Чтение онлайн

Ну, ладно уж, лифт так лифт. Рассудив, что делать нечего, Никс вдавила металлическую кнопку вызова.

Чудо старинной инженерии ожило. Снизу, из непроглядной тьмы подвального этажа, неторопливо вынырнула лифтовая кабинка, шумно лязгая скрытыми механическими внутренностями. Она плыла вальяжно и медленно, как предмет, которому спешить совершенно некуда, и этот процесс завораживал. Настолько, что Никола даже забыла на пару секунд о том, что волноваться поздно: пора спешить.

— Все еще желаешь прокатиться? — послышался голос из-за плеча. Никс вздрогнула и обернулась.

— Здравствуй, — произнес Тиха. — Давно не виделись.

— П-привет…

Держа в руках перемотанную скотчем картонную коробку, перед Никс стоял молодой человек приметной наружности и сдержанно улыбался.

Встреча была неожиданной.

Никс не видела Тиху с середины лета, если не с самой весны. Что правда, за лето Тихомир Одиш практически не изменился. Взгляд — с прищуром, волосы — точно такие же, растрепанные и зачем-то выкрашенные в светлую зелень, а еще вот, пожалуй, добавились ко всему красные металлические серьги, которых в ушах слишком много, и довольно заметный загар. Сине-серый тонкий пуловер, застиранный и блеклый, остался на месте, надетый будто бы в противовес всему остальному странному и крайне приметному эпатажу. Широкие джинсы, черные кеды. Коробка в руках. Стоит, смотрит. И как ему с таким рукавом не жарко?

— Ну так что? — переспросил Тиха. — Не страшно на этой рухляди кататься?

— Да вот теперь не уверена… насчет лифта. Я так, попробовать. Вообще не думала, что тут он есть.

Никс тотчас смутилась уже оттого, что зачем-то стала оправдываться.

— Заходи, не бойся, я сто раз так делал, — ответил Тиха, когда металлические створки разошлись в стороны, сложившись гармошками. — Заодно поможешь мне, кнопку нажмешь! А то у меня руки заняты.

Никс зашла внутрь кабинки и, дождавшись Тихомира, послушно нажала на кнопку третьего этажа. Створки закрылись с ужасающим лязгом, с силой стукнувшись друг об друга.

Никс глянула на Тиху снизу вверх, а он улыбнулся ей, тоже скосив взгляд.

— Ты чего здесь? — спросил. — Учишься?

— Первый день, — ответила Никс. — А ты?

— А я занести книжки, которые Ари в прошлом году домой утащил и в библиотеку не сдал. Тяжкая обязанность старшего брата.

— А сам он что? — спросила Никс, слегка растерявшись.

Тиха улыбнулся шире:

— А ты не знаешь?

— Нет.

Что-то внутри лифтового механизма гулко стукнуло. Когда шум отзвенел, Тиха произнес:

— Парень к успеху идет. Ему сейчас не до этого, я даже не знаю, в каком он нынче городе… посчастливилось ему заменять гитариста в активно гастролирующей группе, забыл как называется. Что-то на "М"…

— Посчастливилось… — пробормотала Никс, уставившись на грязный линолеумный пол. Вздрогнула, глянула на Тиху: — А как же "Негорюй"?

— А куда она денется? — Тиха, не отпуская коробку, пожал плечами.

Лифт притормозил и распахнул створки. Тиха вышел первым, подозрительно ловко перекинул коробку на одну руку, а другой сначала остановил Никс, положив ладонь ей на плечо и заглянув в глаза, а потом нажал на кнопку с цифрой "4", и вынырнул, пока его не прихлопнуло узорчатыми дверьми.

— Это что вообще было сейчас? — успела возмутиться Никс, когда лифт подозрительно резво рванулся вверх. Она еще успела разглядеть через гнутые чугунные прутья, как Тиха смотрит ей вслед и весело подмигивает, улыбаясь, но тут кабинку тряхнуло, так что ей пришлось ухватиться за деревянные перила, идущие вдоль стен. Свет на мгновение померк, но тут же включился, лифт сбавил скорость и чинно выплыл на следующий этаж.

Створки распахнулись. Никс, осторожно оглядываясь, вышла.

Она уже осознала, что это только снаружи кажется, что этажей в доме три, но, выходит, вместе с тем, подвальным, откуда вынырнул лифт, их насчитывается пять. А может, и шесть, — кто знает, сколько там уровней снизу? Количеству кнопок в лифте верить нельзя. Четвертый этаж, получается, прячется от входящих за архитектурными изысками первых трех и за высокими, все еще зелеными деревьями, которые окружают филиал академии плотной шумной стеной. А если снаружи смотреть, то и не видно почти ничего. Немудрено, что внутри какие-то аномалии, тупики и внезапно возникающие из-за поворота лифты: здание, вероятно, несколько раз перестроенное. Оно все такое из ряда вон и этого не скрывает. Этим оно, наверное, даже гордится — все же последние двадцать лет его занимает факультет изящных искусств. Не целиком вмещается, но занимает.

Никс поправила соскользнувший с плеча сумочный ремень и двинулась вперед по коридору, высматривая нужный ей номер аудитории. Под ногами скрипел старый паркет. Наличие четвертого этажа, кстати, вполне объясняло странный номер искомого кабинета.

А вот тот факт, что как-то вокруг и нет никого, первое время Николу не смущал. Но потом начал.

Внутренне похолодев, она отыскала в сумке телефон и глянула на часы.

— Ну, красота.

Итак, занятие началось пятнадцать минут назад. Что это значит? Это значит перфоманс типа "эффектное появление" — то есть форменный, полноразмерный крах. Все будут на нее пялиться. А может… может, ну его?.. сбежать? Так, стоп, стоп, нет.

Расчет, вроде бы точный, подвел. Но отступать нельзя.

Никс, остановившись у высокой двойной двери с искомым номером, вдохнула, выдохнула, прислушалась. Из глубин аудитории раздавалось приглушенное "бу-бу-бу", слегка потраченное эхом. Никс, решившись и внутренне сжавшись, тихонько приоткрыла дверь и вошла, на всякий случай изобразив на лице виноватую улыбку.

Дверь, конечно, скрипнула.

Все, конечно, тут же уставились на нее.

Впрочем, взглядов было не так уж много. Небольшая, светлая аудитория, спроектированная классическим амфитеатром, была почти пустой: студентов в ней оказалось не более десяти человек, расселись они подальше друг от друга, распределившись по рядам равномерно. Внизу, меж пыльных солнечных столбов, замер пожилой седовласый мужчина в костюме-тройке землистых оттенков.

— Извините, — пробормотала Никс, чувствуя испепеляющий стыд из-за изучающих взглядов, направленных на нее и, одновременно, облегчение от того, что лектор оказался ей знаком. Чудом, не иначе. — Можно… войти?

Абеляр Никитович — самый настоящий чтец, опровергающий, правда, собою все, что об этой магической гильдии обычно рассказывают, — обвел аудиторию рукой:

— Проходите-проходите, Никола Константиновна, но впредь постарайтесь не опаздывать.

Никс наконец преодолела ступор. Уши горели огнем, — в переносном смысле, и она трижды мысленно поблагодарила чтеца, который начал вещать снова, не дожидаясь, пока она проберется между рядами и усядется на свободное место. Остальные студенты обратили свои взоры обратно на лектора.

Никс шмыгнула за ближайший ряд, а потом еще пододвинулась поближе к окнам, устроившись в итоге в теплом солнечном пятне. Выдохнула, успокоилась, расположилась так, чтобы солнце не било в глаза и тоже прислушалась к тому, что говорит чтец.

Вот только сконцентрироваться на его речи оказалось не так-то просто. Слова его тут же принялись куда-то уплывать, путаться друг с другом и, невесомые, мягкие, почти потеряли смысл. Никс сама не заметила, как стала рассматривать макушки отвернувшихся к лектору ребят. Неужели они все?..

Да ну. Ну да! Все семеро… Все семеро, наверняка — элементалисты! Никола выросла вдали от областного центра и из-за этого коллег по "цеху" почти не знала. Поселок Змеиная Коса был небольшим, коренного населения в нем насчитывалось человек восемьсот. В школе, в которой она училась, никого из "проклятых" не было вообще. Ну, может, и прятался там какой-нибудь латентный поглощающий — ну так и не определил его никто. Может, он и останется до конца дней своих ненайденным… а тут в одной аудитории целых семеро магов-элементалистов! У остальных гильдий свои порядки, свои ресурсы и правила, так что можно наверняка сказать: четыре девчонки и трое парней — свои, они наверняка пережили то же, что и Никс, и от этой мысли становилось и радостно, и тревожно одновременно, азарт и предвкушение проявились вставшими дыбом волосами на затылке и руках. А может быть кто-то из них, как и она — тоже маг огня? Пускай и не рыжий — но тоже "огонек"? Вот это было бы да, с этим человеком надо точно подружиться!