Чтение онлайн

Лесная тень заливисто захохотала:

— Очухался? Я тебе чё говорила? Чтоб ты старикана притопил!

Сестра согласилась с ней:

— При всём уважении, но мы действительно думаем, что в некоторых ситуациях самое простое решение является самым лучшим.

Ингвар устало отмахнулся.

— Да-да, а ещё так поступили бы дикие звери. Я всё помню. Это не совсем... не совсем в моём характере. Не моя игра. Не тот уровень сложности. Не про меня Мактуб будет, если я начну так поступать.

— А про кого же?

— Про кого-то другого.

— Говоришь, как жрец Девятого.

— Да, должна согласиться. По речам, вы больше похожи на того, кто почитает Инка. Хотя и на почитателя Хорна вы тоже похожи. Правда, не слишком удачливого. Кто же вы на самом деле, легендарный колдун Таро?

— Чувствую же я себя аккурат посредине. Жертвой обстоятельств и связанным по рукам и ногам Кинком.

— Посредине чего?

— Сестра, он имеет в виду цифры. Потому что Хорн — это первый, а Инк — это девятый. Аккурат посредине у них пятый. А пятый Кинк. Тот, кто идёт на поводу у желаний и прихотей. Пленник. Посредине на круге. Понимаешь?

Ингвар потянулся за водой. В котелке плеснула остывшая заварка. То, что нужно. Зачерпнуть воды из Навьего озера. И ждать новостей. Эти барышни пришли не просто так. Ингвар свесился с мостков и зачерпнул воду. Попил и побрызгал на затылок. Приличная шишка осталась от этой клятской рирдановой рунницы.

Нащупал уплотнения на затылке, кажется, их стало больше. Два крупных рубца остались, но по краям ещё что-то добавилось. Надо попросить посмотреть, что ж там у него такое. Уж эти-то барышни врать не станут.

В темноте, лишь слегка разбавленной светом месяца, Ингвар зачерпнул ещё воды. Вспомнил, что у него ещё остались пластинки ивовой коры, из аптечки Иггуля. Самое время заварить их. Может быть, удастся найти дубовую кору и сделать настой на утро, чтобы полоскать рот и избавиться от привкуса крови.

Под Ингваром на глубине, промелькнула большая белая тень.

Рыбина. От спины которой вода ухнула, и прокатились волны, плеснувшие во все четыре берега.

Рыбина. Слишком здоровая, не то что для такого озера, а даже и для океана. Она была длинной, как... как накер, обомлел Ингвар.

Он кинулся прочь с мостков, прыгая, не чуя под собой натруженных ног.

— Ты чего это скачешь, как зайка? Мы тут как раз думаем, интересно бы попробовать кукольную кровь. Говорят, совсем особенная штука. Она хоть и откупоренная уже, не девочка, но попробовать определённо стоит.

— Не надо, — остановила её сестра. — Мы вас нашли вечером. И ручаться за то, что правильно поняли то, что произошло, не можем. Но после удара по голове прошло часов десять. Это ваша кукла или она к вам приблудилась пока вы спали?

— Там, — Нинсон указал на чёрное озеро с неспокойной водой. — Там какой-то линдворм!

— Ну, мы же на Навьем ключе. Он тут и есть. У него тут дырка.

— Пф-ф-ф, — фыркнула другая лесная тень. — Сама ты дырка.

Кажется, наличие монстра в десяти шагах никак не напрягало лесных теней. Их голоса не дрогнули, внимание не упёрлось в темноту напряжёнными струнами. Просто семитонный линдворм проплыл где-то у маленького прудика в лесу. Ничего особенного.

— Так что с девчонкой? Чья она?

— Моя. Временно. Пока не смогу отдать её кому-нибудь.

— Отдай нам! — залилась смехом лесная тень.

Её сестра только скорбно поджала губы.

— Прошу прощения. Она шутит.

— Чего это шучу? Он же сам спрашивал про преследователей. Мы их встретили. Слушать — слушали. Смотреть — смотрели. Можем рассказать. А он нам оргоновую деву. Поверь, ты бы хотел услышать наш рассказ как можно скорее, не откладывая.

— Как это будет? Так же, как со мной вчера?

— Нет, мы совсем её выпьем, — хохотнула лесная тень.

— Не переживайте, она шутит. Мы просто попробуем. Именно, как с вами вчера. Впрочем, она должна перенести эту потерю немного тяжелее.

Ингвар запретил себя думать дальше.

Конечно, немного тяжелее. Клять, да девчонка и так еле живая.

Он ещё раз посмотрел на девочку. Нет, не чувствовалось, что она скоро погибнет. Надо пробовать. Дахусим. Забота не всегда в доброте. Им нужна помощь лесных теней.

— Хорошо.

«Двадцать-двадцать-двадцать. Смилуйся над ней, Милосердная Ишта!»

Старик оставил все свои вещи, когда уезжал. Только топор прихватил. Ингвара уложили на кожаный плащ Иггуля, а Грязнулька была завёрнута в одеяло Михея. Она вытянулась по струнке. Ничего не понимая, но чувствуя, что обсуждают её. Кажется, вопреки её предчувствиям, новый хозяин всё же означал новые мучения. И ничего больше.

— М-м... Уговорить его было легче, чем ты думала... Ну я, пожалуй, пойду, прильну к истокам, так сказать. А ты тут рассказывай.

Она направилась к Грязнульке, покачивая бёдрами и бесстыже выставив пупок.

— Осторожнее с ней, сестра. Пожалуйста.

Даже отсюда было видно, как напряглась кукла, когда девушка откинула одеяло.

— Тут холодно, зайчонок, — приторно пропела лесная тень. — Не возражаешь, если я устроюсь рядом? Вместе нам будет теплее. Да. Вот так.

Лесная тень легла, плавным движением перекатилась на бок, оказалась вплотную к кукле, положила ногу сверху, придавила девочку, как хищница, прижавшая жертву лапой. Она обняла Грязнульку и укрыла обеих. Прильнула к шее.

— Вы слушаете? Таро? Вы меня слышите?

Нинсон повернулся к вампиру, зарёкшись смотреть на куклу:

— Да.

— За вами идут восемь человек. Они вышли на тропинку вечером. Запутались в следах. По их мнению, один и тот же человек ходил то туда, то сюда, а разные лошади скакали в разные стороны. Они пошли по самому последнему следу. То есть по направлению к городу, направо.

Ингвар понял, что это Михей отвёл погоню, оставив самый свежий след.

— Встали там стоянкой. У выхода из леса, на перекрёстке. На том месте, где вы жестоко покарали латника, дерзнувшего поднять руку на легендарного колдуна. Латник сам виноват. Он увидел, что вы без брони и безоружны. Принял это за слабость. Лес знает, что за это вы не просто убили его, а приготовили заживо. Хотя мы стараемся дарить всем живым существам лёгкую и быструю смерть. Иногда и в такой смерти есть своя красота. И свой смысл.