Чтение онлайн

И смеялась, когда получила: «За рулём не отвлекайся. Будь внимательна, следи за собой».

Что главное для женщины в возрасте, в которую влюбился мужчина? Главное, позволить заботиться о себе. Ни в коем случае не показывать, что ты взрослая и всё сама знаешь. И если в двадцать это тяжело сделать, потому что хочется самостоятельности как никогда, то в сорок это можно в себе подавить с лёгкостью.

Расслабиться!

Забота и внимание — первый признак того, что ты действительно нужна.

Немного осоловелая, я с лёгкостью поднялась на третий этаж знакомого дома и позвонила в дверь.

Малосемейка — это когда передом входишь, задом выходишь. Прихожей как таковой не было, поэтому я вошла в квартиру дочери и прилипла спиной к входной двери, чтобы не мешать молодым одеваться.

— Мамочка, я уже готова, — сказала мне Наденька, обувая кроссовки.

Она молоденькая, девочка моя. В розовой кофточке и джинсах. Волосы, как у меня, светло-русые, в хвост на макушке завязаны. На котёнка голубоглазого похожа. Неудивительно, что все мужчины в ней души не чают. И муж, и отец просто тают возле неё. Ещё и характер покладистый, ещё и немного наивна. Просто кайф для мужского пола.

А вот Антоша — другого склада человек. Мало того, что старше моей девочки, ещё и характер тяжёлый.

Антон — высокий худощавый мужчина. Всё время хмурый. Он неулыбчивый по жизни. Один ребёнок в семье, заласканный, избалованный. Вырвался из-под родительской опеки в восемнадцать и всего добился сам. Эта квартира полностью принадлежала ему, сам купил. У него небольшая молодая фирма, по которой он тоже выплатил все кредиты. Теперь собирается расширяться.

Я немного подсоблю, это нужно. У Надюши третий курс на горизонте, Антон готовит себе кадры. Мне следует с дочерью поговорить ближе к учёбе, чтобы она знала, что из себя представляют властные и жёсткие мужчины.

Это только кажется, что они любят глупых овечек и серых мышек… На самом деле серьёзному мужчине нужны крылья за спиной и полная поддержка. Хотя бы моральная. Легкомыслие необходимо разбавлять умом и сообразительностью. И глупой малышкой долго быть нельзя. Будут взлёты и падения, и мужчина должен знать, за кого в этой жизни сражаться. Точно не за мышей и овечек, а за настоящую женщину.

Моя клиентка Людмила Александровна жёстко своих зятьёв гоняет. Они, по её мнению, все недоделки и глупы безбожно. У меня другая политика. Я зятя люблю и уважаю. Добилась великолепного результата! При ссоре с Надей зять ко мне за советом бежит. И я стараюсь никогда не принимать сторону дочери, по крайней мере, на словах. У меня есть с кем сравнивать, Антон — настоящий мужчина.

— Мама, ты так шикарно выглядишь! — ахнула дочь, рассматривая меня. Но потом скисла личиком.

— Это не от развода, — тут же вставил своё слово Антон, накидывая на рубаху пиджак.

Он совершенно правильно мыслил. Это же триггер: от развода станет всем светлей. Девочка не должна так думать.

— Нет, конечно. Я просто за город уехала, там чистый воздух, природа великолепная.

Она хотела мне сказать, чтобы я попыталась с папой примириться. Однажды меня прорвёт, и я своей девочке глаза открою на всё.

Мы вышли из ужасно пахнущего подъезда. Мне пришлось подождать, когда молодые поцелуются.

Пока их ждала, с мечтательной улыбкой набрала Володьке сообщение. Ответ прилетел почти сразу. Мониторит! Ждёт от меня весточки!

Вовчик, как же я втюрилась в тебя!!!

Вместе с дочерью мы направились к многофункциональному центру.

Мимо пролетали жаркие улицы города. Немного дико после тихого посёлка. Но тут же зачесалось: салон красоты, шопинг, покупка нужно-ненужных вещей.

— Мам, — начала разговор Надя. — Я хотела с тобой поговорить.

— Конечно, — согласилась я.

Она смотрела на меня совершенно диким взглядом. Давно мать не видела такой счастливой.

— Папа спрашивал, куда ты переехала, — ожидаемое начало.

— Ты могла бы слукавить и спросить от себя, — усмехнулась я.

— Не хочу, — Надя отвернулась от меня. — Он тебя любит до сих пор. И злится, потому что сам виноват. И с этой Светой он больше не ходит.

— Это повод к нему вернуться? — Что серьёзно? Можно в двадцать лет вот так думать? — Антон что по этому поводу говорит?

— А при чём тут Антон! Как будто у меня своих мозгов нет.

Иногда именно так и кажется.

— Успокойся, нам с папой нужно пожить врозь, — я погладила её по руке.

Не хватало с ней ещё поссориться перед важным делом.

Надя приласкалась ко мне, прильнула к плечу.

— Я люблю тебя, мама. И не знаю, что мне делать.

— Наденька! Мы с папой взрослые и адекватные, тебе точно не стоит что-либо делать.

— Но мне всё время кажется, что вы из-за меня развелись.

— Мы поженились из-за тебя! — звонко рассмеялась я. — А развелись из-за измен.

Надя чмокнула меня в щёку.

— Какая ты у меня красивая, добрая и умная. Что этим мужикам ещё надо? — с сожалением прошептала она.

— Мужчины очень разные, не сбивай их в одно стойло, — я опять рассмеялась. С возрастом, как Хренсгоров, выдаю фразы с двойным дном.

— Вот бы он начал ценить, — всё вспоминала папу моя дочь.

Этого мне не хватало! Я ни при каких условиях Рому назад не приму.

— А что мы будем делать? — нахмурилась Наденька, когда увидела, куда мы приехали.

— Сейчас Надюшка, будем создавать подарок Антошеньке, — подмигнула ей. — Ты должна настоять, чтобы он принял это как должное. Ты готова?!

— Не понимаю.

— Что бы он ни сказал тебе, это ему на пользу и тебе тоже.

Надя оценила. Нас быстро приняли, быстро оформили документы.

Свобода!

Зажрись, Рома. Жуй, мразь.

Я целовала свою девочку, она была в восторге, обещала, что будет настаивать, и Антон никуда не денется. Они обязательно будут жить в огромной двухкомнатной квартире почти в центре города. А деньги, которые мой зять копит на первый взнос по ипотеке, пусть тратит на жену и расширение фирмы.

Люблю их.

Впереди работа и любимый мужчина.

— Екатерина Петровна, — обратилась я. — Вы слишком много внимания уделяете своему мужу. Это неправильно. Вы должны думать о себе. На первом месте именно вы. Ваши мысли только о супруге, как он, что он, как обустроить его будущее. Нет! Освободитесь от опеки над взрослым мужчиной. У него своя ответственность.

Говорила громко. Окна закрыты, кондиционер работал, Володька под дверью не подслушивал.

— Слышать не хочу! Какая у него ответственность?! Сама посуди, за что ни возьмётся, всё хреново сделает!