Чтение онлайн

Избирательная кампания была напряженной. В декабре 1945 г. правительство приняло закон о «тринадцатой зарплате», вызвавший недовольство предпринимателей и отторжение Демократического союза. Это, наряду с Голубой книгой, изданной в Вашингтоне в феврале 1945 г., способствовало трудной победе Перона на выборах 24 февраля 1946 г. Победа Перона связывалась с надеждой на создание новой Аргентины; такие настроения были очень распространены в то время.

Страна, не пострадавшая во время Второй мировой войны, не выступившая на стороне США, сохранившая достоинство и суверенитет, страна, чьи товары были необходимы голодающей Европе, страна, давшая приют иммигрантам, бежавшим от военных ужасов и нищеты, желала того, что старые партии уже не могли ей дать. Демократический союз воплощал (об этом говорил даже внешний вид его лидеров) старую, традиционную Аргентину со всем плохим и хорошим, что в ней было.

Политика Перона была шагом в неизведанное, но неясным оставалось, ведет ли он страну вперед или толкает ее в пропасть. Перон не обладал политической программой, если не считать его социальных инициатив, и был человеком, вызывавшим подозрения из-за симпатий к тоталитарным режимам. Но его речи были свежи и оригинальны, он выступал на публике без пиджака, в одной рубашке, блистал в обществе с женой, которая была актрисой, работавшей на радио и ее знала вся страна. Перон принес идеи, витавшие в то время в воздухе: идею о том, что государство должно активно вмешиваться в экономику и помогать бедным, идеи социальной справедливости, суверенитета. Он цитировал, среди прочих, папу Льва XIII, Ленина, Иригойена и был переменчив, как любой молодой человек (на тот момент ему едва исполнилось пятьдесят лет).

С другой стороны, старая Аргентина была запятнана нечестными выборами, и, хотя в ней были люди, которые боролись с этим явлением, ровно как и с фашизмом, их тоже коснулась коррупция, свойственная тому времени.

Перон ассоциировался со счастливым временем, переживаемым народом, — полной занятостью, высокими зарплатами, отсутствием инфляции и рядом социальных и культурных благ, доступ к которым народ получил в это время.

Люди поддержали новое. Победа Перона была трудной: он набрал 52%, а Демократический союз 47 или 48%, но система, созданная законом Саенса Пеньи, позволила его движению победить в тринадцати из четырнадцати провинций (единственное оппозиционное правительство было избрано в провинции Корри-ентес), завоевать две трети мест в Палате депутатов и почти весь Сенат.

Можно сказать, что, когда 4 июня 1946 г. Перон вступил на пост президента, почти абсурдная революция 1943 г. оказалась оправданной. Действительно, это было единственное правительство де-факто в Аргентине, сумевшее победить на выборах; все остальные терпели поражение.

Хотя в Аргентине и за границей было опубликовано огромное количество книг, статей и монографий, объясняющих, с большим или меньшим успехом, феномен перонизма, с моей точки зрения, ни одна из существующих работ не дает верного определения этого столь интересного и очень аргентинского явления. Некоторые говорят о нем как о популистском режиме, свойственном странам Третьего мира, другие считают, что это был скрытый фашизм, а третьи полагают, что перонизм являлся типичным латиноамериканским режимом, в котором армия осуществляла гегемонию посредством единой партии. Но эти определения нужны политологам, а для нас они не имеют значения, поскольку мы займемся конкретными фактами, которые помогут понять такой оригинальный политический эксперимент в истории Аргентины, каким был перонизм. Так что в этой главе нет места теории.

Стоит напомнить, что Хуан Доминго Перон вступил на пост президента Аргентины 4 июня 1946 г. Он должен был исполнять президентские полномочия до 4 июня 1952 г., но именно в этот день Перон во второй раз возглавил страну, поскольку в 1949 г. была проведена реформа конституции, разрешившая переизбрание президента. Однако Перон был свергнут в сентябре 1955 г. и не сумел завершить второй шестилетний срок.

Эти два президентства Перона были похожи, но между ними существовали и некоторые различия. В этой главе речь пойдет в основном о первом правлении Перона, и, так как очень трудно дать обобщающую оценку этому периоду, необходимо рассмотреть проблему с разных точек зрения. Давайте начнем с экономики (возможно, это самый интересный аспект перонизма), потом перейдем к политике, затем проанализируем оппозицию Перону и международную обстановку в период с 1946 по 1952 г. Также стоит отметить, что деятельность Эвы Перон придала особые черты этому времени.

Экономическая система перонизма была националистической, этатистской и склонной к автаркии. Национализм проявился в попытках национализации ряда предприятий, до этого находившихся в руках иностранцев. «Репатриация» внешнего долга также была проявлением национализма. В то время Аргентина имела маленький внешний долг. Перон, придя к власти, решил возвратить долг на родину. Государство купило долговые облигации, находившиеся за границей, по которым выплачивались небольшие проценты. Таким образом, внешний долг стал внутренним. Многие критиковали эту меру, так как считали, что проценты, выплачиваемые иностранным кредиторам, были очень невелики, а сумма, потраченная на покупку облигаций, напротив, являлась весьма существенной.

Стоит напомнить, что во время Второй мировой войны Аргентина накопила значительные денежные резервы в Великобритании, впервые в своей истории, став не должником, а кредитором. Так что страна находилась в привилегированном положении. К тому же Аргентина продолжала экспортировать сырье (главным образом, зерновые и масличные) в страны, начинавшие после войны восстанавливать экономику и производственную структуру. Таким образом, Перон и его экономическая политика были в некотором роде наиболее ярким проявлением успехов Аргентины, описанных в предыдущей главе. Страна ощущала себя триумфатором: война ее не затронула, аргентинская продукция оставалась востребованной на европейских рынках. Аргентина ощущала себя одной из главных мировых держав, которой льстили в те годы даже США, несмотря на все их разногласия с аргентинскими правительствами, приходившими к власти после революции 1943 г.

Политику Перона периода первого президентского срока можно назвать этатистской, поскольку государство играло очень важную роль в экономической жизни страны. До этого оно занимало в целом второстепенные позиции в этой сфере (даже в 1930-е годы, когда консервативные правительства вмешивались в экономику). Ранее государство не управляло сферой услуг и инфраструктурой, за исключением железных дорог, небольшая часть которых принадлежала Аргентине.

Начиная с 1946 г. государство стало ответственным за весь железнодорожный транспорт (в 1948 г. большая часть железных дорог была куплена у англичан, а еще раньше французы продали аргентинскому государству свою небольшую часть железнодорожной сети), за поставки газа на всей территории страны (газовая компания также была куплена у англичан) и за снабжение электроэнергией (государство купило электростанции, находившиеся во внутренних провинциях). В Буэнос-Айресе, напротив, снабжение электроэнергией осталось в руках Испано-аргентинской компании — транснационального холдинга, замешанного в скандале, который произошел в 1930-е годы. Перон по неясным причинам не тронул эту компанию. Хотя, возможно, причины можно найти, так как доказано, что Испано-американская кампания помогла Перону деньгами во время избирательной кампании. Взамен он позволил этой фирме продолжать снабжать электроэнергией столицу, несмотря на то что она не занималась обновлением оборудования (позднее это вызвало серьезные проблемы).

Также государство отвечало за речной транспорт (была куплена компания «Додеро»), воздушный транспорт, причем как за внутренние, так и за международные перевозки (было создано четыре компании, затем объединившиеся в «Аргентинские авиалинии»), за внешнюю торговлю (то есть за все, что касалось экспорта масличных, зерновых, мяса и другой продукции сельского хозяйства). Государство осуществляло закупки у фермеров по установленным ценам, продавало товар за границей по более высоким ценам и получало прибыль. Оно заменило в этом деле такие фирмы, как «Бунхе», «Борн» и «Дрейфус», занимавшиеся этим бизнесом многие годы. С помощью Аргентинского института развития торговли, осуществлявшего подобные операции, государство закупало за границей материалы, иногда промышленные товары, в которых, как считалось, нуждалась страна. Однако импортные операции не всегда были успешными, часто закупались бесполезные материалы, оседавшие потом на таможенных складах.

Присутствие государства в указанных сферах дополнялось его постоянным вмешательством в кредитную, экономическую и денежную политику, проводившуюся через национализированный Центральный банк. В правление Центрального банка, созданного, как уже было сказано, в 1930-е годы, когда у власти находились консерваторы, входили представители как частных, так и государственных банков. Одна из мер, которой Перон требовал от правительства еще до вступления на пост президента, была национализация Центрального банка. Она произошла следующим образом: частным банкам были возвращены их деньги и в правлении остались лишь представители государственных банков.

В сфере монетарной политики была проведена одна очень изобретательная операция: государство гарантировало банковские вклады и одновременно конфисковало все деньги, находившиеся в обращении в стране. Естественно, все это было на бумаге, но в обмен на эту гарантию Центральный банк приобрел право давать указания всем остальным банкам, как государственным, так и частным, по кредитной политике. То есть с этого момента кредитная и денежная политика страны перешла в руки Центрального банка, в свою очередь зависевшего от правительства.