Чтение онлайн

Какие милые люди! Действительно! Одного в темницу, другую в пустой зал на пол попой. А сами выпить и закусить. Да… Эта магическая Империя точно в опасности!

— Нинон! А та служанка, которая ухаживала за Ирен, до сих пор живет в доме Бошара? — спрашиваю я, хватая мягкую маленькую беленькую булочку и практически целиком заталкивая ее в рот.

Нежно-голубые глаза Нинон округляются от страха: то ли за ширину моей глотки, то ли от содержания вопроса. От ответа девушку спасает приход Андрэ Бошара.

— Почти полночь, — говорит он. — Но мы отправляемся домой.

— Мы?! — радостно переспрашиваю я, вскакивая и роняя салфетку на пол, и сомневаюсь. — Мне можно уехать из дворца? Сам Император говорил мне, что…

— Я был на приеме у Его Императорского Величества! — гордо говорит Первый Хранитель Империи. — И в знак извинения, в знак доверия Его Высокопревосходительству, господину Последнему Решающему, Император Раймунд разрешил мне заниматься вами, моя дорогая воспитанница. И мы с вами в знак принятия этих извинений, в знак огромного уважения Императорскому слову с благодарностью… но немедленно покидаем этот дворец!

— Ура! — кричу я, не обращая внимания на удивление окружающих.

Ну, не знают они такого крика. Это их проблемы.

Через час, умытая, причесанная, довольная, я укладываюсь спать. Франц в своем привычном и обычном облике маленького старичка сидит на краю и болтает ножками в новых белоснежных туфлях.

— Где ты их берешь? — зевая, интересуюсь я. — Они не похожи на обувь ручной работы.

— Доставляют из твоего мира, — просто отвечает он.

Сон как рукой снимает.

— У тебя есть возможность посещать мой мир, а ты мне голову морочишь?!

— Вот еще! — сердится он. — Была бы — только бы меня и видели! У меня есть человечек… Посредник…

— Ух ты! — восхищаюсь я. — А через него…

— Бесполезно! — огорченно говорит фамильяр. — Сотни раз пытался. Он утверждает, что может доставлять только неживые вещи и не крупнее туфель.

— Вот это да! — присвистываю я. — Вот это новость! Да таких посредников у вас, наверное, много?

— Мне известен только один, — пожимает плечами Франц.

— А я могу с ним встретиться? — воодушевляюсь я.

— Нет! — быстро реагирует на мой вопрос фамильяр. — Это совершенно невозможно!

— Ладно… — примирительно соглашаюсь, временно отступая. — Я очень хочу спать… До завтра!

— Госпожа! Госпожа! — кто-то трясет меня за плечо и голосом Нинон будит, заставляя резко вынырнуть из теплого сна, в котором я с мамой, папой и братом Шуркой украшаю новогоднюю елку во дворе деревенского дома: вот противный Шурик запихивает снежок сначала в рот, потом мне за шиворот, а мама, смеясь, помогает мне убрать из-под куртки снег, грея мою шею горячими ладонями. — Госпожа Лунет!

Надо мной действительно стоит Нинон, бледная, встревоженная, испуганная.

— Госпожа Лунет! — почти стонет она. — Я должна вам рассказать… Я должна вам показать… Я не понимаю и боюсь… наверное, это очень опасно… но вы из магической семьи… и мы должны защитить господина Бошара…

— Ничего не понимаю, — тряся головой и сбрасывая остатки сна вместе со снегом за шиворотом, бормочу я. — Что ты несешь? Кто в опасности?

— Вокруг дома множество людей Императора, — шепотом докладывает Нинон. — Только что никого не было, а теперь их десятки. Наверное, господина пришли арестовывать! Наверное, что-то еще произошло! Вы же Sorciere! Спасите моего господина!

— От чего спасти? Как? — спрашиваю я. — Они зашли в дом?

— Нет! — отрицает служанка. — Они на улице.

— Ну, так заприте все двери на все замки! — зевая, советую я. — И никого не пускайте!

Нинон смотрит на меня с досадой:

— Это люди Императора! Мы не можем не открыть им дверь! Их командир — маг. Он все двери откроет и без нашей помощи!

— Мне помнится, что дворец Императора, дворцы Королей, дома Хранителей защищены какой-то особой системой! — чуть не добавила «сигнализации», но вовремя опомнилась.

— Это ничего не значит для ищеек Императора и Решающего! — нервно вздрагивая, возражает Нинон.

— Понятно, — соглашаюсь я. — Кто защитил, тот и нападет.

— Что делать, госпожа? — паникует Нинон.

— А что говорит Хранитель? — интересуюсь я, плохо соображая, что же делать.

— Я не будила его. Он очень устал, был напуган и заснул очень быстро. Спит крепко. Сон ему очень нужен! — докладывает Нинон.

— А я не устала? — ворчу я обиженно, но тут же улыбаюсь верной служанке. — Кстати, это может быть просто охрана или караул. Нас отпустили, но проверяют.

— Но их не было, госпожа! Они появились только что! Меньше часа назад! Через два часа рассвет! Почему только сейчас? Нас не сопровождали от дворца до дома, — логичные вопросы Нинон меня настораживают.

Встаю, накидываю теплый стеганый халат, вышитый павлинами:

— Покажи!

Нинон ведет меня на третий этаж дома Бошара по кованой витой лестнице. Мы осторожно выходим на маленький балкон, увитый пышно разросшимся декоративным виноградом. Но здесь уже кто-то есть. Высокая тонкая фигура, явно женская, закутанная в вязаную шаль темного цвета.

— Кто здесь? — испуганно вскрикивает Нинон, загораживая меня собой.

— Не кричи! Привлечешь внимание! — сердитым шепотом ругает ее женщина, оборачиваясь к нам.

— Ирен? — почему-то не удивляюсь я, искренне радуясь. — Ты сама нашлась или Его Высокопревосходительство расстарался?

Домового ли хоронят,

Ведьму ль замуж выдают…

Александр Пушкин «Бесы»

Ирен осунулась и похудела, но не выглядит сумасшедшей.

— Excellence, господин Решающий, не знает, где я.

— Знает, — раздается за нашими спинами тихий голос Фиакра. — Но ждет и наблюдает. Надеется, что здравый смысл преобладает над женской глупостью. Зря.

Нинон тихо взвизгивает и снова закрывает меня собой. Какая самоотверженная девушка!

— Ты же говорил, что не знаешь, где Ирен! — предъявляю я претензию. — Говорил, что все имперские ищейки…