Чтение онлайн

Майкл не отвечает прямо на мой вопрос.

— Бо, — тихо говорит он, — он впал в кому. Его прогноз… неутешительный.

Кажется, что ночной воздух сгущается вокруг меня. Я не могу пошевелиться. Я едва могу дышать.

— Бо? Где ты? Я приеду и заберу тебя.

— Я убью её, — шепчу я.

— Прошу прощения?

Я стискиваю зубы и повышаю голос.

— Я сказала, что собираюсь убить её.

— Результаты анализов ещё не готовы. Ты не можешь быть уверена, что это она.

Но я знаю. Не знаю, как, но я чувствую это глубоко внутри: Далия отравила его. Теперь она заплатит.

— Спасибо, что сказал мне, — тупо говорю я.

— Бо, подожди! Скажи мне, где ты!

Я роняю телефон, и он хрустит у меня под каблуком. На секунду я слышу голос Майкла, бестелесный звук, отчаянный и умоляющий. Когда телефон наконец замолкает, я выпрямляюсь. Несмотря на стремительный прогресс, которого достигли наши отношения, меня до глубины души задевает то, что он не доверяет моим инстинктам. Но он мне не нужен; я могу справиться со всем этим сама.

Я, спотыкаясь, иду вперёд, не уверенная, куда иду. Наверное, чтобы взять свой мотоцикл и поехать к Арзо. С рассеянным, невидящим взглядом я поворачиваю налево и сталкиваюсь с ещё одной фигурой.

— Мне так жаль! Так жаль! Так жаль!

Я отстраняюсь, встряхиваясь. Не в силах вымолвить ни слова, я хмуро смотрю на женщину. Её улыбка слишком яркая, а зрачки расширены. Она определённо что-то приняла, экстази, кокаин или что-то ещё. Не обращая внимания, я прохожу мимо неё.

Затем я останавливаюсь как вкопанная. Медленно оборачиваюсь и смотрю на неё. На женщине высокие каблуки и короткое платье, вряд ли подходящее для такого сомнительного места, как Чёрный Рынок. Если она в таком наряде, то напрашивается на неприятности. Она спотыкается о собственные ноги, раскинув руки, чтобы не упасть. Выпрямившись, она оглядывается через плечо.

— Эй, а ты случайно не Красный Ангел?

Я поднимаю руку в знак приветствия. Она сияет.

— Я люблю вампиров! И я люблю тебя! Ты такая героическая! — её улыбка превращается в недовольную гримасу. Хотела бы я быть такой же храброй.

С трудом, но я обретаю дар речи.

— Куда ты идёшь?

Она снова оживляется.

— На вечеринку! Ты хочешь пойти?

— У тебя там есть друзья?

— Много-много-много.

— Как тебя зовут?

— Элли, — она хмурится. — Вообще-то, нет. Меня зовут Фиона. Но все зовут меня Элли, — она подмигивает мне. — Это сокращение от Эль Себо.

— Это по-испански означает «приманка», — печально говорю я.

Фиона, кажется, удивлена.

— Правда?

— Так и есть. Спасибо за приглашение. Я люблю вечеринки.

— Чем больше гостей, тем веселее!

— Отлично, — говорю я ей. Но всё равно не улыбаюсь. — Это просто отлично.

Глава 20. На грани

«Вечеринка» — это скорее нелегальный андеграундный рейв, чем коктейли и канапе. Она организована на старом складе недалеко от рынка. Здание знавало лучшие времена: старые плакаты с рекламой забытых групп в беспорядке свисают с наружных стен; окна либо грязные, либо выбиты. Это совсем не похоже на ночной клуб, где Бергман встретил свой конец.

Около двадцати человек ждут, когда их впустят. Фиона, что неудивительно, выходит вперёд.

— Эй, ура! — кричит она.

Я ловлю её за руку, пока она снова не споткнулась. Оба вышибалы бросают на меня мрачные, недовольные взгляды.

— Я с ней, — говорю я им.

— Нет, это не так. Я знаю, кто вы. Не может быть, чтобы вы были с ней.

Я обдумываю это, затем пожимаю плечами и наклоняюсь, становясь на цыпочки, чтобы быть поближе к их коробковидным черепам.

— Если вы знаете, кто я, — бормочу я, — тогда вы понимаете, что злить меня — действительно плохая идея. Короче говоря, я вам не понравлюсь, если разозлюсь.

Они с сомнением смотрят друг на друга.

— Да ладно вам, мальчики, — мурлычу я. — Если я могу уничтожить деймона Какоса, вы правда думаете, что вы двое доставите мне какие-то хлопоты?

Тот, что покрупнее, слева от меня, смотрит поверх моей головы на следующего человека в очереди.

— У вас есть приглашение? — спрашивает он.

Я недовольно морщусь и захожу следом за Фионой. Это было чертовски просто.

Внутри всё забито. Я поражена количеством людей, дёргающихся вокруг. Над их головами вспыхивают стробоскопы, а в воздухе отчётливо пахнет несвежей травкой. По крайней мере, музыка, если это можно так назвать, внутри звучит не громче, чем снаружи. Понимая, что Фиона уже направляется в дальний конец зала, я бросаюсь за ней, протискиваясь между танцующими. Никто из них не замечает моего присутствия; они больше озабочены тем, что мерещится у них в головах, чем тем, кто путается у них под ногами.

Единственное, что во всём этом есть хорошего, так это то, что Фиона не выглядит такой накачанной наркотиками, как та женщина, которая умерла в переулке. Я думаю, что парни, которые манипулировали Бергманом, ещё не устали от неё. Что бы ни было в её организме, это не смертельно, во всяком случае, не сегодня вечером. Она покачивает бёдрами в такт музыке и поднимает руки над головой, покачиваясь вместе с сотней других. Только дойдя до небольшой лестницы, ведущей на низкий балкон, она опускает руки.

Другой вышибала охраняет лестницу. Он пропускает её, затем возвращается на прежнее место. Я наблюдаю, как она, пошатываясь, поднимается, затем встаю перед ним и машу рукой. Он хмурится, глядя на меня в замешательстве, как будто уверен, что видел меня где-то раньше, но не может вспомнить где. Я улыбаюсь и кладу руки ему на плечи. Он немного грубоват, и для человека моего роста это не особенно удобно, но для него это будет ещё менее удобно. В тот момент, когда он, наконец, осознаёт, кто я такая, его глаза расширяются, и я бью его коленом в пах. Он сгибается пополам, и я ударяю его в солнечное сплетение. Он падает. Я отряхиваю ладони и поднимаюсь по лестнице.

Прошло всего несколько секунд, а Фиона уже обнимает вампира. Он одет в красную форму Семьи Медичи, и, хотя я его не узнаю, у меня возникает искушение оставить его наедине с последствиями. Однако это было бы несправедливо по отношению к ней. После того, что случилось с Бергманом, было объявлено предупреждение, но, поскольку положение Медичи остаётся неясным, вполне возможно, что его кровохлёбы его не получили.

Я приподнимаю уголки рта в подобии улыбки, когда два человека из переулка — те, кто виновен в смерти Бергмана Стюарта — поворачиваются ко мне и разевают рты. Ближайший из них приходит в себя быстрее всех и швыряет свой стакан в мою сторону. Я легко уворачиваюсь. Пустая трата хорошей выпивки.

— Вот мы и встретились снова, — говорю я.

Они вскакивают на ноги. Траляля лезет во внутренний карман пиджака и достаёт кол. Вампир Медичи убирает свои клыки из Фионы, разбрызгивая её кровь по столу.

— Что, чёрт возьми, ты собираешься с этим делать? — спрашивает он.

Все его игнорируют. Труляля бросается на меня. Я хватаю его за руку и завожу её за спину, разворачивая его как раз в тот момент, когда кол Траляля вонзается ему в плечо. Он кричит. Несколько человек из танцующей толпы внизу слышат его и радостно кричат в ответ, полагая, что всё это — часть веселья. Я хватаю его за воротник и швыряю о ближайшую стену. Он неуклюже оседает на пол. Один готов.