Чтение онлайн

Когда нового удара не последовало, я поняла, что он закончил, и повернулась, исподлобья глядя на своих мучителей. На лбу Яна выступили крупные бисерины пота, повесив кнут себе на шею, он поправлял штаны — даже через толстую джинсовую ткань хорошо просматривался его эрегированный член. На Хозяина я взглянула лишь мельком: то, что он решил перепоручить порку Яну причиняло даже большую боль, чем удары кнута. Словно он не высек меня, а изнасиловал. Я чувствовала себя оплеванной, преданной и если после сеансов с Хозяином в теле ощущалась пустота, то в этот раз в груди сжался тугой комок, вынуждающий дышать мелко и часто, отворачивая лицо к стене.

Потому что Ян не имел прав на мое тело. Даже тех, какие приписывал себе Хозяин.

Четверг. Как бы я ни старалась не думать о том, что должно случиться сегодня, по плечам (благодаря Яну исполосованным вдоль и поперек) то и дело пробегала нервная дрожь.

Стоило Яну появиться в дверях, как я чуть ли не прогрызла себе губу, сдерживая рвущийся вопрос о том, когда все начнется. Однако, вместо того, чтобы сопроводить меня к началу действа, Ян велел идти в ванную. Открыл шкафчик над раковиной, достал перчатки, смазку и, поджав губы, сказал:

– Становить тут, - кивок на ванную, - нагибайся. Будем красоту наводить.

Я снова, как в первый день моего приезда оказалась с ним наедине, в этой чертовой уборной!

– О, какие кусты, - присвистнул Ян, окидывая взглядом мой лобок.

Ну, кусты! А чего ты хотел, гладкой кожи? Мне, пардон немного не до депиляции было.

– Ладно, с этим тоже разберемся, - продолжал бурчать он, - сначала почистимся.

Привычным движением Ян скрутил лейку с душа, заменив ее длинной черной резиновой трубкой. Это что? Это зачем еще?

– Стоп-стоп, ты чего задумал?

– Давай уже, спиной ко мне, лицом к ванной, - фыркнул Ян, - быстро начнем, быстро закончим.

Широко расставив ноги и опершись ладонями о кафель на стене, я наклонила голову и постаралась как можно сильнее расслабиться. Что ж, все это было вполне ожидаемо. Осторожно, стараясь не касаться поврежденной кожи бедер, Ян принялся разминать мой анус. Как я не относилась к хозяйскому помощнику, но умения расслабить и возбудить у него не отнять: круговые движения пальцев и постепенно усиливающийся нажим сделали свое дело и спустя минуту я старательно прогибалась в спине, подставляя под прикосновения как можно больше.

Внезапно пальцы сменились твердой резиной.

– Не зажимайся, - голос Яна, как никогда, ласков и спокоен, - я ж не садист какой-нибудь. Чем больше зажимаешься, тем неприятней будет. Просто… хм, перетерпи это.

Поначалу, чувствовать, как в тебя льется вода, постепенно заполняя кишечник очень страшно. Живот принялся надуваться, в нем поселилось щекочущее чувство тяжести. Отсчитав положенное время, Ян аккуратно вытащил душ.

– Теперь живо на унитаз!

Мог и не подсказывать — чувство наполненности недвусмысленно говорило мне то же самое. Сжав мышцы насколько это вообще возможно, я буквально пролетела ласточкой эти пару шагов, опустившись седалищем на белый фаянс и утопив горящее от стыда лицо в ладонях.

Щелкая себя по запястью резинкой перчатки, Ян наблюдал.

– Давай уже, - поторопил он, - время идет.

Второй раз показался более мучительным и менее стыдным.

Я было ринулась к унитазу, но Ян удержал за плечо:

– Рано, подержи хоть с минуту.

Налюбовавшись в первый раз, Ян с философским выражением лица массировал мой живот, впрочем, не забывая изредка касаться сжавшихся в упругие бутоны, сосков.

Третий и последующие разы, казались вполне терпимыми. Может, оттого что вода из меня вытекала прозрачная, а может, потому что Ян перестал отпускать комментарии, молча орудуя во мне шлангом.

Отклячив зад и опираясь на бортик ванной, я вдруг отметила, что металлический шланг в какой-то момент сменился упругой головкой члена.

– Расслабься, - зашептал на ухо свитч, - представь, как бы делала это с Хозяином.

И я представила. Пара фрикций и, хоть я и старалась держаться до последнего, выдала сдавленный полувздох-полустон, от которого, Ян дернулся и после секундной паузы вошел на всю длину, бурно кончив. Снова душ.

– Ты хоть когда-нибудь уймешься? — вопрос, конечно, риторический. Казалось, Яну все равно, в кого, в какой позе и сколько. Даже наказание Хозяина, если и умерило его пыл засовывать член куда придется, то очень ненадолго.

Как и следовало ожидать, ответа я не удостоилась.

– Так, что выбираешь — воск, бритва, крем?

На мгновение я задумалась. Воск — сразу нет. Не доставлю я этому гаду удовольствия насладиться моими страданиями, применяя ко мне этот гитлеровский метод! Тем более что с гигиеной внутренней закончено и теперь Яну совсем не обязательно быть нежным. Крем? Для свитча это лишний повод снова забраться своими пальцами туда, куда не следует.

– Бритву. Только не отхвати мне чего-нибудь лишнего, ладно?

– Уж постараюсь. Вообще, имей в виду — в следующий раз будешь все это делать сама. Я не нянька тебе все-таки, - небрежно орудуя бритвой, приговаривал Ян.

– А что, будет еще следующий раз? — я ужаснулась.

Все эти манипуляции с чисткой на какое-то время отвлекли меня от предстоящего, но брошенная вскользь фраза заставила меня снова занервничать. Закончив с гигиенической частью, Ян приволок одежду — странного вида трусы, очень откровенного вида, с настолько тонким кружевом, что они казались почти прозрачными, с игривым разрезом снизу, на том самом месте, которое, казалось бы, должно быть прикрытым. Роль лифа выпала кожаной портупее с бесчисленным количеством пряжек. Ян помог подогнать ремни так, чтобы они плотно прилегали к телу, приступил к нанесению макияжа.

Насколько я помнила, в коридоре было большое зеркало, к нему-то я и направилась. Что ж, Ян постарался на славу: из зеркальных глубин на меня затравленным взглядом, с толикой любопытства глянула худенькая девушка. Тело дерзко обтянуто черными ремешками, грудь стоит торчком, копна медных волос отмыта и пахнет чем-то сладковато-медовым. Брови изящно изогнуты и расчесаны волосок к волоску, хищные стрелки дополняют идеально завитые, пушистые ресницы — никогда не думала, что могу выглядеть настолько… притягательно. Даже испещренная почти затянувшимися и свежими рубцами, спина, только добавляет образу пикантности.

– Наверное, надо добавить еще немного цвета, — резюмировал Ян, также любуясь трудом своих рук. Достал из косметички маленькую белую баночку и двумя точными движениями втер его в соски, придавая им нежный розовый цвет. — Так бы и съел тебя, ам!

– Подавишься, - фыркнул за спиной хозяйский голос.
– Пора ехать.

– А как же…

– Есть ты сегодня не будешь. Позже сама потом поймешь, почему.