Чтение онлайн

Неожиданно Таня больно сжала мою ладонь. Ее округлившиеся немигающие глаза зависли надо мной.

– Слушай, а ты... ты узнала его? Мне показалось, ты его узнала? Это... кто?

Я тяжело посмотрела на Валерия. Он подался ко мне. Его взгляд был таким же тревожным, как и у остальных.

– Валька, - мягко попросил он, - можно я останусь?

Он знал, что я не скажу "нет". И знал, что я тоже знаю это.

– Я узнала его, - обернулась я к Тане.
– Я помню, что узнала. Но теперь не могу вспомнить, кого. Помню только, в ту минуту, когда мы встретились глазами, я поняла: он для меня - самый дорогой человек на земле. И почему-то это ужасно!

– Понятно, - Таня жалостливо потупила взгляд.

Я извинительно улыбнулась ей, чувствуя на своих губах полынный привкус обреченности.

Валера довольно усмехнулся.

Я стояла у кассы театра, подпирая спиной стену. Август возомнил себя разгаром лета и парил нещадно. К вечеру ноги отекли от жары и новые туфли садистски сжимали кончики пальцев. Танька беспардонно опаздывала, билеты были у нее. Мне оставалось лишь дуться и рассматривать людей, теша свои многочисленные комплексы живыми примерами - водятся особи и похуже.

Вон хотя бы та - тетка в длинном морковно-красном платье на бретельках. Лифчик мадам одеть не удосужилась и, когда она поворачивается в профиль, видно, что наряд в облипку прижимает обвисшую грудь к животу, делая ее похожей на бесформенный мешок, а чересчур выпуклый животик, напротив, тщательно облегает. Вот и получается, что там где должна быть выпуклость, у нее впуклость и наоборот. Уродство редкостное. Смешно.

Я невесело поморщилась.

А вот девушка в шифоновой блузке, голубой с пастельно-розовыми цветами. К ней не придерешься. Сдержанная. Хорошенькая до безумия. И рождаются же на свет такие чудные девушки!

С наслаждением уставившись на нее, я наблюдала, как она беспокойно вертит светловолосой головкой со слегка вздернутым коротеньким носиком. Видно, тоже ждет кого-то. И какой дурак опаздывает на свидание к такой красотке?

Как-то я прочла совет в учебнике психологии: если нервничаете, попытайтесь зафиксировать свое внимание на чем-то приятном и сосредоточиться на изучение его деталей. А предпосылок для взвинченных нервов у меня было навалом: бесконечные ссоры с Валерием, разрывы, сходки, склейки, плюс опаздывающая Танька и туфли, сжимающие ноги так, будто на них умостился гиппопотам. Девушка же однозначно подпадала под определение "приятное". У нее были быстрые серые глаза с настороженными ресницами и светлая кожа такая нежная, что я невольно ощутила щемящее, тягучее желание прикоснуться к ее щеке ртом...

Желание было столь неожиданным и неприродным, что, едва лишь я поймала себя на нем с поличным, губы враз пересохли, а сердце затрезвонило будильником: "Опомнись, дура! Ты же не лесбиянка, откуда такие странные фантазии?"

Я поплотнее прижалась к стене, словно она могла удержать меня за плечи, предостерегая от необдуманного шага.

И все же, до чего она хорошенькая! Высокая, тонкая, с пушистыми платиново-белыми волосами и хрупкими запястьями. Ее подвижный рот был по-детски пухлым и округлым. Интересное лицо, живое - совсем не похожее на то застывшее, слегка подрагивающее желе, которое носят в нашем городе вместо морды. Оно каким-то удивительным образом сочетало в себе наивность, серьез и забавную лисью хитрость. За таким лицом интересно наблюдать...

И не только.

Нечто в этом лице, неназванное и неопределимое, тянуло меня к нему неудержимо! Настолько, что все прочие факторы: боль в ногах, Танька с билетами, Валерка с бабами, разом отхлынули на задний план.

"Подойти, познакомиться, может?.. "

Я резко закусила губу, пытаясь привести себя чувство.

"Как ты себе это представляешь? Подойти к ней, как "здрасьте": Девушка меня к вам тянет! Что она обо мне подумает?"

Одновременно со мной красотка тоже закусила нижнюю губу. Ее кавалер явно не страдал пунктуальностью, как и моя паскуда Танька. Где ее только черти носят?

Но злость на подругу нежданно испарилась. А где-то в глубине, между грудью и животом, уже притаилась смутная, трепещущая, пока не сформулированная надежда, что нечистый окончательно сбил Таньку с истинного пути в театр, а заодно с ней и спутника девушки в голубой блузке.

Я затаила дыхание, боясь спугнуть свою мечту, помешав ей стать явью. Толпа постепенно редела. Минут через десять мы останемся с девушкой в предбаннике театра одни. И тогда...

Но, видимо, у чертей сегодня были отгулы.

Я раздосованно матюкнулась про себя, увидав свою подругу. Она стояла в трех шагах от облюбованной мною барышни и таращилась на нее, как легендарный баран на новые ворота.

– Танька!
– завопила я возмущенно.

Она дернулась, узрела меня и, невесть почему на ее физиономии отразилось несказанное удивление. Таня недоуменно перевела взгляд на девушку в голубой блузке, снова на меня, опять на нее. Вскинула брови, неприлично присвистнула и наконец-то соизволила подойти.

– Бывает же такое!
– хихикнула он, тыча выставленным большим пальцем себе через плечо - в сторону платиновой блондинки.

Я была настолько поражена, что даже забыла отругать ее за опоздание.

– Ты тоже ее заметила? И я, пока тебя ждала, все на эту девицу любовалась. Такая красотка, да?

– Красотка?
– недоверчиво сощурилась Танька.
– Ты меня дуришь, что ли?

– А разве нет? Сама ж на нее вылупилась с восхищением!

– Я?! С Восхищением!
– Таня распахнула глаза, как две плошки.
– Да я думала, что это ты!

– Я?!!!

Таня с сомнением поглядела на меня. На ее лице читалось явственное колебание: "Кокетничает или правда дебилка?" И, похоже, остановилась на втором варианте ответа, потому как сменила эмоционально-убежденный тон на иронично-разъяснительный:

– Присмотрись, дурище, ведь эта красота до неприличия на тебя похожа! Даже выражение лица такое же - эдакий агрессивно-инфантильный вид. Вот я и уставилась. Смотрю, вроде ты. Но мы ж только час назад расстались. Думаю: "Когда ж это Валька постричься успела?" Только потому к ней сразу и не подошла...

Я нервно мотнула головой в поисках стриженной барышни в голубой блузке. Ее спина мелькнула в проеме двери - билетерша как раз разрывала ей билет.

– Не может быть, - недоуменно произнесла я.
– Я совсем не заметила сходства. Она такая прелесть... Я от нее глаз отвести не могла.

– А ты что, урод?
– возмутилась Таня.

– Я замухрышка.

– Дура ты, а не замухрышка. Да ты, небось, и не на красоту смотрела. Просто у тебя твоя зеркальная болезнь сработала. Вытаращилась на нее, как на собственное отражение в трюмо. Нарцисс ты наш уездный. Красивая! Глаз отвести не могу! Ну, насмешила... Столько глядеться в зеркало и не рассмотреть, что ты и сама хорошенькая, как ангелок. И чего только со своим Валеркой маешься...

Танька брезгливо скривила нос, словно унюхав кучу дерьма - тонко давая мне понять свое мнение о Валере, не прибегая к бранным словам.