Чтение онлайн

Вслед за нами на территорию спешно въехали несколько заводских грузовиков и санитарных машин. Людей, которые метались в тлеющей одежде, стали сбивать с ног и накрывали кусками брезента, чтобы погасить пламя. Трудно было с теми, кто был в промасленных ватниках и не мог сам их сбросить.

Еще дымились груды обгорелых кирпичей. Повсюду валялись листы сгоревшего железа. Из развалин зданий, изпод искореженных емкостей неслись человеческие вопли и стоны.

Над всем этим стоял тошнотворный запах гари и сгоревшего мяса. Но уже начали выводить к санитарным автобусам тех пострадавших, которые могли передвигаться. Страшно было смотреть на их обгоревшие лохмотья из одежды и кожи. У пострадавших не было видно ни лиц, ни глаз. А из города продолжали и продолжали прибывать машины скорой помощи и грузовики…

Несмотря на категорические требования не разглашать это происшествие, во время перекуров рабочие продолжали потихоньку вести разговоры о взрыве в спеццехе. По подсчетам, выходило, что всего пострадало и погибло около двухсот

человек. Их могло быть и больше, если бы не обеденный перерыв, когда часть рабочих находилась в столовой»49.

В связи с тяжелой обстановкой на Крымском фронте в городе начали появляться в одиночку и группами небритые, изможденные военные в истрепанном обмундировании. Это были те, кому удалось перебраться через Керченский пролив после поражения наших войск. Этим обстоятельством воспользовались вражеские спецслужбы, распространявшие через беженцев и военнослужащих панические настроения. Паникеров и дезертиров на улицах города задерживали патрули.

Несмотря на провал десантной операции, Крымский фронт попрежнему требовал все больше грузов для обеспечения населения полуострова и воюющих там соединений. Железнодорожный и воздушный транспорт не справлялся с перевозками. 6 апреля крайком партии вновь обязал начальников ДоноКубанского речного и ЧерноморскоАзовского пароходства обеспечить перевозку воинских грузов для Крымского фронта до Темрюка и далее по маршруту – до Керчи.

Охрана речных судов во время их рейса в Азовское море и по Керченскому проливу поручалась Азовской военной флотилии, поэтому на гражданские буксирные катера были установлены пулеметы, а на более крупные суда – танковые башни с 45мм орудиями 50 .

Отправкой на фронт первой крупной партии девушеккомсомолок дело не ограничилось. Фронту нужно было новое пополнение. Потеря в Крыму целого фронта вынуждала изыскивать новые резервы. Практика показала, что женщины благодаря своей природной выносливости и аккуратности хорошо подходили для снайперской работы. В Краснодаре в апреле 1943 года была организована снайперская школа, в нее вошли 102 девушки, 45 из которых в 4м гвардейском кавалерийском корпусе составли снайперский взвод. Уже позже, когда на Кубани разгорелись ожесточенные бои, решение командования о массовой подготовке снайперов оправдалось. В соответствии с нарядом штаба СКВО 3246 девушек направлены на 45дневную подготовку в учебные пункты МПВО.

Так девчонки уходили на фронт (не позиционированный снимок)

В горнолесистой местности Кавказа фашисты несли огромные потери от снайперов, зачастую превышающие боевые потери врага. Привлечение к снайперскому делу девушек оказалось правильным решением. Они оказались более усидчивыми и меткими стрелками.

О том, насколько эффективной была снайперская война в горнолесистой местности Северного Кавказа, можно судить по фронтовому дневнику немецкого офицера Флориана Толька. «Однако эта дикая красота Кавказских гор с наступлением темноты становится зловещегрозной. На одиноких тропах нас поджидает пуля снайпера. В непроходимой чаще прячется смертельная опасность. Порою смерть от пули снайпера превышала боевые потери» 51 . В связи с участившимися в мае 1942 года налетами вражеской авиации на территорию города Краснодара, Новороссийска и Туапсе к 1 мая крайком партии потребовал ускорить строительство городских командных пунктов местной противовоздушной обороны первой категории. Требовалось также возобновить круглосуточное дежурство на предприятиях и в отдельных домовладениях с соблюдением светомаскировки 52 .

На следующий день после завершения неудачных сражений Западного и Крымского фронтов, 21 апреля, для управления войсками на южном крыле советскогерманского фронта Ставка создала Главное командование войск СевероКавказского направления 53 . Ему подчинялись и Крымский фронт, и Севастопольский оборонительный район, и СевероКавказский военный округ, и Черноморский фронт, и Азовская военная флотилия. Главнокомандующим этого направления был назначен Маршал Советского Союза С. М. Буденный, его заместителем по морской части – адмирал И. С. Исаков, членом Военного совета – секретарь Краснодарского крайкома ВКП(б) П. И. Селезнев, начальником штаба – генералмайор Г. Ф. Захаров.

Из состава войск СКВО в непосредственное подчинение Главкома СевероКавказского направления перешли 17й казачий кавалерийский корпус под командованием генералмайора Н. Я. Кириченко (со штабом в станице Павловской), который 28 апреля получил свою первую боевую задачу – занять оборону по левому берегу реки Дон от Манычской до Кагальника и далее – по восточному побережью Азовского моря до Темрюка, и 1й отдельный стрелковый корпус под командованием полковника М. М. Шаповалова (со штабом в станице Крымской), который оборонял совместно с Черноморским флотом побережье Черного моря от Темрюка до Лазаревской, Майкоп, Краснодар и далее территорию по реке Кубани до Темрюка.

В этих целях на станциях Краснодара и в других населенных пунктах создавались перевалочные базы. Для прикрытия с воздуха грузовых перевозок по реке Кубани и дорогам Таманского полуострова командующему округом поручалось организовывать противовоздушную оборону силами зенитной артиллерии и истребительной авиации. С 15 мая Азовская военная флотилия должна была сформировать отдельный отряд кораблей на реке Кубани, на который возлагались задачи борьбы с минами, сбрасываемыми с самолетов противника, и диверсантами 54 .