Чтение онлайн

— Наверное, кто-то из ваших коллег-курсантов взял две, — произнес Абеляр Никитович.

Длинноволосая девушка в голубой кофточке неуверенно отпустила листок.

— Давай после медкабинета тебе мою скопируем, — предложила ей Никс.

Та кивнула.

— Ну, тогда я себе ее пока возьму, — Никс опустила распечатку в сумку. Потом обернулась к чтецу: — Очень неожиданно было вас увидеть! Я и не знала, что вы у нас будете преподавать…

— Еще и кое-какие экзамены принимать, — улыбнулся в ответ Абеляр Никитович. — Ну а я, сама понимаешь, удивился не слишком. Я ждал нашей новой встречи. Ты, кажется, с весны немного подросла.

— Есть чуть-чуть, — кивнула Никола, и уголки ее губ сами собой поползли вверх, хоть ей и не хотелось прям так уж чтецу улыбаться.

— Ну, бегите, у меня сейчас совещание, — сказал Абеляр Никитович. — Потом еще обязательно пообщаемся, расскажешь мне, чем закончилась история с тем мальчиком и твоими старшими друзьями.

— Обязательно! — согласилась Никс.

Она направилась к выходу. Обнаружила, что давешняя русоволосая девушка ждет ее возле двери.

— Ты знаешь, где именно нужный нам кабинет? — спросила Никс.

— Нет.

Голос у новой знакомой оказался нежный и певучий.

— Ну, значит, придется самим искать, — вздохнула Никола Рэбел. Она к тому моменту уже оценила специфику здешней логистики. Собственно, именно из-за этой специфики она и опоздала на вводную лекцию.

Плутали недолго, но вдохновенно. Язык, общеизвестно способный на чудеса, в итоге привел их к медкабинету. Пока курсантки разыскивали нужное помещение, Никс успела еще раз поразиться разнобою внутренней отделки здания и заодно узнать у длинноволосой веснушчатой барышни ее имя и даже направленность ее волшебства. Оказалось, что зовут стеснительную особу Аликой Лелим, и на выбор можно называть ее или полным именем, или сокращать до Лели, но лучше все-таки до Али. Алику слушалась пресная вода, озерная, речная, аквариумная, талая, дождевая и минеральная даже. Когда Никс об этом узнала, сначала машинально отодвинулась от нее подальше, памятуя о том, что, как и всякий человек, сама состоит по большей части из воды. Но потом Никс подумалось, что убить можно и чайной ложкой при большом желании. Она расслабилась, и, недолго думая, предложила Алике дружить. Та улыбнулась сдержанно, взмахнула янтарными ресницами и кивнула, соглашаясь.

Искать столовую Никс отправилась уже без Алики — та, получив свою копию распечаток в небольшой типографии на первом этаже, сослалась на срочные дела и мигом потерялась, ускользнув, словно золотая рыбка. Никс немного жалела, что не успела с ней толком пообщаться, поговорить вдумчиво, как ей этого хотелось. Ей вообще не терпелось узнать своих однокурсников получше, и — это казалось ей основным, — нужно было наладить с ними отношения, ведь вместе учиться еще долго, и одногильдийцам, кроме прочего, лучше бы друг друга держаться по очевидным причинам.

Но, видимо, не все сразу. Времени еще порядком, учиться не переучиться. Никс решила, что все будет хорошо, и то, что взгляды юных элементалистов были безучастны — это ничего, это пройдет, это из-за жары, а может, и показалось просто.

Поводив носом по плану эвакуации при пожаре, Никс разобрала, вроде бы, как найти столовую. Поплутала по первому этажу, сходила на второй, снова вернулась на первый и, наконец, оказалась в относительно просторном помещении, уставленном столиками с клеенчатыми скатертями и пластмассовыми белыми стульями. Народу в столовой было немного, а булочек и прочей выпечки — как раз.

Сосиска в тесте (извечный спутник студента) и сладкий бледный чай пришлись очень кстати, и Никс, жуя, развернула распечатку с планом занятий и дополнительной информацией. Как-то до этого все недосуг было: то поиск медкабинета, а там уколы, заборы крови и питье мерзкого проявляющего зелья, то поиски копировального центра, то попытки разговорить молчаливую Алику…

И вот белые листы, испещренные текстом и разлинованные парой таблиц, предстали пред ясным взором Николы Рэбел, и краткий их анализ заставил ее поперхнуться чаем.

Откашлявшись, она перечитала первую страницу повторно и внимательнее изучила таблицу, пару раз проведя пальцем от своего имени к имени куратора для точности. Да не может такого быть!

Но ее догадку подтвердили остальные семь листочков: на них были собраны расписания на первый месяц для каждого из ее коллег-курсантов, и все они оказались разными.

Прямо ничего сказано, конечно, не было. То ли забыли, то ли думали, что и так всем все понятно. Но Никс все равно стала ругать себя за то, что успела понадеяться на многое, сразу ни в чем не разобравшись. Выходило, что совместных занятий у элементалистов не запланировано. Каждый будет учиться на выбранном заранее факультете, факультеты, соответственно, базируются в разных корпусах, корпуса разбросаны по городу, общежития — тоже. Совместные лекции типа той, которую провел наверху Абеляр Никитович, — скорее исключение, чем правило. Никс подумалось, что такая политика гильдии вполне резонна. Хватит и того, что им, элементалистам, сверху наказано поступать в совершенно определенное высшее учебное заведение, без каких-либо вариантов. Логично, что, если бы гильдией диктовались еще и факультеты, юные элементалисты совсем взбунтовались бы. Да и специальности у всех тоже разные, что, опять-таки, закономерно. Но печально-то как!

Почему ей казалось, что они все будут учиться вместе? Как можно было подумать, что все семеро "коллег" поступали на ту же специальность, что и она?

Никс припечатала ладонь ко лбу.

Тяжко вздохнув, вернулась к изучению листка.

Каждому из учащихся был назначен "куратор" — очевидно, человек, который будет заниматься с ними дополнительно, по гильдейской специальности. Напротив имен кураторов красовались интригующие телефонные номера, отпечатанные почему-то только наполовину (первая половина каждого номера представляла собой таинственные прочерки). В сноске значилось, что каждому курсанту следует ожидать звонка с указанного номера.

— Что за дела? — пробормотала Никс себе под нос, нервно теребя листок. — Типа чтобы мы сами, первыми, им не звонили?.. Элемент внезапности чтоб был?

Она тут же решила спросить у Абеляра Никитовича при следующей встрече, к чему вся эта секретность.

Снова заглянула в таблицу. Значит, ее куратора зовут Р. Майерс. Иностранец, что ли? Мужчина или женщина? Опять непонятки какие-то.

Никс вчиталась в имена остальных курсантов и их кураторов. Ага, кое у кого гильдейскую специальность ведет один и тот же человек. Значит ли это, что и силы их магические тождественны? У двух учащихся одинаковая фамилия и разные имена — может, это те брюнетистые подружки, которые загорелые и коротко стриженные, и они на самом деле сестры? Сиен и Циан Роу. Кураторы у них, однако, разные. Значит, оставшиеся четыре имени — те три парня и длинноволосая брюнетка в ярусной юбке с корсажем, что еще раз встретилась Никс у медкабинета. Как же ее медсестра назвала-то? Еще неразборчиво как-то… Так, Кирилл и Дмитрий — точно парни, а вот Лекс и Дэй — под вопросом. Интуиция подсказывала Никс, что, скорее всего, та элементалистка — это Дэй Орта, а не Алекс Чарски, хотя, конечно, кто ее знает. Имена все звучали довольно вычурно, как на подбор, и сама Никола в этот перечень вписывалась только так.

Недопитый чай остыл, и Никс привычно подогрела его ладошкой прямо через пластик стаканчика. Отхлебнула. И в этот же миг почувствовала на себе взгляд.

Пока она вчитывалась в программку обучения, в столовой стало относительно людно. Взгляд, тяжелый и прямой, принадлежал угловатой взлохмаченной девице в рваной джинсе, что сидела напротив Никс за одним из столов, в окружении других девушек, хохочущих и громко переговаривающихся. Всего их было человек пять, но та, что смотрела на Николу, как иные смотрят на кусок ароматного, хорошо прожаренного мяса, определенно выделялась ростом и подозрительным каким-то спокойствием.

"Ой, нетушки, — подумала Никс, отводя взгляд. — Только не надо мне говорить, что все будет настолько плохо".

Она лихорадочно раздумывала, как поступить. Что-то подсказывало ей, что оставаться в столовой больше нельзя и что она не просто так привлекла внимание растрепанной крупной девицы. Но вот какую ошибку она допустила, Никс понять не могла. Вроде бы, с нарядом все в порядке: не слишком вызывающе, закрыто, удобно… На лице тоже ничего особенного нет. По крайней мере минут десять назад, когда Никс проходила мимо зеркал в коридоре, все с ее лицом было в порядке.