Чтение онлайн

— Черт подери. — Джесс посмотрел через плечо — Тут вообще-то водятся медведи.

— Великолепно, Джесс. Отлично! — откликнулась женщина.

День клонился к вечеру. Небо посерело. Женщина была так прекрасна, она притягивала, как магнит. Фрэнк вышел из-за деревьев. Сначала его можно было принять за призрак, а потом уж за человека. Собственный брат не узнал его, так что они были квиты.

— Подумать только! — закричал Джесс, когда сообразил, что это Фрэнк нашел их, а не они его. — Это ты.

Он бросился навстречу, обнял Фрэнка, и Фрэнк позволил ему это сделать. Джесс, широко улыбаясь, отступил назад.

— Ах ты, горный человек, черт тебя подери!

Женщина подошла и протянула Фрэнку руку для рукопожатия.

— Тиа Маккорри, — представилась она. — Слава богу, мы нашли тебя. А сами совсем заблудились.

Джесс сграбастал руку Фрэнка.

— Говорят, ты забыл меня. Это же чушь собачья, правда?

У мужчины со светлыми волосами были зеленые глаза. Он улыбался Фрэнку, но взгляд у него был встревоженный.

— Полная чушь, — ответил Фрэнк.

— Так я и знал! — выдохнул Джесс. — Я сразу понял, что ты водишь их за нос. Не мог ты забыть меня.

Фрэнк повел их обратно к их джипу, по дороге Джесс рассказывал ему о своих приключениях в Калифорнии. Он путешествовал автостопом, это был кайф.

— Наверняка трахал всех встречных-поперечных женщин, — вставила Тиа. — Ты же знаешь своего брата. Роковой соблазнитель.

— Ну да, — кивнул Фрэнк.

Джесс какое-то время обретался в Сан-Франциско, а затем решил провести выходные на побережье. Он обалдел от Лос-Анджелеса. С тех пор там и живет, работает в ночных клубах, продюсирует несколько групп. Там он познакомился с Тиа, которая была певицей — или по крайней мере намеревалась ею стать. Несколько его групп распались. Поэтому денег он заработал до смешного мало.

— Ты должен поехать с нами, — сказала он Фрэнку. — Говорю тебе — это фантастический город.

Быстро темнело. Фрэнк прекрасно видел в темноте, но его спутники почти не различали дороги. Они спотыкались о камни, цеплялись одеждой за колючки. Когда добрались до машины, небо стало чернильно-черным. Джесс вынул из кармана ключи и тут же уронил их в густую траву.

— Черт подери, — выругался он.

— Твой брат — городской мальчик, — прошептала Тиа на ухо Фрэнку.

Он ощутил запах ванили, исходивший от нее. Духи привлекают мух. Было жарко и душно, и Тиа, приподняв одной рукой свои длинные пепельные волосы, другой обмахивала шею. У Фрэнка закружилась голова.

Джесс все еще ползал по траве, отыскивая ключи, когда Фрэнк услышал, что приближается медведь. Фрэнк привык к тишине, поэтому сразу обратил внимание на звук кустов, приминаемых лапами идущего зверя.

— Залезайте на крышу, — скомандовал он Джессу и Тиа.

— Мне бы фонарик — я бы их быстро нашел, — посетовал Джесс.

Тиа смотрела на Фрэнка.

— Быстро лезьте. И сидите тихо.

Тиа стала карабкаться.

— Наверное, они под колесо упали, — бормотал Джесс, продолжая ползать в кустах.

Фрэнк наклонился к брату.

— Замолчи и лезь на крышу.

Интонация Фрэнка подействовала на Джесса, и он в один миг оказался на крыше джипа.

У Фрэнка было ружье, но ему не хотелось применять его. Он стрелял белок и практиковался в стрельбе по мишеням. Зимой у него не было другого выхода, как охотиться на кроликов и оленей, но его никогда не привлекала идея стрелять в медведя. В этом было что-то неправильное. Что-то бесчеловечное. Он стоял, прислонившись к джипу, и смотрел, как медведь неторопливо, вразвалку идет по дровяной дороге. Кругом было много переспелой черники и дикой малины. Это был самец, старый и большой. Он был так близко, что они слышали, как он бурчит себе под нос — так иногда люди бормочут сами с собой, обдумывая дело.

Сумерки совсем сгустились. К мошкаре и комарам в горах нужно привыкнуть и перестать их замечать, иначе сойдешь с ума. Медведь посмотрел на Фрэнка, который не двигался. Медведь громко рыкнул и остановился. Он кивал головой вперед-назад, как медведи часто делают перед нападением. Фрэнк слышал, как всхлипывает Тиа, хоть она и зажимала рот руками.

— Стреляй! — напутствовал Джесс. — Давай, брат, не тяни время.

От медведя пахло листвой и землей. Он стоял так близко, что его мускусный запах пропитывал одежду Фрэнка. Медведь не видел еще двоих, которые вжались в крышу джипа. Медведь смотрел прямо на Фрэнка.

Фрэнк подумал о том, как падал снег в тот вечер, когда он шел по дороге и его сбила машина. Он подумал, какой обжигающе холодной была вода в Угорьной реке, когда он плавал там с Симоной и Розой. Он готов был расстаться с чем-то, хотя не понимал с чем. Все равно, в этих душных сумерках он почувствовал себя очнувшимся ото сна, все ясно сознающим.

— Я знаю, это твое место, — обратился он к медведю. — Я просто иду мимо.

Медведь постоял еще мгновение, а потом развернулся и пошел в другую сторону — к лугу, где пчелы понастроили себе ульев в поваленных дубовых деревьях. Фрэнк молча подождал несколько минут, а потом полез на крышу джипа. Все трое посмотрели на небо.

— Лично я уезжаю в Лос-Анджелес, — сказал Джесс.

Тиа и Фрэнк ничего не сказали. Они смотрели, как одна за другой появляются звезды. Фрэнк вынул косяк, они пустили его по кругу, потом Джесс уснул.

— Он много рассказывал о тебе, — сообщила Тиа. Она лежала между братьями, подложив руки под голову, на подушке из собственных волос. — Он говорит, что ты очень хороший.

— Он ошибается, — ответил Фрэнк.

Тиа приподнялась на локте и поцеловала его. Это был самый восхитительный, горячий, страстный поцелуй в жизни Фрэнка. Он понял, что трахнет ее прямо здесь, на крыше джипа. Он хотел ее так сильно, что не сомневался — он стал жертвой временного умопомешательства.

Скоро он отодвинулся от нее.

— И все-таки Джесс прав насчет тебя, — сказала Тиа. Она снова поцеловала его, но на этот раз поцелуй получился хуже, чем в первый раз, потому что их обоих мучила совесть.

Они проспали ночь на крыше джипа, Тиа лежала между братьями, как в сэндвиче. Утром Фрэнк нашел в траве ключи. Тиа и Джесс были искусаны так, что с трудом шевелились. Фрэнк привез их в город. Когда они вошли в дом, мать вскрикнула, бросилась на шею Фрэнку, а отец стоял рядом и говорил, что рад возвращению Фрэнка, правильно тот поступил, что бросил эту свою систему и наконец-то взялся за ум. Фрэнк принял душ, отдал свою одежду матери в стирку. Он сидел за столом, за которым обычно делал школьные уроки, и смотрел в окно, когда в комнату проскользнула Тиа. Она села к нему на колени, хотя он был голый, хотя вся семья была дома. Сначала они целовались. Потом занялись тем, чем заниматься не следовало. Сначала это походило на сон, а потом, увы, нет.

Фрэнк велел ей подождать, сказал, что скоро вернется. Он спустился по лестнице и вынул свою одежду прямо из сушилки. Оделся здесь же и вышел через черный ход. Он вспомнил, что брат всегда забирал у него лучшую одежду. Она ему годилась — ведь у них был одинаковый размер. Фрэнк никогда не возражал, напротив, ему было приятно, что Джессу нравятся его вещи. Это было давно, когда они были братьями. Фрэнк прошел три квартала и свернул налево, на Мэйн-стрит. Он шагал, пока не подошел к дому, где родилась и выросла Рене, и она, словно судьба, стояла на крыльце.