Чтение онлайн

Ее голос буквально сочился ядом.

– Да что с вами не так, а? — уже почти в слезах, спросила я, - Да разве вы не видите вот это все? Он же меня кнутом…

Лиза вслед за мной поддернула свою юбку вверх. Под колготками с замазанной прозрачным лаком для ногтей, на бедре красовался здоровенный, размером с кулак, кровоподтек.

– Серега мой вчера, - пояснила Лиза, - сказала ему: убирай за собой посуду в мойку! Вечно пожрет и на столе бросает, как свинья! Психанула, короче. Слово за слово, ну, он меня и… того. Да еще у мелкой на глазах. Полночи потом детей уложить не могла — ныли: «А вдруг папа и нас ударит?» И что-то он не торопится меня брендовыми шмотками в качестве извинений заваливать.

– Ой, действительно, Алис, - Машка всплеснула руками, - у них, у богатых свои причуды! Ты что, «Пятьдесят оттенков» не смотрела?

– Не смотрела.

Все понятно. Помощи я тут не получу.

– Егорова? — в кабинет просунулась голова Павленко. — Ко мне зайди.

Лизка торжествующе улыбнулась, предвкушая, какой нагоняй я сейчас получу за неделю прогулов.

Склонив голову, я проследовала в кабинет главного.

– Что за дела, Егорова? — при разговоре, кадык Павленко двигался вниз-вверх, - тебя неделю не было! В чем причина?

Я вздохнула. Собралась с силами и выдохнула ему прямо в мерзкие, поросячьи глазки:

– Почему не было? А не вы ли, дорогой Олег Дмитрич, продали меня Тихомирову?

Павленко расстегнул верхнюю пуговицу на рубашке. А затем еще одну. На ключице теперь свободно проглядывала уже знакомая «D». Гендиректор наклонился ко мне, упершись руками в подлокотники моего кресла. Наши лица оказались на одном уровне:

– Я. И считаю, тебе следовало бы отблагодарить меня, как следует.

Рука скользнула к карману, в который я положила брелок-тревожку. Скользнула и ничего не нащупала — куртку я оставила в кабинете у девчонок. И вот тут мне стало по-настоящему страшно.

Рука начальника легла на мое горло, сдавив. Вторая рука легла на тонкое кружево чулок. Не ожидая, что события начнут развиваться настолько стремительно, я икнула.

– Да что вы…

Павленко ничего не ответил, а только отпустил руку ниже, с горла на грудь, сжал. Взяв за талию, грубо притянул к себе. Из-за резкого толчка дыхание сбилось.

Радостно хмыкнув, Павленко приподнял меня и швырнул на стол. Кисть руки уперлась мне в макушку, вынуждая уткнуться лицом в столешницу. Так полюбившееся Машке платье из фиолетового джерси сминалось под ладонями насильника. По чулку поехала стрелка. Расстегнув брючный ремень, Павленко саданул пряжкой по моей заднице. Залюбовался тут же проступившим следом.

Вот почему, когда помощь Хозяина мне так нужна, его никогда нет рядом?

Тем временем начальник уже успел раздвинуть мои ягодицы. Его взгляд уперся в пробку.

– Так-с, что тут у нас? О-о! — радостно протянул он, - Значит, растягивать тебя не требуется.

Что ж, раз спасение утопающих дело рук самих утопающих…

Еще один рывок за волосы и я, все еще пребывая в шоке, сама от себя не ожидая, вскинулась и вцепилась начальнику в ладонь зубами.

От неожиданности и боли Павленко взревел, как раненный медведь. Вырвал руку из моего рта — алые брызги разлетелись по кабинету. С кисти закапала кровь.

Держа раненую ладонь наотлет, Павленко замахнулся и ударил меня по лицу. На столешницу закапали слезы.

– Ах, ты, сученка мелкая, огрызаешься еще? — взревел он, готовясь нанести второй удар.

Я зажмурилась, сжавшись в комок и прикрывая голову руками.

Секунда, другая — удара так и последовало. Я открыла глаза и передо мной развернулась весьма занятная картина: Хозяин, истуканом застывший в дверном проеме с немым вопросом на лице и Павленко, с рукой, залитой кровью, висит надо мной, подобно коршуну.

Первым шевельнулся Хозяин. Подойдя ко мне, он уже привычным жестом взялся за ошейник и поставил меня на ноги. Я поспешно одернула платье. Кинул мне в руки куртку и только после этого повернулся с гендиру.

– Разве собрание Клуба не в четверг?

Тот кивнул:

– Это случайно… получилось. Приношу извинения, Марк Сергеич.

– До четверга ни один доминант не тронет мою собственность без моего на то позволения, - отрезал Хозяин. — Правила одни для всех.

– Извиняюсь. Не сдержался. Буду рад видеть вас у себя снова. Как в качестве заказчика, так и… просто так.

Хозяин повернулся ко мне, коротко бросил:

– Лиса, домой. На сегодня твой рабочий день окончен.

Не оборачиваясь, чтобы случайно не встретиться взглядом с начальником, я спешно юркнула прочь из кабинета. Хозяин шел следом, не отставая — я буквально затылком ощущала его тяжелое дыхание.

Уже сев в машину, он сказал:

– Ты забыла кнопку.

В ответ я только шмыгнула носом. Ну а что тут скажешь?

– Зачем ты привез меня сюда? Ты ведь знал. Знал, что здесь будет этот… директор мой.

– Знал, - в голосе Хозяина засквозил холодок, - А потому и привез. Ты должна знать, как относятся в нашем, - делая упор на последнее слово, сказал он, - мире к низшим. Знать и быть готовой к этому.

– То есть, ты специально?

Почему-то стало невыносимо жаль чулок. Стрелка шла от колена и до самого бедра, не оставляя шансов на то, что ее еще можно скрыть.

– Меня поражает твоя беспечность! Как, ну ка-а-ак можно было уединяться с доминантом, не думая, чем это может обернуться?

– Я бы отбилась, - робко встряла я, сама не чувствуя уверенности в своем тоне.

– Отбилась бы она!

Итак понятно, что Хозяин прав. Но вот только признаться в этом — значит, допустить возможность того, что он и вправду заботится обо мне. Ага, сначала калечит, потом лечит. Так или иначе, он прав.

– Но ты смогла его удивить, тут не спорю, - Хозяин едва улыбнулся, самыми кончиками губ. В его голосе промелькнула целая гамма чувств: и беспокойство за меня, и одновременно удовлетворение, и что-то еще, непривычное, и оттого непонятное. Немного поразмыслив, я пришла к выводу, что это была гордость.

– Я удивлен. Это был смелый поступок, Лиса. Обычно сабы подчиняются, чисто на рефлексах… Но меня беспокоит другое. Ты же не рассказала своим э-э-э… коллегам о том, где именно ты была все это время?

Правильно истолковав мой вздох, он поджал губы.

– Я почему-то так и подумал. Значит, сегодня вечером тебя ждет следующий урок хорошего поведения.

Автомобиль тем временем давно съехал с трассы и затряслась по грунтовой дороге. Еще через пару минут показались знакомые ворота хозяйского дома.