Чтение онлайн

Но и удирать, поджав хвост, тоже как-то несолидно и даже чревато. Что ж делать? Чего эта девка так на нее уставилась? Остается вариант, что Никс ей кого-то напомнила, или девушка, например, попросту не любит рыжих. Да мало ли что. В голову к ней не залезешь.

Никс допила чай, поставила стаканчик на стол, сунула распечатки в сумку, а телефон в карман. Поднялась.

В плечо ей прилетела скомканная салфетка с чем-то потяжелее, завернутым внутрь, а за ней и совершенно ожидаемый хоровой смех.

Никс обернулась резко, даже и не думая сдерживать гнев, чувствуя, как краска заливает лицо.

— Кто это сделал? — спросила она громко и грозно. — Что за детский сад? Это академия искусств или где?

Девица в рваной джинсе поднялась со своего сидения и сделала два шага по направлению к Никс — вразвалочку, с мерзенькой улыбкой на лице. Она возвышалась над Николой на добрых полторы головы.

— Тебе стоит подумать, мелкая, что сделала ты, — произнесла немного нараспев девушка, и подружки ее согласно заулюлюкали.

Никс, глядя на нее снизу вверх, отступать не думала. За жизнь свою она видела и не такое. Ей не было страшно, но было чуть-чуть обидно, а еще она начала стремительно осознавать, что все ее планы насчет того, как бы так половчее социализироваться в новом коллективе и покомфортнее устроиться на новом месте идут чернодырым под хвост.

— Запомни, мелкая, и новеньким из ваших передай: им лучше бы засунуть свою оригинальность поглубже в себя, сверху или снизу — это уж кто как любит, — проворковала девица, нависая над Никс ожившей скалой, — иначе будет плохо. Можешь мне поверить.

Никола наконец опомнилась. Девушка стояла на расстоянии вытянутой руки от нее, и Никс руку вытянула:

— Отойди.

Та осталась стоять.

Никс знала, что так делать нельзя, но ничего другого в голову не пришло. Гнев свой она почти никогда не сдерживала, но всегда его контролировала. Нормального человека в подобной ситуации деморализовало бы уже то, что "жертва" касается его мягкой раскрытой ладошкой, ведь не должна бы. Как это так вообще?

А вот высокая девица даже не вздрогнула. Она продолжала буравить Николу взглядом, и Никс, все еще не боясь ее, занервничала и, не опуская руки, призвала магию.

Запахло паленым.

Девица даже не дрогнула, когда черная ткань ее футболки превратилась в пепел. Никс почувствовала под ладошкой живую человеческую кожу, а потом…

Все произошло очень быстро.

— Ай, что творишь-то! — воскликнула агрессивно настроенная барышня, секунду назад пытавшаяся просверлить в Никс дырку взглядом, пошатнувшись и чуть не упав на Никс. Никола отпустила руку, подумав, что джинсовой девахе наконец-то стало достаточно горячо (хотя должно было еще до того, как вспыхнула и превратилась в пепел ткань). Но барышня вскрикнула и пошатнулась не поэтому. Это кто-то толкнул ее сзади, причем, достаточно сильно. В следующий миг этот же человек, воспользовавшись неразберихой, сорвал у Николы с плеча сумку и пулей выбежал из столовой.

Никс, не сообразив сразу ринуться следом, пару секунд шокированно смотрела вслед воришке: тучная фигура, розовый спортивный костюм и блондинистые хвостики, и все это удаляется по коридору с невообразимой скоростью. Опомнившись, Никс мельком глянула на высокую девицу — та скалилась, как шакал, — и бросилась следом за вором.

Куда она побежала? Влево? Первый коридор кончился, Никс чуть не врезалась в каких-то зазевавшихся девчат. Краем глаза она заметила розовый цвет слева и ринулась туда, за три секунды преодолев коридор. Снова развилка, куда теперь? Опять налево? Выжимая из себя максимум скорости, Никс побежала вперед. На следующем повороте она уперлась в стенку, чтобы отдышаться.

Ладно. На какой развилке она упустила ту, с хвостиками? Она явно знает здание лучше. Надо было сразу кричать "лови вора!", но Никс понадеялась на себя, а никто больше не обратил внимания на забавляющихся спринтом студенток.

И где теперь искать воровку?

Никс все еще не могла отдышаться и понять, как девчонка подобной комплекции может бегать настолько быстро и что теперь вообще делать.

— Гребаное невезение, — Никс стукнула кулаком по колену, — чтоб ему!

В этом коридоре людей не было — никто ее не услышал. Отчаяние, черное, словно деготь, начало было снова заполонять голову, как тогда, в середине лета, но Никола смогла взять себя в руки и задавить волну на подходе.

Спокойно.

Не конец света.

Все будет хорошо, подумаешь — девица из поглощающих в столовой, подумаешь — украли сумку с распечатками и тетрадями. Телефон-то с собой.

А ключи — в сумке.

И студенческий билет… и деньги…

И все это в первый же день!

Нет, что, правда что ли? Это все на самом деле?

Никс отлипла от стенки и попыталась понять, в какой части здания находится. Поняла, что этот коридор — боковой, рядом с черным ходом.

Может, вор ушел туда?

Уже не бегом, а шагом она добралась до неприметной двойной двери, оказавшейся незапертой. Дверь вывела ее на раздолбанное крыльцо, за которым стелилась прочь потрескавшаяся асфальтовая дорожка, окруженная высокими лиственными деревьями. Вела дорожка, кажется, в парк при филиале. На крыльце стояли какие-то парни и курили.

— Тут девчонка такая полненькая, с двумя хвостиками не пробегала? — спросила у них Никс. — Блондинка…

Студенты ответили отрицательно.

Никс тяжело вздохнула.

Да, воровка была похожа на резвого поросенка. Слишком резвого. Слишком похожа. Но ведь не носятся такие со скоростью раненого кабанчика! А вот поди ж ты.

Никс вернулась внутрь, твердо намерившись нанести визит Абеляру Никитовичу. Ну а куда ей еще идти при таких делах?

Пока она искала памятный скрипучий лифт, в голове заново прокручивались последние пятнадцать минут. Итак, в столовой на нее наехала барышня из поглощающих. Иначе объяснить тот факт, что на ее тощем животе от соприкосновения с магией Никс не возникло уродливых волдырей, невозможно. Поглощающая. Отлично. Так вот они какие. Маги, название которых стало именем нарицательным. Чернодырые, чьим прозвищем ругаются и оскорбляют. Стало быть, они прячутся среди обычных людей, одеты как попало и спокойно себе существуют…

До этой встречи Никс представляла себе поглощающих лишь по рассказам опекуна и его друзей. В этих рассказах все чернодырые были или военными, или из специальных силовых отрядов, ходили в строгой черной форме и всегда вооруженные до зубов, суровые и беспощадные и, в основном, мужчины. Поэтому к встрече с девушкой-поглощающим, да еще и в столовой, Никс была не готова.

Нет, Эль-Марко, конечно, говорил что-то про то, что в городе все иначе и в людных местах колдовать надо осторожно, и Ари предупреждал, мол, не светись, не демонстрируй, но ведь…