Чтение онлайн

В коридоре их уже встречал Ян. Склонившись передо мной, он хмуро глянул на Хозяина, пробурчал что-то об осенней грязи и принялся стягивать с меня сапоги.

В комнате стало намного прибраней, чем перед нашим отъездом. Постель застелена, пол больше не усеян осколками — казалось, даже дышаться стало легче. И пускай по полу все еще стелился сквозняк, батареи вдоль окна уже обнадеживающе урчали. Внезапно я дернулась — Хозяин неслышно подошел сзади и шумно вдохнул, ткнувшись носом мне в шею.

– В ванну иди, - скомандовал он. — Ненавижу, когда моё пахнет кем-то еще, кроме меня.

Наклонился, проверил пробку.

– Ну вот, - пробормотал он, - неплохо.

Вытащил пробку и протолкнул палец в расслабленную плоть. Я ахнула и попыталась сжаться.

– Нет! — я извернулась, избегая прикосновений. — В душ же…

Хозяин скривился, но руки все-таки убрал. С серьезным лицом он стянул с меня платье, внимательно осмотрел горло — может, от лап Павленко и остались синяки, но разглядеть их под ошейником не представлялось никакой возможности. Блеклые, словно стылый пепел, глаза остановились на моих губах. Хозяин хмыкнул, явно что-то для себя решив, и толкнул меня по направлению к ванной. Пока я мылась, а после и он, оба хранили молчание и почему-то избегали пересекаться взглядами.

Все это время Хозяин был отстраненно напряжен, я же, глядя на его голый торс, подтянутый живот, рассеченный белесым шрамом. Стягивая с меня полотенце и брося его куда-то в угол комнаты, он приглашающим жестом указал на кровать.

– Окей, я поняла. Только один вопрос, - от собственной смелости голос дрожит, но спросить все-таки необходимо. — Что там будет в четверг?

– Увидишь.

– В этот четверг? Ты же обещал, что…

– Я ничего не обещал. Тебе — точно.

– Ты сказал, что если я буду слушаться…

Устав от препирательств, Хозяин молча повалил меня на кровать. Скользнул пальцами по нежной коже бедер, выше. Усмехнулся, услышав протяжный вздох.

– С твоим телом куда как проще договориться, чем с тобой.

Дерьмовая ситуация, но, походу, он прав. Вздрогнув всем телом, я ловлю себя на том, что непроизвольно тянусь за пальцами, чувствуя, как они касаются лона — горячего и уже трепещущего. Хозяин рычит и наваливается сверху. Чтобы не глядеть в его лицо, прикрываю глаза. Итак ясно, что последует за этим.

Вопреки привычному порядку, сегодня он не бьет меня. Не душит, не впивается зубами в бусинки сосков. Трахается долго, нужно, механически, словно мысли его сейчас где угодно, но только не тут. Лицо Хозяина пустое — даже когда, кончая, он заполняет меня теплой жидкостью. Отстраняется, вновь уходит в ванную.

– Стареешь, Хозяин? — под конец осмелев, все еще слегка покачивая бедрами, спрашиваю я, когда он возвращается. — Или еще от вчерашнего не отошел?

Игнор. Абсолютный. На душе погано. Интуиция буквально кричала, предупреждая об опасности, но все эти полунамеки успели изрядно поднадоесть. В голову пришла идея.

Плавно поднявшись, дохожу до стены с цепью, беру ее в руки и внахлест, стараясь не зацепиться ошейником, наматываю на горло.

– Знаешь, ты либо отвечай нормально, либо…

Тяну цепь что есть силы. Звенья цепляются друг за друга, но поддаются. Говорить становится все труднее.

Не предпринимая никаких попыток помешать, Хозяин молча взирает на меня. Тяну сильнее, до звездочек в глазах.

– Ты только говоришь загадками, кидаешь какие-то… полунамеки…

– Ладно, - вдруг говорил он. — Пошли. Обсудим кое-что.

Он двинулся ко мне навстречу, в свою очередь, я натянула цепь максимально сильно.

Если он сейчас не вмешается, я реально же задушусь тут! Цепь — не веревка, ее так просто не ослабить — звякнув, металлические колечки плотно сцепились, фиксируя импровизированную удавку в одном положении.

Сильные руки легли поверх моих — все-таки Хозяин решил вмешаться. Цепь с грохотом упала на пол. Опустив веки и стараясь изгнать пляшущие перед глазами цветные пятна, растираю горло. Вот теперь-то на нем точно живого места нет — куда там Павленко!

– Пошли, - повторяет Хозяин.

– К… куда? — речь дается с трудом, горло адски дерет.

– На кухню.

Снова идет полутемными коридорами — уже почти стемнело, но свет почему-то Хозяин не включает, но он ему и не нужен: мой мучитель прекрасно ориентируется в этом доме.

– Ты ведь здесь не живешь, - высказываю вслух озарившую меня, мысль.

– Нет, - глухо отзывается он.

На кухне Хозяин изменяет своим привычкам — выключатель щелкает, озаряя пространство теплым светом. Довольно просторное помещение вмещало в себя навороченную электрическую плиту, две раковины, длинную, как взлетная полоса, разделочную поверхность, стол и несколько стульев вкруг.

– Кофе будешь? — спросил Хозяин. Я отрицательно помотала головой. — Есть хочешь?

Получив все тот же ответ, он устало опустился на стул. Сцепил руки в замок и опустил их на стол. Немного помедлив, я села напротив. Представив, как в измученное горло протискивается пища, я скривилась.

Повисла неловкая пауза.

– Мы можем попробовать нормально поговорить? — я первая нарушаю эту гнетущую тишину.

– А зачем? — Хозяин откидывается на спинку стула, смотрит на меня широко распахнутыми глазами, в которых плещется море. Кажется, он искренне не понимает.

Голубые. Глаза голубые. Я, конечно, слышала о том, что цвет глаз может меняться от настроения, но видеть вживую — никогда не доводилось. А сейчас в этих глаза и печаль, и насмешка.

– То, что я расскажу тебе все… оно ведь ничего не изменит и не сделает ситуацию менее… неудобной.

– Получается, ты решил от меня избавиться? — делаю я пробный заход.

– Нет. В общем… Короче, просто слушай и постарайся запомнить.

Поспешно киваю. Я сама понятливость.

Особенно если дело касается моего выживания.

– В четверг поедем в Клуб…

– Да что за Клуб-то?

– А, ну да, - Хозяин сильнее сжимает руки, так что костяшки пальцев белеют. — В определенных кругах есть… ну, определенные правила, игнорируя которые невозможно оставаться тем, кем я являюсь сейчас. Живая игрушка — отлично подходит для подтверждения статуса. Если ты не можешь подчинить себе человека — ты не можешь ничего, так, по крайней мере, считает у нас… ну, некоторые считают, в общем.

– Это ясно, - я киваю, - то, что у вас там за забавы мне понятно. Я тут причем?