Чтение онлайн

Истерический, но этого как ни странно, сохранивший свою мелодичность смех Нины звенел, как колокольчики под внезапным порывом ветра, и Олег с усмешкой смотрел, как она повалилась на душку длинного дивана перед ним, с трясущимися от хохота плечами.

— Мы… мы летим в Китай, — задыхаясь, пробормотала девушка, вытирая со щек выступившие от смеха слезы, — чтобы посетить строительную выставку в свадебном путешествии.

— И не только, — уточнил он, устроившись рядом и ухмыляясь, зараженный ее смехом.

Перед свадьбой она приводила себя в порядок в Загсе, когда в туалет ввалились наряженные накрашенные невесты, и, застигнутая в столь щекотливом положении, переживала так, что на нее больно было смотреть. Нина была убеждена, что весь дворец бракосочетаний судачит о том, что их регистрируют в служебном кабинете вместо парадного зала, и, разумеется, не ошиблась. Люди с интересом и искренним непониманием нет-нет да поглядывали на них. Обдумав, что делать — признаться, что сунул взятку или попробовать развеять горе, Олег решил умолчать почему их расписали без подачи заявления, вне очереди и как можно скорее увел Нину оттуда, когда процедура завершилась. Только на выходе напомнил ей, что все мечты сбываются.

— Ты, наверное, считаешь меня совсем безмозглой, если думаешь, внушить что едешь туда отдыхать, а не работать. Не заставляй меня поверить в подобную чушь, — проговорила она, безуспешно пытаясь обрести серьезность.

Олег улыбнулся, но покачал головой, не принимая доводы:

— Нет, мадам Петровская, ты заблуждаешься по всем пунктам.

— По всем? — с любопытством переспросила Нина. — Что ты хочешь сказать?

Олег улыбнулся еще шире и пояснил:

— Я устал и нуждаюсь в отпуске. Я жду не дождусь увидеть море и не думаю, чтобы кто-нибудь мог тебя легко обмануть. — Он помолчал, ожидая ответа, и, не дождавшись, с улыбкой сказал: — Это комплимент твоей рассудительности.

— О, — измученно проговорила Нина и неуверенно добавила: — Спасибо.

— Во-вторых, далеко не считая тебя безмозглой, я вижу тебя королевой пляжа в самом ближайшем будущем.

— Благодарю! — охотно приняла похвалу Нина.

— Вот это точно не комплимент. Правда, — уточнил Олег.

Нина бросила на него забавный негодующий взгляд, требующий прекратить уточнения, и Олег прекратил, протягивая руку и касаясь мягкой и бледной щеки указательным пальцем:

— Обходя стороной разговоры про твою внешность, не имей ты здравого смысла, не столкнулась бы со столькими сомнениями относительно того, чтобы выйти замуж, а просто порадовалась бы своему положению и сопутствующим ему выгодам.

Глаза Олега многозначительно остановились на свертке документов, которые она по его настоянию подписала в Загсе, после того как он неожиданно вытащил этот сверток из кармана пиджака вместе с их паспортами.

Нина нервно фыркнула, но Олег продолжал с непоколебимой мужской логикой:

— Будь ты девушкой ума посредственного, тебя интересовали бы только вещи, которые обыкновенно заботят девушек, скажем, тренды, или суета в социальных сетях, или походы в салоны красоты. Ты не мучила бы себя такими вопросами, как ответственность, профессионализм и тому подобное.

Нина рассеяно и нервно уставилась на него:

— Порадовалась своему положению? — переспросила она. — Но я вовсе не в выгодном положении, как ты любезно выразился, муженек. Теперь я хозяйка целого бизнеса не имеющая диплома, не имеющая опыта, не имеющая основ управления коллективом. Кроме того, — продолжила она, приходя в недоумение, — хорошо тебе напоминать мне о женских увлечениях, но это именно ты своим подарком лишил меня права думать о таких вещах. Это твой подарок отберет у меня право суетиться за готовкой и обязательно превратит мою жизнь в сущее рабство, если затянет, и…

— Нинель, — перебил Олег, пряча улыбку, — как тебе хорошо известно, я занимаюсь строительством. Он понимал, что девчонка, говоря это, во многом права, да вот только выглядит подкупающе неотразимо, с рассеяно-сияющими синими глазами и губами, сулящими все наслаждения мира предстоящей брачной ночью, и ему трудно было сосредоточиться на чем-либо, кроме, откровенно признаться, единственного желания — схватить ее на руки и приласкать, как испуганного крольчонка.

— У тебя куча заместителей в данный момент, — едко возразила Нина, — можно же выбрать кого-нибудь… Карасеву, конечно! — выпалила она. — Бухгалтершу со стальными канатами вместо нервов, и с командным голосом, и с пенсионным удостоверением, про которое все знают и которое дает право легко слинять, если не с места работы, то хотя бы на тот свет…

— Дряхлеющая старушка, привыкшая во всем спорить и отдавать команды басом? — резюмировал он. — Это лучшее на что надеется сотрудникам стоматологической клиники? Наверняка, они мечтали о деве-шатенке с большой дозой энергии и…

— И с большой долей амбиций, и с большой жаждой карьеры. Сама… — Нина так разволновалась, что и на самом деле собралась спросить когда Олег уйдет совершить то, за что его обязательно посадят, но прежде сообразила, что собирается ляпнуть.

— Договаривай, — поддразнивая, подтолкнул Олег. — Сама что…

— Сама напросилась! — с яростью бросила она. — Какой бы я не была, управление клиникой превратит мою жизнь в бесконечный экзамен!

Не в силах больше сдерживаться ни секунды, Олег повалился и ткнулся носом ей в шею.

— Я оформил на тебя дарственную, — шепнул он, целуя ее в венку. — И готов подстраховать, если что-то не сложится.

И, дав это сухое обещание, вдруг сообразил, что не сможет как раньше постоянно держать при себе Нину. Несмотря на всю свою ревность, он вовсе не был столь бессердечным, чтобы женится на Марине или еще на ком-нибудь, а потом заставлять жену, выносить страдания, пребывая в золотой клетке. Неделю назад он еще мог думать об этом, но сегодня, после эпопеи с нежданными похоронами, узнав, сколько потерь и горя ей пришлось перенести за недолгую жизнь, нет, ни за что не спрятал бы ее от остального мира. Разве что, сама пожелает, тогда проблем нет.

Конечно, подобные соображения — неподходящий повод отказываться от всех тщательно выстроенных планов на счет будущей судьбы Нины.

С другой стороны, подобные соображения — недостаточно убедительное основание чтобы бросить бешено ревновать ее к другим мужчинам.

Олег напрягся и резко выпрямился, так как телефон в его кармане стал вибрировать от одного настойчивого вызова, извещая о приближении партнера, но не гостя.

— Тебе пора? — встревожено спросила Нина.

— Я ненадолго, передам деньги, — отвечал Олег, приподнявшись на локте и щурясь на закат. Если чинуша не лентяй, лениво гадал он, то припаркуется прямо у подъезда. — Как бы там ни было, собирай чемодан.

— Твой преданный водитель, знает что я у тебя дома?

— Нет, — хоть ему не хотелось менять тему беседы, а окончательно убедить Нину, что не стоит бояться власти, тем более такой маленькой власти, Олег понимал, что она также боится надолго оставаться одной в огромной квартире и добавил: — я поставил Рината в известность о нашей поездке в Китай через несколько минут после того, как провел совещание и больше не видел.

— Ты… — прерывисто выдохнула она, — ты по-прежнему хрипишь и горячий… это температура или…