Чтение онлайн

западного мира, и в процессе этой работы сумела заменить одного сломанного Бога на

другого».

КУ: Да. В течение тысячелетия мы страдали от того, что цивилизацией управлял

только Восходящий принцип. И сегодня мы находимся во власти столь же авторитарной, но уже Нисходящей сети, этот негатив предыдущей картины стал новым кошмаром

западного мира.

И не только в «официальной» действительности, но и почти в каждой форме

«контркультуры» или «контрреальности». Нисходящая сеть стала настолько

прямолинейной, настолько бессознательной, настолько консервативной, что даже «новая

парадигма» — революционное движение — полностью находится у нее в тисках. Она

одинаково поражает и ортодоксов, и авангардистов, сторонников традиции и сторонников

альтернативных методов, индустриалистов и экологов.

В: Но экофилософы настаивают, что только этот чистый имманентный Дух, или

Великий Дух, или земная Богиня, то есть духовность, сосредоточенная на проблемах этого

мира, может предотвратить экологический кризис.

КУ: Совсем напротив. Чисто нисходящее мировоззрение само является одним из

главных виновников экологического кризиса. Нисходящая сеть разрушает Гею, и

экофилософы — одни из главных защитников этой сети.

В: Далее мы поговорим как раз об этом.

176

Глава 15

Крах Космоса

В: Современный и постсовременный мир развиваются в рамках Нисходящей сети.

Возникает очевидный вопрос: почему?

КУ: Диалектика развития в первый раз споткнулась в эпоху современности.

Эволюция налетела на придорожный камень, и весь автомобиль наклонило в сторону, после чего он начал соскальзывать с дороги. Разделение Большой Тройки на сознание, культуру и природу со временем привело к разобщению Большой Тройки, ее

последующему распаду и превращению в Большую Единицу поверхности.

Эволюция, это, конечно, самокорректирующийся процесс, и он постоянно находится

в процессе внутреннего исправления. Как на фондовой бирже, существует общая и

безошибочная восходящая тенденция, но она не может воспрепятствовать сильным

краткосрочным колебаниям, периодам значительного роста и падения. И, начиная с

восемнадцатого столетия, культурная фондовая биржа переживает Великую Депрессию, подобную которой мы никогда не видели и которую сейчас только начинаем

преодолевать.

В: Значит, этот крах — не тот редукционизм, который вы выделяете в нашей

культуре?

КУ: В основном это так; досовременные культуры не имеют ни хороших, ни плохих

новостей по поводу этого дифференцирования. Поскольку другие культуры еще не

разделили Большую Тройку, они еще не могут ее разрушить. Великое достижение —

разделение Большой Тройки, оказалось в то же время великой трагедией. Достижение

современности начало перерастать в беду современности, и именно на этом этапе

находится современный мир и культура постмодерна: раздробленное жизненное

пространство, в котором «я», мораль и наука готовы вцепиться в горло друг другу. Они

борются не за интеграцию, а за господство. Каждый элемент Большой Тройки пытается

избавиться от фрагментарности, отрицая реальность других секторов.

И поэтому может оказаться, что великий эволюционный скачок вперед является

первой большой катастрофой диалектики развития, пятном крови на совершенно новом

ковре.

Достижения эпохи современности

В: Итак, прежде чем мы начнем обсуждать плохие новости, почему бы кратко не

поговорить о хороших новостях эпохи современности?

КУ: Это важно подчеркнуть, потому что антимодернисты обычно сосредоточивают

свое внимание на плохих новостях и склонны совсем забывать про хорошие.

Ни магический, ни мифический уровни не являются постконвенциональными. Но

после перехода к разуму и космополитической этике, мы наблюдаем бурное развитие

современных освободительных движений: освобождение рабов, женщин, неприкасаемых.

Это не то, что правильно для меня, моего племени, моей расы, моей мифологии или моей

религии, это справедливо и правильно для всех людей, независимо от расы, пола, касты, или веры.

И, таким образом, всего за период в сотню лет, примерно от 1788 до 1888 года, рабство было объявлено вне закона и исчезло во всех рационально-индустриальных

обществах на Земле. И в доконвенциональном эгоцентрическом состоянии, и в

конвенциональном этноцентрическом состоянии рабство было общепринятым. Понятия о

177

равном достоинстве и равной ценности не распространялись на всех людей, но

применялись только в отношении людей вашего племени, вашей расы или вашей

избранной религии. Но на постконвенциональной стадии рабство впервые в истории было

устранено на уровне целого общественного устройства! Некоторые более ранние

общества не были рабовладельческими, но, как показывают свидетельства, собранные

Джерардом Ленски, ни одно общественное устройство в целом никогда не было свободно

от рабства, и так вплоть до появления рационально-индустриального общества.

И рабство существовало как на Востоке, так и на Западе, как на Севере, так и на Юге: и белые, и черные, и желтые, и краснокожие порабощали своих собратьев, как мужчин, так и женщин, и даже не задумывались об этом. В некоторых обществах, таких как раннее

доисторическое, рабство было распространено относительно меньше, но даже

первобытные люди не были от него свободны, на самом деле, они его и изобрели.