Чтение онлайн

Она опускает глаза.

— Я предала его. Я это знаю.

— Ты сбежала с его лучшим другом, — выдавливаю я из себя. — И не только, ты заставила его думать, будто тебя завербовали, чтобы он превратился в вампира и навсегда исчез с глаз долой. Ты разрушила его жизнь.

— Я влюбилась. Я ничего не могла с этим поделать.

— Но тебе ведь не обязательно было отправлять Арзо в Семью Монсеррат, не так ли? Ты могла бы написать ему письмо аля «Дорогой Джон», — мне трудно сдержать гнев, который я испытываю из-за Арзо.

(Дорогой Джон — в англоязычных странах письмо мужу, жениху или бойфренду от жены, невесты или подруги, в котором автор сообщает, что их отношения окончены в связи с тем, что она нашла другого; термин появился во времена Второй Мировой, когда такие письма получали солдаты, — прим)

— Да, я могла бы это сделать. Я была молода и плохо соображала. Арзо был… одержим. Он бы никогда не оставил меня в покое. В то время это казалось лучшим, что можно было сделать.

— Он мог умереть. Ты знаешь статистику по вампирам-новичкам? — я с отвращением качаю головой. — Ты могла убить его.

Она смотрит на меня со странным отчаянием.

— Ты когда-нибудь совершала ошибки, Бо? Натворила что-то, о чём ты всю оставшуюся жизнь будешь жалеть и не сможешь исправить?

Я не отвечаю ей, а продолжаю идти, держа спину напряжённо прямой.

— Теперь я расплачиваюсь за это, не так ли? — окликает она, прежде чем догнать меня. — Я тоже не просила, чтобы меня превращали в вампира. Мой муж не просил, чтобы его взрывали.

Я стараюсь не фыркать.

— Тогда ему не следовало связываться с Триадами.

— Я собираюсь компенсировать это для Арзо, ты же знаешь. И компенсировать «Новому Порядку» то, что они взяли меня к себе. Я проведу остаток своей жизни, расплачиваясь за свои ошибки, если это потребуется.

— А как мы узнаем, правду ли ты говоришь? — спокойно спрашиваю я. — Откуда нам знать, что Лорд Медичи не послал тебя сюда шпионить за нами?

Она немного молчит, затем отвечает.

— Я понимаю, почему ты так думаешь. Но он меня не посылал. Я ненавижу его, — яд в её тоне почти заставляет меня поверить ей. — Я собираюсь заставить тебя поверить мне, Бо. Все уважают тебя, и не только из-за этой истории с Красным Ангелом. Я тоже уважаю тебя. Однажды ты поймёшь, что я тебе не враг. Мы могли бы стать друзьями.

— Мне не нужно твоё уважение. И у меня достаточно друзей.

Далия опускает голову, и я подавляю в себе проблеск сочувствия.

— Вот что я тебе скажу, — говорю я вопреки здравому смыслу, — для начала ты можешь оказать мне услугу.

Она вздёргивает подбородок.

— Что?

— За мной следят двое парней, один на машине, другой пешком. Мне нужно, чтобы ты отвлекла их, чтобы я могла побыть в тишине и спокойствии.

Её глаза расширяются.

— Почему они следят за тобой?

— Это имеет значение?

Она быстро качает головой.

— Нет, нет. Как они выглядят?

— Стрижка «ёжиком». Мышцы. Они ходят так, словно у них в задницах торчат колья.

— Солдаты?

Когда я смотрю на неё, она слегка краснеет.

— Я знаю этот тип людей.

— И почему я не удивлена? — бормочу я. — Просто задержи их на несколько минут, чтобы я могла уйти.

Она энергично кивает.

— Да. Я могу это сделать, — она касается моей руки. — Спасибо тебе, Бо.

Я слегка вздрагиваю, и она опускает руку. Не глядя на неё больше, я ускоряю шаг и оставляю её отвлекать их. Прямо сейчас мне всё равно, добьётся она успеха или нет. Армия не может заковать меня в кандалы за то, что я навещаю друга.

***

Я нахожу Фоксворти в «Столлворти», старомодном пабе, который часто посещают сотрудники полиции. Когда я вхожу, реакция посетителей почти комичная. Их разговоры прекращаются, и все головы поворачиваются в мою сторону. Я бы не удивилась, если бы шары на бильярдном столе тоже замерли.

Фоксворти поднимает свою кружку в мою сторону.

— Бо Блэкмен! Почему ты омрачаешь мой порог? — его тон побуждает остальных расслабиться, хотя я всё равно ловлю на себе несколько настороженных взглядов, как будто они боятся, что я начну кусать чьи-то шеи просто потому, что могу. Помогает то, что Кимчи с энтузиазмом подбегает к суровому полицейскому и пускает слюни ему на ноги. Любители собак, даже вампирские любители собак, не могут быть такими уж плохими, верно?

Я присоединяюсь к нему за столиком. Его спутник бормочет что-то о том, что ему нужно ещё выпить, и убегает к бару.

— Итак, — говорит Фоксворти, — я вижу, ты была занятой девушкой.

Думаю, он имеет в виду мои широко растиражированные похождения в La Maison. Я пожимаю плечами.

— Всё было не совсем так, как кажется.

— Как всегда, — весело отвечает он. — Почему ты здесь?

Я не трачу его время на длинную преамбулу.

— Ухо, — говорю я. — То, которое не принадлежит Тобиасу Ренфрю. Что ты об этом знаешь?

Он делает глоток из своего бокала.

— Я знаю, что он не принадлежит Тобиасу Ренфрю.

— Мужчина, у которого оно было изначально?..

— Ты имеешь в виду, у которого его украл твой дружок-деймон?

— Не то чтобы он его украл, — говорю я, делая всё, что в моих силах, чтобы защитить сомнительную честь О'Ши. — Он, э-э, нашёл его.

— И взял без разрешения.

— А ты бы так не поступил?

Фоксворти поджимает губы.

— Возможно. В любом случае, к тому времени, как мы узнали о нём, от него не осталось и следа. Кем бы он ни был, он исчез, — он щёлкает пальцами, — растворившись в ночи.

— Вам удалось что-нибудь о нём узнать?

Он смотрит на меня поверх своего бокала.

— Поверь мне, Бо, в ходе этого расследования было сделано всё возможное. Мы говорим о террористах, которые напали на суд Агатосов и школьную дискотеку. Ничего не найдено. Конечно, есть ещё трое, которые уехали в Венесуэлу, и правительство всё ещё ведёт переговоры об их экстрадиции. Мы все знаем, что это только слова. Они вернутся только в мешках для трупов.

— Значит, парень, у которого изначально было ухо, исчез, как и Ренфрю, — размышляю я.