Красивый и обаятельный
Шрифт:
Карен помолчала, старательно выбирая выражения.
— А для чего тебе понадобилось поливать Артура грязью?
Ее голос звучал спокойно, даже отстраненно, но Джой все равно вздрогнула и виновато зачастила:
— Понимаешь, это произошло совершенно спонтанно. Ты же знаешь Тома? Это мой бывший. Или, вернее, один из них. Я шла по улице, а он меня увидел. И спросил, отчего это я такая смурная. В полном расстройстве я и брякнула ему, что влюбилась в лорда Артура, а тот меня выгнал. Ну и то, что работала у него под чужим именем. Клянусь, больше ничего. Я совсем забыла, что Том — журналист. Когда на следующий день прочитала в газете всю эту чушь, то решила смыться, потому что понимала, что мне не поздоровится. Иден такой… жесткий. И сердитый. Он бы меня по стенке размазал и даже пятнышка не оставил. Но я ничего плохого не хотела, честно.
Эта характеристика так разнилась с тем Иденом, что знала Карен, что на мгновенье ей показалось, что они говорят о совершенно разных людях. Но, возможно, Артур и был с Джой жестким? А с ней, Карен, он всегда слегка насмешлив, но не суров.
Они немного помолчали, пока Джой не проговорила с непривычной для себя робостью:
— Ты не сердишься на меня? В конце концов это благодаря мне ты познакомилась с Иденом.
Карен отрицательно покачала головой.
— Нет. Не благодаря тебе. Я с родителями приехала на день рождения к его отцу. Там мы и познакомились. Вообще наша помолвка и устроена родителями. Династический брак, так сказать. — Она решила, что об их встречах до этого Джой знать вовсе не обязательно. Еще сделает неверные выводы.
Джой пригорюнилась.
— А я-то надеялась, что Иден меня простит! Мне было так не по себе, что я даже на мужиков почти не смотрела! А мне встречались очень даже неплохие экземпляры!
Тут зазвенел сотовый, и Джой, прежде чем ответить, посмотрела на дисплей. Карен удивилась, прежде подруга не отличалась подобной предусмотрительностью. Улыбнувшись, Джой нажала на кнопку приема и промурлыкала:
— Я слушаю тебя, дорогой!
Чтобы не слышать личный разговор, Карен ушла на кухню и вымыла посуду. Джой нисколько не изменилась, но этого и следовало ожидать.
Через некоторое время Джой прискакала на кухню, мурлыча песенку и блаженно улыбаясь. Устроившись за столом, оперлась локтями о столешницу и вдохновенно призналась:
— Знаешь, я встретила потрясного парня! Он такой красивый и обаятельный…
Карен вздохнула с мученическим видом. История повторялась. В который раз?
— И что, в этот раз ты снова собираешься наняться к нему в прислуги? Опыт у тебя уже имеется.
Джой смущенно засмеялась.
— Ах, забудь про мои смешные грешки! На сей раз все по-настоящему. Может быть, я даже выйду за него замуж. Но он такой умный, что я, пожалуй, постараюсь окончить курс, чтобы хоть немного ему соответствовать. — И с видом жертвы направилась в свою комнату, перешагивая через чемоданы, раскиданные по коридору. — Пойду посмотрю, как там мои учебники.
Но Карен сердито предложила:
— Ты сначала со своими баулами в коридоре разберись. Я не хочу об них запинаться.
Джой принялась суетливо перетаскивать вещи в свою комнату, а Карен, сочтя, что толкаться вдвоем в небольшом коридоре ни к чему, ушла к себе. К тому же она все еще сердилась на подругу.
Следующая неделя пролетела так же быстро, как и предыдущая. В четверг Карен ужинала с Иденом в ресторане и даже пару раз с ним танцевала, но его близость действовала на нее, как хороший наркотик, и, чтобы избежать искушения, ей пришлось отправиться домой гораздо раньше, чем она планировала.
Но при расставании Иден вдруг заявил:
— Дорогая, надеюсь, я не доставлю тебе слишком много хлопот, если попрошу присутствовать со мной на рождественской вечеринке в моем банке? В роли хозяйки, так сказать?
Карен не нашла ничего лучшего, как потрясенно спросить:
— Почему я?
— Тебе не кажется, что было бы странно, если б я, имея официальную невесту, вдруг привел на вечеринку постороннюю девицу?
Карен прочистила горло.
— Извини, я не права, конечно. Но тогда тебе для равновесия придется пойти со мной на наш корпоратив. Когда твоя вечеринка?
— Двадцать третьего.
— А у меня — двадцать второго, в следующую среду. Так что все нормально. Думаю, ты справишься.
Он недоуменно воззрился на нее.
— С чем справлюсь?
— С ролью жениха. Не будешь провожать глазами ножки проходящих дам, не будешь делать им сомнительных комплиментов, и вообще, будешь изображать ко мне, и только ко мне, пылкую любовь.
Иден склонился к ней так низко, что казалось — еще мгновенье, и он просто на нее упадет.
— А почему ты решила, что я тебя не люблю?
Ах, если бы это было правдой! Но Карен не могла позволить себе обманываться.
— Конечно, любишь. Кто бы в этом сомневался? В своей манере, конечно. Но беда-то в том, что одновременно со мной ты любишь еще пару-тройку очаровательных дамочек с ногами от ушей. А у меня другие представления о любви. Ну, до среды. Я буду ждать тебя в офисе. Вечеринка внизу, в нашем ресторане. До встречи.
Она ушла домой, а Иден сердито нахмурил брови и, раздраженно шепча себе под нос, что он полный болван, отправился домой.
В среду он приехал в офис к Карен, как она и велела, ровно к шести часам. В фойе толпился принаряженный народ, среди которого он пробирался, то и дело натыкаясь на изучающие взгляды. Поднявшись на лифте в кабинет невесты, он вручил ей фиолетовые примулы и с удовольствием поцеловал. К сожалению, только в щеку, потому что она ловко увернулась от настоящего поцелуя. Ее секретарша ушла ставить цветы в вазу, и он смог прошептать ей на ушко:
— Ты великолепна, дорогая. Мне будут завидовать все мужчины твоей конторы.
Карен было приятно это слышать. Она и в самом деле потратила массу времени, чтобы выглядеть как счастливая невеста, а не как сдержанная деловая леди.
Идену очень понравился ее сегодняшний наряд, — короткое платье для коктейлей открывало точеные ножки в тонких колготках, а узкие, перекрещивающиеся сзади лямки — безупречные руки и красивую спину. Распущенные по плечам волосы делали ее совсем юной, и Иден вдруг показался себе стариком. Но он быстро отогнал неприятные мысли и тихо пообещал:
— Я буду любоваться только тобой, обещаю.
Карен фыркнула.
— Никогда не давай невыполнимых обещаний. Они могут испортить твой безупречный имидж.
По ее скептическому тону было ясно, что имидж Идена может быть только отрицательным, поэтому он укоризненно покачал головой.
— Ты, как моя невеста, должна верить в меня и поддерживать во всех моих начинаниях.
— Боюсь, для меня это невыполнимая задача. Так что пойдем лучше вниз.
Они спустились в ресторан. Карен присоединилась к своему отделу, предварительно познакомив сотрудников со своим женихом. Многие тоже, как и она, пришли на вечеринку не одни. Но Карен, сравнив и своих сотрудников мужского пола, и приглашенных мужчин, не могла не признать, что Иден выделяется из всех. И не потому, что на нем был безукоризненно сидевший темно-серый смокинг и атласная бабочка на белоснежной сорочке, а потому, что от него исходила аура силы и властности. Он был настоящим мужчиной, встретить которого в каменных джунглях Лондона было такой же редкостью, как белого слона — в лесах Индии.