Чтение онлайн

– Ознакомься с этим.

Он останавливается у зеркала, замирая в пол-оборота к Тимуру, и тот может видеть, как он демонстративно поправляет манжеты рубашки, еще демонстративнее – накрахмаленный воротник. Спустя несколько секунд он все-таки оборачивается, окидывает брата оценивающим взглядом с головы до ног и, остановившись на явно измученном и не слишком презентабельном сейчас лице, показательно вздергивает брови:

– И не вздумай мешать мне.

Тимур издает тихий, такой свойственный для него смешок и бросает в коридор:

– Пошел вон.

Спустя пару секунд он второй раз за утро слышит хлопок двери и остается в студии один.

Телефон он находит на барной стойке и прежде чем включить его, долго тянет, водя пальцем по экрану. Пожалуй, это немного слишком для одного утра, но он сам напрашивался на это с завидным упрямством, добровольно напарываясь ребрами на торчащие тут и там ржавые пруты. Олег авантюрист до мозга костей, и то, что он прислал может обернуться не просто катастрофой. Что внутри? Некий компромат на него, изощренный и жесткий, который заставит прогнуться под авторитет более предприимчивого? Или компрометирующие сведения на девчонку из-за которых все его планы просто полетят к чертям?

Проигнорировав это – или попытавшись, Тимур прикуривает и, приготовившись к неизбежному, открывает сообщение.

Несколько фото.

Фотосессия Малышки Со на фоне логотипов компании "Vishi group". Тимур почти что любовно разглядывает уже знакомые черты, чувствуя внутри привычно разливающуюся от взгляда на нее дурацкую теплоту и одновременно тревогу.

– Действительно, – с предельной серьезностью соглашается парень сам с собой. И правда – его оплошность. Он позволил этому произойти. Опоздал. Этих двоих друг от друга теперь попробуй отцепи.

Кажется, он себя переоценил.

Весь день коту под хвост! Ума не приложу, как дожила до вечера. Слонялась на пару с Алексом по квартире, залипала в экран ноутбука, пытаясь посмотреть фильм, и очнулась только на титрах. Несколько раз открывала конспекты по экономике, — искала чем себя увлечь, — и все зря.

Время тянулось по непривычному долго. К тому же Алекс за целый день не проронил ни слова, как обычно ушел в несознанку и обидку. Что за человек такой? Изменился до неузнаваемости. Где тот веселый, милый парень, которого я знала?

Я тоже хороша — злюсь, дергаюсь, не нахожу себе места.. И когда только успела превратиться в параноика?

В обед всё-таки раскупорила бутылку Массандры. Порадовала братишку грогом, с которым он в момент расправился, и сама прикончила два бокала. От души временно отлегло и я даже смогла уговорить себя на дневной сон, надеясь хоть как-то морально подготовиться к встрече но на деле же без особых усилий просто провтыкала в потолок. Этот дурацкий вопрос "зачем я ему?" размножился, взялся за ручки и стал водить хороводы в моей голове. Меня реально тошнило от беспомощности.

Этот неизбежный час настал.

Мне хочется прижаться к стеклу лбом: оно наверняка приятно-холодное, успокаивающее, вытягивающее всю тревогу из головы, но я не могу. Половина десятого вечера. Ветров наверняка уже обосновался под окнами нашего дома. Ходит, караулит, а я сижу с прямой спиной и постоянно отвлекаюсь на циферблат часов. Трогаю пальцами нитку на нижнем шве водолазки, раз за разом подавляя желание дернуть ее так, чтобы она порвалась.

Внутри глухо ворочается раздражение на саму себя, и, как ни странно, что-то отдаленно похожее на предвкушение, хотя последнее я старательно игнорирую. У меня в жизни все просто: черное — это черное, белое — это белое, никаких тебе полутонов и градиентов. Новая эмоция в привычную схему не вписывается, двоится внутри, и черт его знает, что это вообще такое. Как газировка: вроде колется, но в то же время — сладко. Мне газировки не нравятся, и такие вот странные, распадающиеся на составные эмоции — тоже. Не нравится то, что предстоит пережить этим субботним вечером, не зная зачем, не зная как и куда, зато зная с кем. Ветров псих ненормальный, сказала накануне Алексеева, и я с этим соглашаюсь. Играет моими фобиями как на дудочке.

Вяло думаю, что еще не поздно отключить мобильный и дверной звонок до понедельника. Спрятаться, отречься от всего этого. Потому что мне определенно нужно слегка прийти в себя, вытрясти из головы скопившийся мусор и тревогу. С полутонами разобраться, чтоб ничего двоящегося и все снова просто и понятно. А потом думаю о брате. Как начнется его учебная неделя, чем аукнется мое самоуправство? Чем я смогу ему помочь, если Ветров разозлится? Шантаж вещь безальтернативная, если не договориться в обе стороны.

Да, иногда нужно через что-то переступить, решиться, чтобы отпустило и больше не мучило. Пришло время со всем разобраться, подытожить, узнать в конце- концов что ему нужно.

Время вышло, пора.

Алекс спит у себя в комнате и в целом мире некому поинтересоваться куда я собралась на ночь глядя. Я стараюсь не шуметь, когда обуваюсь и втискиваюсь в пальто. Бросаю последний взгляд в зеркало и расправив волосы выхожу за порог. Через силу бодрюсь, даже что-то напеваю себе под нос, но это скорее нервное.. Никакого стратегического плана в голове нет, сегодня в ней просто невозможно ничего сформировать. Пересекаю последние ступеньки и утешаю себя мыслью, что Ветров просто рофлит меня. Издевается. Сейчас выйду во двор, а там никого.

Не повезло.

Миную козырек подъезда и недовольно поджимаю губы. Ветров, с бутылкой какого-то пойла в руке, стоит возле темной иномарки, опираясь бедрами на капот.. На лице солнцезащитные очки — темные, плотные, и я почему то уверена — глаза закрыты. И это неожиданно смущает.. Я вся такая воинственная, — зубки наточила, иглы выпустила, а враг на поле боя не явился... У меня на глазах Тимур размял шею, перекатил затылком от надплечья к надплечью и будто почувствовал мое появление: повернул голову, только раз — и все, мне даже глаза его видеть не надо, и так понятно — готово, вцепился. Снял очки, зацепил тонкой металлической дужкой за ворот черной футболки с ярким белым принтом из нескольких слов: I am here are you?

Смотрит на меня открыто и неожиданно улыбается самой очаровательной улыбкой.

Еще бы! Мышка беспрекословно покинула норку.

Я не спеша подхожу ближе, как кролик к удаву, и не успеваю ничего укоризненно предъявить, хотя собираюсь, а Тимур уже лениво тянет: — Вечер. Добрый же, да?

Угу. Тщательно разглядываю вывеску ближайшего магазина за спиной парня: «Альтернатива. Компьютерная техника»

Киваю: — Мог бы быть.

Тот только слегка встряхивает бутылку в руке и улыбается шире.. У него странные реакции на хамство, неприязнь и чужое недовольство. И не лень же ему тратить на меня свое драгоценное время?

— Будешь?

А еще он оказывается хорошо умеет выводить из себя. Вот так просто, одним жестом, одной фразой, одним видом полупустой бутылки, из которой пил и которую показывает мне разворачивая так, чтобы за этикеткой стал виден цвет напитка. Бледно розовый, как тот вишневый компот, перелитый мной на его одежду в столовой. Нормальным людям всегда достаточно совсем небольшого напоминания о неприятном, чтобы заново испытать часть пережитых эмоций. Мне такого напоминания достаточно, чтобы неслабо так выйти из себя. Настолько, чтобы зубы до скрипа сжались и все приличные слова из головы вылетели. Ветров, кажется, понимает: закатывает глаза, подхватывает вторую бутылку, стоящую за спиной на капоте и снова протягивает мне.