Чтение онлайн

– Черт, порвался! – ДонУн вышел из меня, вовремя заметив переработку. Недоработкой это называть было трудно. Я протянула руку следом, желая его поймать. Он опять залез в ящик и надел новый. У меня не было сил подняться и я, как бесхребетное, была поднята им за подмышки и кинута на кровать, обратно.

Парень забрался вдогонку и, развернув меня к себе спиной, опер о спинку кровати. Я почувствовала, как он снова вошел в меня. Зарычав от блаженства, я выгнулась сильнее. ДонУн почти тут же поймал случайно потерянный ритм, и кровать затряслась пуще прежнего. Пальцы до судороги вцепились в древесину, ломая ногти. Дыхание ДонУна обжигало плечо, смягчая огонь желания поцелуями. Я обернулась, и наши уста встретились, не сбивая нас с неистовых фрикций.

– Девочка моя, я, кажется, сплю или сошел с ума… Боже, как же я ждал этого… но и не думал, что это будет так великолепно, - постанывая, он провел длинными пальцами по шее, снизу подбородка и, обхватив его ладонью, задрал мою голову назад. Открыв губы, я облизнула его палец. ДонУн в голос застонал и, рухнув на меня, придавил весом своего стройного тела. Просунув руку меж моих ног, он достал до клитора и за считанные секунды совершил пальцами волшебство, заставив меня затрястись и закричать, теряя силы и падая. Угасая под непередаваемо мощным потоком наслаждения, накрывшим меня, я видела лишь золотые всполохи и розовый туман перед глазами. Никаких формул и их решений. Я отключилась, держа в поле осязаемости руки ДонУна, уверенно обнимающего меня и не отпускающего от себя ни на миллиметр.

Глава, в которой снова нет ничего особенного

Радость пустой головы прошла в течение минуты, как только я начала пытаться вспомнить, как я уснула. Этот процесс дался мне нелегко. Чувствуя шторм в черепной коробке и ломоту во всем теле, мне было неудобно пошевелиться, словно на меня упал шкаф. Как же я вчера так вырубилась? Не стоило поддаваться своему желанию забыться и пить, пить это замечательное красное вино вместе с ДонУном. Действительно, я ведь пила вместе с ним. Опасно, конечно, напиваться с похотливыми самцами, но… я распахнула глаза. Как-то неестественно тяжело мне было. Я опустила взгляд к своей груди, на которой лежала рука. Я подняла свою. Да, вот моя, а та – чужая! Приподняв одеяло и посмотрев ещё ниже, я увидела обхватывающую меня мужскую ногу. Завизжав, я отскочила к спинке кровати, прижавшись к ней своей спиной и натянув на себя одеяло. Оно начало соскальзывать с парня, лежавшего рядом и проснувшегося моментально от моих криков. Моим обнаженным плечам не было прохладно, потому что в воздухе ещё стояли алкогольные пары и неостывший жар разгоряченных тел. Открыв веки, ДонУн точно так же подскочил на месте и попытался удержать одеяло на себе. Хватая воздух ртом от возмущения, я старалась успокоиться и воспроизвести события ночи. Обрывками и беспорядочными кадрами, они вставали перед взором. В подтверждение того, что это не обман похмельной головы, я видела, что оба мы голые, как новорожденные. Стало быть, такими мы и уснули, и всё, что мелькало сейчас в воображении, было действительностью. Я переспала с ДонУном. По собственному желанию. Не обманом же он меня заставлял набираться вином. Я сама тянулась и дошла до этого.

Глядя друг на друга, как два зверя в клетках напротив, мы ждали, кто скажет что-нибудь первым. А что тут было сказать? Неловко перебирая пальцами на сжатом в них покрывале, я соображала, как выйти без потерь для собственной гордости из сложившихся обстоятельств. Ладно бы, если секс ничего не значил в отношениях людей, но как часто он их портил! И, чаще, по мужской вине, да-да. Им становится неинтересно продолжать дружить с девушкой, от которой они получили всё, чего хотели.

– Почему ты не остановил нас? – возложила я на него всю ответственность, избегая публичного признания, что я поддалась по своему согласию.

– Я? – ДонУн убрал с лица челку. Впервые вижу его настолько домашним и простым. – Меня бы кто остановил… я не мог уже сдерживаться, когда всё понеслось.

– Потому что я сказала, что не девственница и всё – проблем нет? Так ты подумал? – прошипела я, прожигая его глазами.

– Нет! – молодой человек потер щеку, виновато отвернувшись. – Ну что ты такое говоришь? Я… я не специально, правда! Как-то… всё так завертелось… я же тоже здорово выпил!

– Засранец! – вынесла я вердикт. Он не смотрел на меня. Я вспомнила то, о чем мы говорили накануне. – Что, насытился, получил концентрированную порцию присутствия?

Теперь я отвернулась. Дернув одеяло посильнее, я вновь легла к ДонУну спиной. Не потому что чувствовала обиду, а потому что было стыдно в глаза глядеть. Что я вытворяла? Это так я решила избавиться от мученических угрызений совести – отдаться первому же попавшемуся парню?

– Нет, не насытился, - ко мне прижалась его грудь, и ладонь легла на моё плечо. Растерявшись, я не отстранялась. – я хочу получать такую порцию регулярно.

– Это невозможно. – я поджала губы, стараясь не обращать внимание на легкие поцелуи в ухо и щекочущий ветерок его дыхания. – Либо же тебе придется всегда меня спаивать.

– Тебе не понравилось? – с боязнью спросил он. Чувствовалось, как не хочется ему услышать положительный ответ. Нежно гладящая меня рука замерла. Я молчала. Что было отвечать? Я стонала и блаженствовала, как прыткая сучка. А теперь сказать «нет, не понравилось»? – Скажи честно.

– Я не хочу говорить об этом. – уткнувшись лицом в подушку, я попыталась натянуть одеяло на ухо, но ДонУн не дал этого сделать и поцеловал в скулу, наклонившись надо мной.

– Почему? Нам же было хорошо…

– И что? – я развернулась, влажным и осуждающим взглядом демонстрируя, что мне, правда, тяжело. – Стать теперь твоей любовницей? Нет, ДонУн, нет! Я не хочу! А ты – ты добился своего. Я нарушила свои принципы, вернее, нет, принципов уже не было, но я перешагнула через то, чего боялась. Страх снимается алкоголем, в этом я убедилась, а ты, холостой и беззаботный, можешь искать приключения дальше, других дурочек затаскивать в постель.

– А ты? – прервал мой словесный поток молодой человек.

– Что – я?

– Пойдешь строить отношения с кем-нибудь более солидным, с каким-нибудь остепенившимся занудой, лицемером, который не гуляет по бабам, просто потому, что не пользуется у них спросом?

– Не буду я строить никаких отношений! – я почти заплакала. Губы затряслись. – Я хочу, чтобы всё быстрее кончилось, хочу домой, спокойствия и стабильности! Хочу быть нужной кому-то, а не пользуемой! Хочу быть…

ДонУн заткнул меня поцелуем. Я попыталась отбиться, но будучи голой под голым мужчиной сложно активно елозить, не разбудив в обоих желания чего-то дальнейшего. Присмирев под настойчивостью его языка, я замерла. Он накрыл меня своим телом, начав опускать руки вниз. Я схватилась за них и освободила рот.

– Не надо, прекрати. – щеки у меня уже заалели. Парень послушался и погладил меня по подбородку.

– Здесь твой дом, здесь ты нужна, и здесь ты можешь пользовать меня, как тебе хочется. Чего тебе ещё надо?

– Я… - «хочу быть чьей-то любимой». Но озвучить это? Унизительно. – скажи, кого ты представлял, когда занимался со мной любовью?

– Прости? – нахмурил ДонУн брови.

– О ком ты думал, когда спал со мной? Я знаю, мужчины так делают. Если они любят другую, то они видят ту, другую, а не эту, с которой у них секс.

– Дурочка ты! – засмеялся он и обнял меня, перекатившись на бок. – Кого я мог представлять, если со мной ты? Да, я не спорю, иногда мужчины способны на такое, да и, женщины, я думаю, не исключение, но думать о ком-то, когда рядом ты?