Чтение онлайн

— Пьяная заснула в ванной, — крикнула она жалобно на весь дом.

— Пьяная, — повторила Нина. — Мужа так расстроила, что он сбежал. И даже скорую не подумал вызывать.

Дальше она пронеслась по странице прямо со страницы, где оставалось только узнать, что Петровского защищал лучший адвокат, что Петровского спасли от тюрьмы лишь распахнутое окно номера на первом этаже, незапертая дверь и коньяк в крови женщины, конечно.

Текст кончился, а наступившая ночь унесла остатки света. Нина сидела бледная как мел, включая и выключая настольную лампу. С молчаливым равнодушием ее окружали, прикрывали листы прочитанной информации. Она не знала, что ей теперь делать, и сама старалась не обращать внимания на гнетущую черноту вокруг и тишину. Выходило следующее: маньяк Петровский наметил себе новую жертву и этой жертвой была она.

Начиная с их поездки в глухую деревню, все это проделывалось им очень аккуратно. Дядя об этом всем знал и все равно брал у Олега деньги. На мгновение Нину замутило как с похмелья и казалось, вот-вот точно вырвет. Затем, она пришла к выводу, что прощание устроила пышное, на затраты не скупилась, также похоронив в душе все, что было связано с дядей. Имени его она теперь даже не произносила, словно дяди никогда и не было.

Нина отложила тяжелую папку и замерла, держась за виски, как сумасшедшая. Пугающей была эта тишина. Пугающей неподвижная мебель, искусственные зубы на деревянном столе, черные коробки картотеки. Сжавшись и опустив голову, она вихрем пронеслась через пустые комнаты. Внизу, у себя, она легла на кровать и пролежала так в темноте, пока не вспомнила о пледе. Затем на тумбочке сбрякал будильник звавший действовать, идти на работу.

От звука будильника она внезапно вздрогнула, сердце отчаянно колотилось. Она выскользнула из постели и стала собираться на улицу. После душа натянула на себя практичное шерстяное платье, развернула закатанные узкие рукава. Натянула их до кончиков пальцев и какое-то время так стояла. Похоже на жест психопатки, как их показывают в кино и театрах, из тех что постоянно оглядываются и везде носят с собой антидепрессанты. Пока утро довольно теплое, но расслабляться нельзя. Надо собрать сумку. Раскопать спортивный костюм. Запастись зубной щеткой, расческой, наличными. Главное не забыть взять паспорт, иначе можно остаться без билета, без аэропорта и самолета — разве что самой не пригласить в дом убийцу.

Сразу, как собрала сумку, Нина натянула колготки, бесшумно подошла к кухонному окну, подняла раму и высунулась. В небе стояла почти круглая луна, вся в блеске, похожая на яблоко; ниже разливался нежно-желтый свет уличных фонарей, что отражался в снегу. Она залезла с ногами на подоконник. Внизу — палисадник, покрытый пятнами теней. Дальше забор, ее цель. От Нины забор отделяла сосна в палисаднике перед домом, зеленой, прочной ширмой раскинувшая ветви, но все же ей удалось разглядеть слабое мерцание железных колышек.

— Это каким же надо быть психом, чтобы забор погнуть, — возмутилась Нина, но не успела договорить. Рядом с сосной появился мужчина и стал смотреть наверх. Она видела черные брови, глазные впадины, ухмылку, расплывшуюся на темном овале лица. На плечах что-то белело — рубашка. Он поднял руку и махнул ей: он хотел, чтобы она вышла к нему — слезла с подоконника, нормально спустилась по лестнице. Но она испугалась. Теперь она боялась всего. Нина махнула ему, затем нечаянно поскользнулась и выпала в окно.

— Ринат! — вскочив с земли, выдохнула она. — Что тут делаешь?

Проклиная про себя снег, набившийся в туфли, Ринат остановился у самого забора, выжидая, пока цель распахнет окно. Она была так доверчива, так беспечна, но так непредсказуема, что он сам потерял бдительность и, увидев что девушка полезла на подоконник, ничуть не встревожился. Она слишком торопилась и, должно быть, увидела дефект забора и попыталась разглядеть. И вместо того, чтобы пойти и позвонить в дверь, рискуя снова набрать снега в туфли, он отступил и встал в развилке между двумя деревьями. Убедившись, что надежно скрыт высокой сосной, Ринат извлек из кармана конфету «вишня с коньяком», снял серебряную фольгу и выжидающе подался вперед. Луна скрылась за облаком, но уличный фонарь горел достаточно ярко, чтобы видеть, как девушка возникла в оконном проеме и почти тут же исчезла за снежными насыпями. Ее неожиданный маневр сбил его с толку и добавил немного остроты в недельную унылую, но крайне интересную слежку. Можно по крайней мере опять поразвлечься, поскольку на этот раз шеф выбрал себе экстравагантную особу. Интересно…

Ринат с осторожностью притих, вытянул шею, чутко улавливая каждое движение, каждый звук, но девушка казалось растворилась в сугробе. Тихо выругавшись, он повернулся и принялся взбираться на каменный бортик. Сейчас поднимется повыше и снова будет наблюдать за ней…

— Что тут делаешь?!

Ринат испуганно вздрогнул, от неожиданности выпустил из рук фантик от конфеты, медленно сошел с бортика на дорогу, потерял равновесие и покачнулся.

— От забора отошел на два шага и объяснился! — приказала она. На какой-то момент он едва не поддался порыву подчиниться. Но тут же опомнился и медленно растянул губы в улыбке.

— Я думал, ты только лифтов избегаешь, оказывается и дверей тоже.

— Застегни куртку и объяснись.

— Что же ты, — понимающе ухмыльнулся Ринат, — свою куртку позабыла, когда вышла из окна на работу?

Нина стояла чуть поодаль: ноги в колготках расставлены, к волосам прицепилась шишка.

— Ты откуда взялась загадочная такая? — наконец сказал он, смотря на нее.

— Я из России.

— Тогда все понятно, — он улыбнулся еще шире.

Но Нина проигнорировала дружескую улыбку, сбросила шишку на землю и залезла в окно со второго раза, а потом снова посмотрела на водителя. Набрав воздуха в грудь она крикнула единственное слово — «Пожар». Эхо от него громовым раскатом отдалось в воздухе, и откуда-то с поста охраны послышались тревожные крики.

— Какого лешего ты вытворяешь?! — заорал Ринат.

— Позвала на помощь, — ехидно пояснила Нина. — Знакомые ребята там, в будке. Сейчас прибегут. И тут с Ринатом произошли удивительные перемены. Перед ней предстал жесткий, собранный, беспощадный подчиненный.

— Думаю, нам пора объясниться, — рявкнул он. — Начальник прислал меня сюда, потому что весь вечер и ночь как дурак звонил тебе, а ты не отвечала. А вы, Нинель Алексеевна, кажется не сильно убиваетесь по дядюшке. Гуляете?

Несмотря на тот странный факт, что Ринат крутился у нее под окнами в такую рань, и невероятную метаморфозу, случившуюся с ним мгновение назад, у Нины не было никаких оснований его бояться. И все же…

— Олег в машине?

— На тренировке. Месит, себя не жалеет и других тоже.

— Возвращайся в машину, — приказала она, не отводя взгляда. — Уезжай и не карауль меня.

Снег заскрипел под забором. Продолжая следить за Ринатом, она спрыгнула на пол, прикрыла раму. Автомобиль… шаги… ключ зажигания…

— Удовлетворена? — осведомился он, садясь. — Только ничего ты этим бунтом не добьешься. Помня про твою недавнюю утрату, он все равно обратно меня пошлет. Приглядеть, понянчиться. Тебе от нас не отвертеться.

Но Нина была вне себя от бешенства. Ее била крупная дрожь — запоздалая реакция на пережитое потрясение. Подумать только, этот поддонок Петровский вообразил, что может беспрепятственно ее контролировать. В голове складывался иной план.

Собранная и невозмутимая, Нина подошла к машине спустя четверть часа.

Заметив ее, Ринат кивнул и ворчливо бросил, подавляя любой вид эмоций:

— Я никогда не оставлял тебя в беде раньше и доказательством тому служат мои поступки. Тебе тяжело, на лицо нервный срыв. Лучше не отталкивай меня сейчас.