Чтение онлайн

Однако франки продолжали сражаться, постепенно отступая наверх на холм, к Рогам. Красный шатер короля был перенесен на вершину холма, и там рыцари собирались вокруг короля Ги. Молодой сын Салах ад-Дина аль-Афдал во время сражения находился рядом с отцом. Много лет спустя он рассказывал: «После того как франкский король отступил на вершину холма, его рыцари сделали геройскую атаку и отогнали наших людей туда, где находился отец. Я видел его замешательство. Он побледнел, ухватил себя за бороду, устремился вперед и закричал: “Покарай их, дьявол!”. Тогда наши люди бросились на врагов, и они снова отступили на холм. Увидев бежавших франков, я радостно закричал: “Мы обратили их в бегство!”. Однако они вторично атаковали и оттеснили наших людей к месту, где стоял отец. Снова он погнал наших людей вперед, и снова они оттеснили врагов наверх, на холм. Я снова закричал: “Мы обратили их в бегство!”. Однако отец обернулся ко мне и сказал: “Помолчи. Пока наверху еще стоит шатер, мы не победили”. В этот момент шатер рухнул. Тогда отец сошел с коня, поклонился до земли и поблагодарил Бога со слезами на глазах».

Епископ Акры погиб в бою, Святой Крест, украшенный драгоценными камнями, достался мусульманам. Когда победители поднялись на холм, они нашли рыцарей лежавшими и сидевшими на земле, слишком усталыми, чтобы сражаться, многие из них были ранены. Короля Ги, его брата-коннетабля Амори, Рено де Шатийона и его пасынка Онфруа де Торона, магистра тамплиеров, старого маркиза Монферратского, владетелей Жибле и Ботруна и много мелких баронов провели в просторный шатер султана. Тот милостиво их приветствовал, предложил королю Ги сесть рядом и передал ему кубок шербета из розовой воды, охлажденного снегом с горы Хермон. Ги немного выпил и передал кубок Рено, стоявшему рядом. Если пленному предлагали еду или питье, по мусульманским обычаям это означало, что ему будет сохранена жизнь. Султан сказал переводчику: «Скажи королю, что это он подал питье этому человеку, не я». О том, что было дальше, хронисты рассказывают по-разному. Одни говорят, что, когда Салах ад-Дин спросил Рено, что бы он с ним сделал, если б султан попал к нему в плен, тот ответил, что немедленно отрубил бы голову. Другие говорят, что в ответ на упреки султана в многочисленных разбоях, предательствах и нарушениях слова Рено лишь пожал плечами и презрительно сплюнул. Так или иначе, Салах ад-Дин выхватил саблю, кинулся на Рено и разрубил ему плечо. Подскочившие стражники-мамлюки тут же отрубили голову старому разбойнику. Ги содрогнулся, подумав, что будет следующим, но Салах ад-Дин успокоил его: «Король не убивает короля».

Затем он приказал не обижать пленных баронов. Это не помешало ему через два дня отдать 230 [25] пленных госпитальеров и тамплиеров в руки суфиев, приверженцев еретического мистико-аскетического направления в исламе, добровольно присоединившихся к армии султана, неумелых, но исполненных рвения палачей. Орденских рыцарей запытали, привязав к столбам. Перед пытками Салах ад-Дин предложил сохранить им жизнь при условии «поднять палец и принять закон», то есть перейти в ислам. За исключением пощаженного Жерара де Ридфора, видимо, втайне от пленных христиан «поднявшего палец», никто из них не согласился перейти в ислам. Пленные были доставлены в Дамаск, и бедняки, выкуп за которых не ожидался, проданы на рынках рабов. Цена одного раба упала до трех динаров.

Теперь задачей Салах ад-Дина было завоевать франкские крепости Святой Земли. Эта задача облегчалась тем, что гарнизоны крепостей были значительно ослаблены всеобщим призывом в армию. Султан ускорил и облегчил себе завоевание, разделив армию на корпуса и в случае капитуляции предоставляя свободный выход гарнизонам и жителям городов и замков. Сыграло роль и то, что франки доверяли его слову.

5 июля, поняв, что помощи ждать неоткуда, Эшива, графиня Триполийская, сдала цитадель Тиверии. Султан оказал ей воинские почести, которых она заслуживала, и разрешил ей со всеми людьми отправиться в Триполи. В это же время один из его эмиров штурмом взял Назарет, оказавшие сопротивление жители были проданы в рабство.

8 июля 1187 г. султан был уже под стенами Акры, по сути дела, главного города Иерусалимского королевства. Мусульманский путешественник из Гранады в Испании Ибн Джубайр, посетивший Акру осенью 1184 г., в своем дневнике так описывает город: «Аккон [Акра], пусть Бог уничтожит в нем христиан и возвратит его мусульманам, — столица франкских городов в Сирии, место, где корабли возвышаются в морях, как знамения, — порт для всех кораблей. По своей величине он схож с Константинополем. Он является сборным пунктом для кораблей и караванов, местом встречи мусульманских и христианских купцов со всех стран света. Его дороги и улицы заполнены толпами людей, так что тяжело поставить ногу на землю. Неверие и неблагочестие царят там, свиньи [христиане] и кресты там в изобилии. Он зловонен и грязен, полон отбросов и испражнений. Франки похитили его из мусульманских рук в [последнем] десятилетии [V] века от хиджры [26] [в 497 г., что соответствует 1104 г. от Р. X.]. Глаза мусульман были полны слез, это было их огорчением. Мечети стали церквами, минареты — колокольнями. Однако Бог [Аллах] позволил не загрязнить часть главной мечети. Она осталась как маленькая мечеть в руках мусульман. Там могли собираться чужие [мусульманские путешественники], чтобы исполнить долг молитвы».

Жослена де Куртне, сенешаля королевства, командовавшего в Акре, прежде всего интересовала личная безопасность. Он отправил к султану посланца с предложением сдать город, если будет гарантирована безопасность жизни и имущества горожан. Жителей города, обладавшего мощной системой укреплений и большой гаванью, обеспечивавшей связь с христианским миром, эта позорная сдача возмутила. Их восстание было подавлено, и 10 июля город был сдан. Салах ад-Дин предоставил возможность населению покинуть Акру или покориться ему, выплачивая подушную подать (джизью), однако большинство жителей, не доверяя ему, убежало морем. В городских складах была взята огромная добыча, розданная солдатам сыном султана аль-Афдалом, которому был передан город. Эти денежные средства, безусловно, позднее пригодились бы султану.

Оставшись в Акре, Салах ад-Дин вызвал к себе египетский флот, чтобы помешать возможной помощи франкам из Европы. Затем султан послал войска под командой племянника Таки ад-Дина завоевывать города к северу от Акры, а другую часть войск — на юг, навстречу брату аль-Адилу, вторгшемуся в королевство из Египта. Сам султан, оставшись в Акре, послал войска для завоевания городов и замков Самарии и Галилеи. Были завоеваны Самария [27] , Бейсан, Иерихон и Наблус, в котором гарнизон Балиана продержался несколько дней. Замок Торон сдался Таки ад-Дину после двухнедельной осады, однако перед Тиром племяннику султана пришлось задержаться.

Яффа, осажденная аль-Адилом, не хотела сдаваться и была взята штурмом, жители были проданы в рабство. В короткое время были взяты штурмом также Хайфа, Цезарея и Арсуф, их население также не избежало рабства. Газа и Аскалон продолжали оказывать сопротивление.

После того как были завоеваны Самария и Галилея, Салах ад-Дин двинулся к Тиру. Большинство спасшихся при Хаттине вместе с Балианом укрылись в нем. Мощные стены делали город почти неприступным, его оборонял сильный гарнизон. После нескольких дней осады Салах ад-Дин двинулся дальше на север. Сидон капитулировал без сопротивления 29 июля, его владелец Рено Гарнье укрылся в своем крепком замке Бофор. Бейрут, несколько дней ожесточенно сопротивлявшийся, капитулировал 6 августа. Жибле (Джубейль) сдался без боя через несколько дней по приказу своего сеньора Гюга де Жибле, за что султан освободил его из плена.

Видимо, по примеру Жибле Салах ад-Дин хотел овладеть городом в обмен на их освобождение. Ги и Жерар обратились к горожанам с торжественными речами, предлагая сдаться, и услышали в ответ оскорбления. Город храбро оборонялся, и султан потерял там двух эмиров. Однако когда султан стал разрушать стены, гарнизон начал переговоры и согласился 5 сентября 1187 г. сдать Аскалон. Горожанам было разрешено выйти из города с имуществом. Они были препровождены в Египет и смогли позднее возвратиться в христианские страны. Через несколько дней Газа, гарнизон которой состоял из тамплиеров, сдалась по приказу магистра и короля. Де Ридфор был освобожден сразу, а король Ги только летом следующего года. Арабский хронист называет 52 города и замка, захваченные Салах ад-Дином в Палестине и Сирии.

В только что занятом Аскалоне султан принял делегацию горожан из Иерусалима. Делегаты отказались сдавать город, и Салах ад-Дин поклялся, что возьмет город «с мечом в руках». В это время в Иерусалим прибыл из Тира Балиан д'Ибелен. Он приехал с разрешения султана, чтобы забрать оттуда в Тир жену Марию (бывшую королеву) с детьми, бежавших в Иерусалим из Наблуса. Салах ад-Дин поставил ему условием, что он поедет без оружия и проведет в Иерусалиме только одну ночь.

В Иерусалиме патриарх Эракль и начальники рыцарских орденов готовили город к осаде, но ни у кого из них не было достаточного авторитета, чтобы стать руководителем обороны. Узнав о прибытии Балиана, население со слезами на глазах стало просить, чтобы он остался и возглавил оборону. Мнением королевы Сибиллы, жены опозорившегося короля Ги, сидевшей в королевском дворце, никто не интересовался. Балиан в смущении написал султану, объясняя нарушение обещания. Салах ад-Дин уважал Балиана, и поэтому извинил его и даже предложил выделить отряд, чтобы сопроводить его жену Марию с детьми в Тир.