Чтение онлайн

В маеиюне 1942 года в связи с наступлением немецкой армии на юге нашей страны начался второй массовый наплыв беженцев. Руководство Краснодарского края уже имело опыт приема больших масс людей, поэтому он не принес особых трудностей. Среди эвакуированных было немало рабочих промышленных предприятий, служащих государственных учреждений. Городские власти смогли довольно быстро найти им работу. Дети школьного возраста были отправлены в городские школы и детские дома. Большинство краснодарцев отнеслись к беженцам доброжелательно, беспрепятственно расселяли их в своих квартирах, делились с ними предметами домашнего обихода.

В маеиюне 1942 года в Краснодар хлынул второй поток беженцев (не позиционированный снимок)

Согласно официальной статистике, за апрель 1942 года по городу Краснодару численность прибывших беженцев составила 2558 человек. Этой весной на Кубань были эвакуированы многие ленинградские детские дома и детские сады, среди которых значительное число составляли еврейские дети.

Согласно регистрационным спискам в Краснодарском крае на 1 октября 1941 года было принято и размещено 218 169 граждан из Украины, Белоруссии, Молдавии и Крыма. Из них евреев – 73% 11 .

Этим объясняется массовость карательных акций органов тайной полиции СД и зондеркоманды СС 10А на территории Краснодарского края.

Часть беженцевевреев была расселена в Доме колхозника в полутемной комнате, причем вместе – мужчины, женщины и дети. Именно это здание стало главным пунктом сбора еврейского населения перед его уничтожением фашистами в период оккупации города 19–21 августа 1942 года 12 .

Помимо наплыва беженцев прямым следствием войны стало появление на улицах города большого количества калек – инвалидов Великой Отечественной войны. Это стало еще одной проблемой городских и краевых властей. В январе их число достигло почти 40 тысяч человек. Учитывая благоприятный климат Кубани и невозможность возвращения на родину, оккупированную врагом, многие из них оставались на место жительства в Краснодаре.

Работу с ними проводил Краснодарский краевой комитет помощи раненым бойцам и командирам Красной армии. Несмотря на многоснежную, суровую зиму, все действовавшие эвакогоспитали города не имели перебоев в топливе, хотя уголь в Краснодарский край зимой 1941/42 года не завозился. Для организации лучшего обслуживания раненых за каждым эвакогоспиталем были закреплены в порядке шефства либо район, либо отдельные организации.

Важным направлением работы стала трудовая реабилитация инвалидов войны, при всех эвакогоспиталях были организованы мастерские «по обучению инвалидов Отечественной войны ремеслам». Открыты курсы: по подготовке колхозных счетоводов, бухгалтеров, учителей и других специалистов. Образовалось много артелей инвалидов, выпускавших полукустарные товары широкого потребления. «Фактов неустройства на работу инвалидов Отечественной войны не было», – говорилось в отчете комитета. Были приняты меры к производству протезов, «нуждающийся в этом военный контингент обеспечивался полностью» 13 . Работа многих полукустарных артелей несколько снижала остроту в обеспечении населения товарами широкого потребления, снимала нагрузку с промышленных предприятий, перешедших на выпуск военной продукции. Наличие мелкого, кустарного и полукустарного производства, мелкой частной собственности и самозанятости в Советском Союзе существовали вплоть до смерти И. В. Сталина в 1953 году.

Инвалиды Великой Отечественной войны (не позиционированный снимок)

Артель инвалидов Великой Отечественной войны (не позиционированный снимок)

Трудности военного времени ощущала вся страна, в том числе жители Краснодара. О них наглядно можно проследить по ценам на городских рынках. Как отмечалось в принятом по этому вопросу постановлении бюро крайкома партии от 17 января 1942 года, «…резко сократился привоз сельхозпродукции, повысились цены, и создалась благоприятная обстановка для роста спекуляции». В январефеврале 1942 года цены на продукты питания резко возросли: 1 января пшеничная мука стоила 13 рублей, а 22 февраля она уже стоила 14 рублей 50 копеек за килограмм; картофель соответственно 4 и 6 рублей 50 копеек, говядина – 11 и 14 рублей; куры (тушка) – 15 и 50 рублей; масло растительное – 20 и 35 рублей за литр, что было значительно выше довоенных цен. Для сравнения можем привести цены на продукты питания в оккупированном врагом городе, приведенные в разведсводке № 6 краевого управления НКВД от 12 сентября 1942 года во время временной оккупации города, в которой сообщалось, что магазины в городе не работают. Рыночные цены на продукты питания и предметы широкого потребления баснословны. Например, мука за один килограмм – 56 рублей 25 копеек, яйца – 50 рублей за десяток, мыло хозяйственное – 60 рублей за кусок, туфли женские – 1000 рублей за пару… Хлеб населению не выдавался вообще… 14 .

А пока для борьбы со спекуляцией райкомам и райисполкомам поручалось «…взять в свои руки дело организации колхозной торговли». Для этого нужно было навести порядок на рынках: «…усилить борьбу со спекулянтамиперекупщиками и помочь товаропроизводителям, вывозящим продукцию на рынки, выделять им подводы» 15 .

Успехи Красной армии породили надежду, что изгнание врага – вопрос ближайшего времени. Ранее демонтированное и отправленное в глубокий тыл оборудование предприятий стало возвращаться на прежние места. 3 января 1942 года в Наркомат минометного вооружения из Краснодара была отправлена телеграмма следующего содержания: «Ейский [завод] «Молот» эвакуирован [с] первой декады декабря в Ташкент. Оборудование находится в Баку, отправка морем запланирована [на] февраль, люди [в] Ташкенте, [на] дорбазу. Мнение крайкомпарта [краевого партийного аппарата] – возродить завод [в] Ейск. Телеграфируйте подтверждение».

Согласие наркомата на реэвакуацию завода было получено уже через четыре дня. Аналогичная ситуация сложилась и на краснодарских предприятиях. В связи с продолжением боевых действий в Крыму выпуск военной продукции для фронта предприятиями города не прекращался, несмотря на то что последние три месяца заводы по централизованным нарядам ничего не получали, производство боеприпасов шло исключительно за счет использования внутрикраевых резервов и эвакогрузов. Представитель Ставки ВГК на Крымском фронте армейский комиссар 1го ранга

Л. З. Мехлис жестко потребовал от руководства города резко увеличить выпуск военной продукции. Но, к сожалению, запасы металла в Краснодарском крае были не бездонными и о резком увеличении выпуска продукции не могло быть речи.

8 января секретарь крайкома партии П. И. Селезнев обратился в ЦК ВКП(б) к Г. М. Маленкову с письмом, в котором сообщил о катастрофическом положении на краснодарских предприятиях, выполняющих задания по производству боеприпасов, которые за последнее время резко снизили выпуск продукции и находились

«…под угрозой остановки исключительно из-за отсутствия обеспечения заводов металлом и инструментальными станками. Заводы Наркомсредмаша выпускали в декабре, и могут выпускать ежемесячно, 50мм сухопутные осколочные мины: на заводе «Октябрь» – 70 000 штук, а получили задание на первый квартал из расчета ежемесячного выпуска: на заводе «Октябрь» – 30 000 штук» 16 .

Наркомат разрешил производство 82мм минометов на заводе им. Седина 17 .

В то же время Краснодарский край получил задание на изготовление запасных частей к танкам Т26 и БТ на заводах «Октябрь» и им. Седина. Кроме того, на заводе

им. Седина в первом квартале 1942 года началась подготовительная работа к выпуску узлов и деталей к Т34 – лучшему советскому танку Великой Отечественной войны. Однако из-за нехватки металла и отсутствия технической документации в январефеврале план завода «Октябрь» был выполнен только на 20% 18 .