Чтение онлайн

К концу первого десятилетия XVIII века Шлиссельбург стал сильной крепостью, боевая мощь которой основывалась на сочетании и использовании старых и новых укреплений. Восстановленная твердыня поразила в 1710 году датского посланника Юста Юля, и он записал: «Ее стены вышиною в 30–40 локтей, возведены из твердых скал и исполинских камней. У подножья стен много бастионов орудия которых стреляют настильно по воде. Между крепостью и водою нет ни фута земли. Над стенами возвышаются четыре сильно укрепленные башни с орудиями расположенными в 3 яруса. Вообще я считаю эту крепость одною из неприступнейших в мире».

Блестящие победы, одержанные русскими в конце 1700-1710-х годов, и прежде всего Полтавская битва, ознаменовали перелом в ходе Северной войны. Эти успехи укрепили их уверенность в том, что устье Невы навсегда останется за Россией. В 1714 году Петр I издал знаменитый указ о запрещении каменного строительства во всем государстве, кроме Петербурга и окрестностей. Так были мобилизованы ресурсы государства для возведения новой столицы.

Вскоре после опубликования этого указа началось обновление и Шлиссельбурга, который наравне с быстро растущими Петербургом и Кронштадтом рассматривался как военный и портовый город.

Торговое значение крепости возрастает в связи с постройкой в 1719–1732 годах Ладожского обводного канала. Решение о его строительстве было принято в 1712–1713 годах, то есть тогда, когда намечались планы новой реконструкции крепости. В сохранившихся в рукописном отделе Государственной публичной библиотеки имени М. Е. Салтыкова-Щедрина «Правилах бурмистрам» (около 1710 года) прямо указывается, что «которые иноземцы привозные свои из-за моря товары явят в Шлютелбурх те товары досматривать накрепко и записывать в таможенные книги». В документе перечисляются разнотипные морские и речные суда, ходившие мимо острова, с которых следует брать «привального и отвального».

В собрании Национального музея в Стокгольме обнаружен чертеж дома канцелярии Ладожского канала при Шлиссельбургских шлюзах. На боковом фронтоне этого здания изображена сцена прибытия заморских купцов и досмотр их товаров. Если бы не фигуры богов Меркурия и Нептуна, которые придают этой сцене символический смысл, — перед нами реалистическая иллюстрация торгового Шлиссельбурга, каким он был в петровское время.

Во втором десятилетии XVIII века в старой крепости в истоке Невы началось строительство, пожалуй, одно из самых крупных за все годы ее существования. Царь приказал, записал в октябре 1715 года ганноверский резидент Ф. X. Вебер, не только усилить наружные укрепления крепости, но и приготовиться к громадным работам внутри ее по устройству казарм на 4000 с лишком солдат. Речь, в частности, шла о сооружении двух грандиозных каменных построек, коренным образом изменивших облик крепостного двора.

В рукописном отделе Библиотеки Академии наук СССР удалось обнаружить проектный план, созданный около 1715 года, в котором не только изображены контуры новых зданий, но и подробно показаны их плановые решения.

Согласно проекта основная часть крепостного двора оставалась по-прежнему свободной. Вместо деревянных казарм изображены два новых каменных здания, возвести которые намечалось с таким расчетом, чтобы крепостная стена служила им четвертой стороной. Такая планировка позволяла экономить строительный материал, ускорял возведение построек, обеспечивала их большую прочность и безопасность.

Все 170-метровое пространство вдоль северной стены отводилось под казармы, проектируемые в виде одного грандиозного корпуса с расположенными в ряд помещениями. С наружной стороны к ним примыкала галерея, так же, как и помещения разделенная деревянным перекрытием на два этажа. Фасад казарм выполнен в виде высокой аркады (около 6 метров высотой), на уровне второго этажа которой тянулся пояс из балясин, а в глубине видны были затененные окна. Весь корпус перекрыт односкатной крышей, скрывавшей мощные своды. Это обеспечивало надежность потолка в случае попадания в него ядер и бомб. Под самыми стенами здания проходил довольно широкий канал, начинавшийся от рва цитадели и уходивший в Неву через отверстие в прясле стены между Воротной и Головиной башнями. Строители Шлиссельбурга решили дополнить старую, запущенную шведами водную систему новым протоком с таким расчетом, чтобы создать течение воды между Ладожским озером и островом. Работы по сооружению почти 300-метровой водной системы затянулись на многие годы.

Строительство казарм, начавшееся в 1717 году, велось постепенно, секциями, так что одна часть постройки могла уже эксплуатироваться, а другую только закладывали.

В 1719 году первая очередь казарм была окончена. 11 октября 1719 года здесь был дан обед по случаю очередной годовщины освобождения крепости от шведского господства. На обеде присутствовал Петр I.

Другое здание, у южной стены, именовалось, как гласит указ Петра I от 12 октября 1715 года, «денежным двором». Фундамент был подведен под все здание, но когда стали сооружать стены, то решили сократить работы и видоизменить саму постройку. При этом сложили только ее среднюю часть длиной 25 саженей. Но и в таком виде денежный двор до нас не дошел. Судя по обмерным чертежам XVIII–XIX веков, построенная средняя часть «денежного двора» представляла собой прямоугольный в плане двухэтажный корпус, в центре которого помещался вход в сени. Сооружение напоминало секцию казарм у северной стены. Шлиссельбургский монетный двор возник на пять лет раньше петербургского, однако впоследствии он был превращен просто в склад.

По своим пропорциям, оформлению фасадов и планировке оба здания значительно больше тяготеют к сооружениям XVII века, чем к постройкам петровской поры. Это и неудивительно, так как строителем их, а возможно и автором проектов, был Иван Григорьевич Устинов, получивший образование у своего отца — известного московского зодчего. О творческой биографии Устинова до недавнего времени знали очень мало. Среди найденных документов, имеющих к нему отношение, — собственноручно составленный архитектором перечень работ, выполненных им в Шлиссельбурге в 1719 году. Особенно важна запись, в которой прямо сказано: «велено архитекту Ивану Устинову быть в Шлютельбурхе удела каменных казарм».

И. Устинов руководил не только сооружением казарм и денежного двора. В 1720 году ему было предписано: «денежный двор доделать, кругом всей крепости валганг (обход стен) покрывать, канал пропустить сквозь замок, колокольню (Часовую башню) подкрепить, стены кругом изнутри и снаружи починить».