Чтение онлайн

– - Использовать магию опасно, здесь могут быть вроменовские кристаллы.

– - А что это?
– - спросил голос.

– - Это то, из-за чего мы здесь и оказались. Возле дома они были повсюду.

– - Идти в темноте опасно. Мне кажется, тут могут быть ловушки.

Олаф попробовал встать на ноги. Его сильно шатало, в глазах была пестрая рябь. Старый рыцарь оперся о стену, переводя дух. Стена была из обработанного камня. Тот, кто строил потайной ход, определенно не жалел денег на материалы. Возможно, он не поскупился и на установку ловушек.

– - Где ваши корни?
– - спросил Олаф. Слова, по-прежнему, давались ему с трудом.

– - Здесь, -- рука протянула ему облепленные землей корни.

– - Они же совсем сырые!

– - Лучше, чем ничего. Хотя, можно намотать какую-нибудь тряпку.

Послышался треск разрываемой ткани.

– - Держите.

Олаф плотно обмотал корни толстой тканью. Перед его глазами пронесся странный сон, где он не мог использовать магию. После минутного колебания, старый рыцарь все же произнес заклинание, и тряпка вспыхнула. Огонь осветил узкий туннель, уходящий во мрак. Олаф посмотрел на солдата. Перед ним сидел Гроган. Его шея была перевязана розовым от крови платком.

– - Вы ранены?
– - спросил Олаф.

– - Пустяки, -- отмахнулся капитан, -- когда мы полетели, ваш ножик немного поцарапал меня, но ничего страшного.

– - Я сожалею, -- искренне сказал Олаф, -- у меня не было выбора. Брат Густав должен был вытянуть к нам Уоррета, но видимо, немного ошибся.

– - Ничего, -- пожал плечами Гроган, -- вы действительно ухватили командора, и я уже видел, как тот болтал ногами, вися в воздухе. Неизвестно, что бы делал я, окажись в вашем положении. Вот, держите.

Капитан протянул Олафу кинжал.

– - Это как-никак ваш.

– - Но тогда вы будете безоружны, -- вымолвил Олаф, принимая клинок.

– - Ха, -- опять усмехнулся Гроган, -- у меня есть свой.

– - Кинжал?

– - Меч, -- поправил капитан, беря у Олафа факел, -- ладно, не будем напрасно терять время. Вы можете идти?

Силы постепенно возвращались к рыцарю. Олаф сделал несколько шагов, опираясь о стену. Затем попробовал идти самостоятельно, но его вновь начало клонить в бок и пришлось опять опереться о гладкую стену.

– - Да, крепко же вас, -- протянул Гроган, -- давайте помогу.

Он взял рыцаря под руку. Олафу оставалось только передвигать ногами.

– - Не слишком быстро?
– - спросил капитан.

– - Нет, все хорошо, -- ответил Олаф, утирая пот, -- сейчас приду в норму.

Они шли молча, потом Олаф решил спросить.

– - Тот человек, что был с вами, сэр Мэтью, кто он?

– - Мэтью Спанглер, тайный инспектор самого герцога. Больше я про него ничего не знаю. Меня вызвал бургомистр и приказал сопроводить Спанглера в резиденцию ордена, после чего мы и отправились за вами. Тот еще молчун. Знаете же, иногда кожей чувствуешь, что не стоит беспокоить человека?

– - То есть, командор за вами не посылал?
– - уточнил Олаф.

– - Можно и так сказать, -- согласился капитан, -- когда командор сказал, кого мы едем ловить, я сильно удивился. Но он уже тогда отправил за вами этих бледных.

– - Мрачных, -- поправил Олаф.

– - Да, мрачных. Ехать в дождь не лучшая затея, но против начальства не пойдешь. Бургомистр приказал оказывать помощь, и мы ее оказали.

– - Вы знали, что сэр Мэтью маг?

– - Видел. Это он остановил ваш вихрь. Да и перед самым взрывом. Вы видели пламя из пальца?

– - Значит, мне не показалось, -- прошептал Олаф.

Ни один маг, будь то рыцарь ордена, маг песка или же волхв Севера, не может управлять сразу двумя стихиями. В Великой библиотеке ордена есть упоминание только об одном человеке, способном повелевать всеми силами. Если, конечно, его можно считать человеком. Он начал свой путь много веков назад и история не сохранила его имени. Во всех трактатах и хрониках он упоминался, как Первый. В ранней юности, когда Олаф только начинал изучение традиций братства, его рассмешило такое напыщенное прозвище. Он всегда в шутку спрашивал, если есть первый, то где же второй и третий? Пока однажды, сам магистр не ответил на его вопрос. Тогда Верховным магистром был Бастлид, мрачный и нелюдимый, отличный от Гилкриста, как ночь ото дня. Услышав смех юного Олафа, он поманил мальчика к себе сухим, словно прутик, пальцем и сказал, что Вторым был основатель ордена Торгейн. Олаф тогда очень удивился. Ведь Торгейн жил почти пятьсот лет назад, а историям, которые он слышал про Первого, было не более трехсот лет. Магистр ему ответил, что Первый живет и поныне, только не хочет себя проявлять. Эти слова крепко засели в памяти Олафа и ему почему-то всегда казалось, что он встретит Первого. Вот и встретил.

– - Жаль беднягу, -- продолжал капитан, -- кем бы он ни был, все равно страшная смерть.

– - Ты видел, как он умер?
– - оторвался от своих мыслей Олаф, -- его разорвало на куски?

Лучик надежды закрался в его душу.

– - Скажете тоже, -- усмехнулся капитан, -- я человек невпечатлительный и много чего повидал, но все же. Я очень рад, что отвел глаза во время взрыва.

– - Отвели глаза?

– - Да, ваш ножик начал грозить моему горлу скорой расправой. Пришлось принимать меры. Смотрите, развилка! Уверен, что в одном из них ловушка.

Перед ними туннель разделялся на два хода. Левый выглядел старым и пыльным, а правый же, наоборот. Будто в нем, всего час назад, кто-то основательно убрался.

– - Левый, -- одновременно сказали Олаф и капитан.

Они пошли по заросшему паутиной туннелю.

– - Почему вы без кирасы?
– - спросил Олаф.

– - Помялась при полете, зато спасла от пары крепких камней. Кстати, потом еще из нее вышел замечательный совок. Я до сих пор бы откапывал вас, если бы не она. Надо же было додуматься, надеть парадные доспехи, -- вздохнул он, -- хотя, из плаща получился отличный факел.

Они медленно брели по каменному туннелю. Несколько раз останавливались, чтобы передохнуть и сделать новый факел. Когда от красного плаща, окаймленного золотой нитью, остался жалкий лоскут, капитан спросил:

– - Как думаете, может, нам нужно было выбрать правый ход?

– - Что сделано, то сделано, -- сказал Олаф, переводя дух, -- возвращаться обратно нет смысла. Сейчас, наверное, уже ночь?

– - Не думаю, -- усмехнулся капитан, -- там, где нет солнца, трудно судить о времени, но пока мы приходили в себя, прошло часов семь и уже идем часов пять или шесть. Скорее всего, сейчас раннее утро. Пить не хотите?

– - Пить?
– - удивился Олаф.

– - Держите, -- Гроган протянул небольшую флягу, -- к сожалению, это всего лишь вода.

– - Лучший из напитков, -- сказал Олаф, отрываясь от фляги, -- в пустыне многие отдали бы самое дорогое, ради одного маленького глотка.

– - Я слышал от Уоррета, что вы много лет провели в песчаных землях. Меня всегда интересовало, правда ли там нет ничего, кроме песка и зноя?

– - Неправда. Большая пустыня протянулась полосой, разграничивая наши владения. Большинство стычек происходило именно в песках, оттого и пошло название песчаники. Сами песчаники называют себя Моарин, что на их языке означает люди Древа. Возможно, мы для них такие же песчаники. Как-то раз моему отряду довелось пройти через пустыню и я увидел лес. Поистине, удивительное зрелище. Он рос ярусами. Сначала мы думали, что это гора и все деревья равны, но чем глубже мы заходили в лес, тем больше они становились. Пять, десять, двадцать обхватов -- такова была толщина стволов. Но долго мы там не пробыли. Нас обнаружили и пришлось отступить.