я должен был преодолеть свой страх потерять тебя, подвести тебя.
— Преодолел?
Он прижимает меня к своей груди, его рука пробегает по моим волосам.
— Честно говоря, я, возможно, никогда не перестану быть чрезмерно осторожным или нервозным по поводу некоторых вещей, но мы можем справиться с этим по мере необходимости. Я хочу любви. Ты подарок судьбы. Мое сердце принадлежит тебе. Ты взяла кувалду и выбила из него все дерьмо.
Я сжимаю кулак.
— Победа.
Он прикусывает нижнюю губу, на его лице появляется странное выражение.
— Что? — Я спрашиваю.
— Итак… Я был в самолете, думал о том, как рассказать все это, и у меня появилась идея по внутренней связи, возможно, сыграть на гитаре и спеть Jolene; потом я понял, что есть буфетчица по имени Джолин, а я не умею петь. К тому же, это было бы ужасно…
— Абсолютно. Придурок. Совершенно глупо романтично…
— Ты хочешь, чтобы я позвонил по внутренней связи и рассказал всей школе, как я собираюсь быть твоим мужчиной до скончания времен?
Я смахиваю слезу.
— Нет. Мы были бы тогда теми нелепыми людьми, на которых я закатываю глаза.
Он тихо смеется.
— Ах, тогда как насчет того, чтобы я спел "Скажи, что ты не отпустишь" сейчас? Я работал над нем. Здесь нет гитары, но…
Мое сердце воспаряет, когда он тихо поет слова песни о парне, который встречает девушку на вечеринке — да, там замешан алкоголь. Проходят годы, и он ждет, когда она увидит его, мечтая о том, как они состарятся вместе.
Он заканчивает песню.