Чтение онлайн

Кроме Зенгидов, владевших Алеппо и Мосулом, еще одним врагом Салах ад-Дина на севере был султан Кылыч Арслан II Иконийский. Помощь против него попросил у Салах ад-Дина Артукид Hyp ад-Дин Мухаммед, эмир Хисн Каифы, у которого рум-сельджукский султан потребовал назад области, полученные эмиром в качестве приданого дочери Кылыч Арслана, которой тот пренебрег ради какой-то певицы. Братья Артукиды, Hyp ад-Дин Мухаммед и Абу Бекр Мардинский, были вассалами Зенгидов, и Салах ад-Дин был бы рад, если бы они стали его союзниками. Он привел на север большую армию, что произвело сильное впечатление на Кылыч Арслана и склонило его к миру. 2 октября 1180 г. недалеко от Самосаты Салах ад-Дином, Артукидами, Рубеном III Армянским, а также посланцами Кылыч Арслана II и Зенгидом Саиф ад-Дином Мосульским был заключен мир на два года.

В королевстве продолжала оставаться неотложной проблема выдачи замуж Сибиллы Иерусалимской. Нужно отметить, что значение Иерусалима в европейской политике сильно упало, и в соответствии с этим сильно понизился ранг женихов иерусалимской принцессы. Здесь можно вспомнить предложение графа Фландрского выдать замуж иерусалимских принцесс за сыновей его никому не известного вассала Робера де Бетюна. Давший было согласие стать ее мужем Гюг III Бургундский отказался от брака, так как, кроме развода с первой женой, ему нужно было лишиться своего герцогства. Тем временем Сибилла влюбилась в 43-летнего вдового Бодуэна д'Ибелена, среднего из трех братьев Ибеленов, привлекательного и мужественного воина. Семья Ибеле-нов, незнатного дворянского происхождения, выдвинулась в первые ряды дворянства королевства. Крепость Ибелен была передана госпитальерам, однако в руки Ибеленов — сначала Гюга, а после его смерти Бодуэна — перешла Рамла. Младший брат, Балиан, был мужем Марии Комнины и хозяином ее вдовьего надела — Наблуса. Брак Бодуэна с Сибиллой вскоре должен был состояться при всеобщем его одобрении. Однако Бодуэн попал в плен при Мардж Оун. Сибилла писала ему в плен письма, заверяя в своей любви. Салах ад-Дин, зная об этом, выпустил его под честное слово, потребовав, правда, за него выкуп в 150 тысяч динаров, как за короля. Но когда Бодуэн прибыл к Сибилле, она сказала, что не сможет выйти за него, пока он не выплатит выкуп; суждение холодное, хотя и справедливое — достойное будущей королевы, но не любящей женщины. Бодуэн отправился в Константинополь, и Мануил, также видевший в нем будущего короля, щедро выплатил всю сумму выкупа. Однако, когда в начале весны 1180 г. Бодуэн вернулся в королевство, он узнал, что Сибилла уже обручена с другим.

В 1174 г. в Святую Землю прибыл Амори де Лузиньян, пятый из восьми сыновей крестоносца Гюга VIII де Лузиньяна. Мятежный род Лузиньянов постоянно поднимал восстания в Пуату (Аквитания) против своих герцогов, сначала против Генриха II Английского (он же — герцог), затем против его сына, Ричарда (Львиное Сердце). После подавления очередного восстания Амори и появился в Палестине. Он проявил себя хорошим солдатом, стал любовником матери короля Агнесы де Куртне, после смерти Онфруа II де Торона был назначен коннетаблем и женился на Эшиве, дочери Бодуэна д'Ибелена. При полном одобрении и поддержке Агнесы, которая терпеть не могла своих бывших родственников Ибеленов, как и они ее (ее муж Гюг д'Ибелен умер около десяти лет назад), он начал рассказывать Сибилле о своем младшем брате Ги, оставшемся в Пуату, о его молодости, красоте и силе, убеждая принцессу, что лучшего мужа ей не найти. Сибилла наконец попросила его привезти брата в Палестину. Пока Бодуэн д 'Ибелен был сначала в плену, а затем в Константинополе, Амори съездил во Францию и привез Ги. Сибилла нашла Ги более молодым и более красивым, чем Бодуэн д'Ибелен, как ей о том и говорили, и выразила желание выйти замуж за него.

Король Бодуэн больше всего боялся своего смещения и персонально — регента, графа Раймунда III. Поэтому он предпочел видеть мужем Сибиллы Ги де Лузиньяна, а не Бодуэна д 'Ибелена, друга графа Триполийского. Под давлением сестры и матери он дал согласие на брак Сибиллы с Ги, хотя было видно, что этот слабовольный и взбалмошный молодой человек незнатного происхождения никоим образом не годится в короли. Несмотря на протест баронов, на Пасху, 20 апреля 1180 г., Ги был обвенчан с Сибиллой и возведен в графы Яффы и Аскалона. Чтобы как-то примирить Ибеленов и Куртне, которых поддерживал Рено де Шатийон, король в октябре 1180 г. обручил свою сводную сестру Изабеллу, падчерицу Балиана д'Ибелена, с сыном Стефании Трансиорданской от первого брака, Онфруа IV де Тороном, теперешним пасынком Рено. Онфруа был внуком и наследником покойного коннетабля и наследником своей матери, владевшей Трансиорданией. Невесте было всего 8 лет, а жениху — примерно 14, и поэтому бракосочетание было отложено на три года. Онфруа, живший у своего отчима Рено, должен был оставить отцовское наследие Торон, который был передан Агнесе де Куртне.

Через несколько дней состоялись выборы патриарха взамен умершего 6 октября патриарха Амори. 16 октября капитул Иерусалима выставил на утверждение короля две кандидатуры: Гийома Тирского и, под давлением Агнесы де Куртне, Эракля Цезарейского, ее бывшего любовника. Король по требованию матери утвердил второго. Новой любовницей патриарха была жена купца из Наблуса, которую прозвали мадам патриархеса.

Теперь власть окончательно перешла в руки Жослена и Агнесы Куртне, Лузиньянов и их союзников, патриарха Эракля и Рено де Шатийона. Помимо того что возможным наследником престола стал Ги де Лузиньян, а его брат был коннетаблем, на стороне придворной партии был патриархат и она контролировала, вместе с коронными владениями, также графство Яффы и Аскалона, Трансиорданию, Сент-Авраам (владение де Шатийона) и Торон. Партия старых семей, к которой относились Раймунд III Триполийский и Ибелены, сохранила за собой в королевстве только Галилею, а также Рамлу и Наблус.

Гийом Тирский, влияния которого на короля боялись, так как он был его воспитателем, был удален из политики. В 1180 г. в Константинополь был послан не он, а Жослен, весной 1183 г. патриарх Эракль под каким-то предлогом отправил его в церковное изгнание. Он отправился в Рим, чтобы принести жалобу папе, и умер там в 1186 г.

Следующий удар был нанесен по Раймунду III Триполийскому. Когда он в начале 1182 г. хотел проехать из своего графства в Галилею, наследие своей жены, королевские чиновники запретили ему въезд, так как мать и дядя внушили королю, что он намеревается завладеть короной. Только после протеста баронов король отменил свое решение, принял Раймунда, и тот убедил его в своей невиновности.

Болезнь короля обострялась. У него начался паралич, он терял зрение. В 21 год он представлял живой труп. В 1182 г. он предложил свое отречение, выдвинув при этом неисполнимые условия: либо английский, либо французский король должен был при этом заместить его на иерусалимском троне. Король не доверял и Ги де Лузиньяну (будущему правителю или регенту при Бодуэне V после его смерти) и заставил его присягнуть, что при его жизни тот не будет требовать короны.

Упадок Византии привел в движение народы на подконтрольных ей территориях. Восстание против империи подняли во главе с двумя братьями, Петром и Асенем, болгары, валахи (румыны) и половцы (куманы). В ходе восстания после многих переменчивых сражений братья добились независимости и основали в 1186 г. Второе болгарское царство со столицей в Тырнове. Петр принял царский титул.

Одновременно с болгарским восстанием восстали сербы, окончательно отделившиеся от империи. Их предводитель — великий жупан Стефан Неманя — отделил от Византии Герцеговину, Черногорию и часть Сербии, основал сербское государство и объединился с болгарами и валахами в борьбе против греков. Вся область между Дунаем и Балканами была потеряна для империи.

Обрадовавшиеся упадку Византии Антиохия и армянские князья немедленно перессорились между собой. Женившийся в 1175 г. на внучатой племяннице императора Феодоре Боэмунд III развелся с ней сразу после смерти Мануила, взяв в жены беспутную женщину Сибиллу из Антиохии, о которой ходили слухи, что она платная шпионка Салах ад-Дина. Антиохийский патриарх Амори отлучил Боэмунда от церкви за нарушение брака, многие антиохийские дворяне, ненавидевшие Сибиллу, бежали к Рубену.

В конце 1182 г. восстание против Андроника поднял Исаак Комнин, внучатый племянник императора Мануила, византийский наместник Киликии. По указанию императора Андроника на него напал армянский князь Рубен III. Исаак Комнин, ища помощи у Боэмунда III, передал ему Таре, но последний отдал Таре вместе с Исааком Рубену. Это не спасло Боэмунда от войны с Рубеном. Тамплиеры выкупили Исаака у Рубена в надежде, что киприоты, симпатизировавшие наместнику Киликии, вернут им деньги. Исаак в 1185 г. отправился на остров, используя подложные документы, провозгласил себя сначала наместником, а затем императором Кипра, но долга тамплиерам, конечно, не вернул. Не имея хорошего флота, император Андроник не мог покончить с узурпатором. Потеря Кипра была серьезным ударом для Византии, так как остров был важным стратегическим пунктом и приносил большие доходы благодаря торговле с франкскими государствами. Боэмунд обманом арестовал Рубена, и тот передал ему за свое освобождение Мамистру и Адану. Освободившись, Рубен III вместе со своим братом Львом напал на Антиохию, отобрал у Боэмунда III эти города и сделался хозяином всей Киликии.

Упадок Византии и раздоры между армянскими князьями и Антиохией были на руку Салах ад-Дину так как позволили ему беспрепятственно заняться королевством. Иерусалиму теперь необходимо было соблюдать перемирие 1180 г. и ожидать крестового похода, который мог бы коренным образом улучшить положение франков. Казалось, мир должен был бы вполне устраивать Рено де Шатийона, теперешнего сеньора Трансиордании, так как через его земли проходили караванные торговые пути, по которым везли товары из Сирии в Египет, а также индийские товары через Йемен в Египет и во франкские прибрежные города. Тут же пролегали пути паломников-мусульман в священные города ислама Мекку и Медину. Однако жадному и неосмотрительному разбойнику Рено его доходов от дорожных и складских пошлин, делавших его богатейшим сеньором королевства, было мало. Летом 1181 г. он с отрядом двинулся на юг, в Аравию, добрался до дороги из Дамаска и ограбил богатый караван, шедший в Медину. Его добыча составила колоссальную сумму в 200 тысяч золотых безантов. Кажется, он хотел пойти еще дальше и ограбить Медину, однако нападение на Трансиорданию войск наместника Салах ад-Дина в Дамаске, его племянника Фарук-шаха, заставило Рено вернуться обратно.

Для сохранения мира Салах ад-Дин потребовал от короля Бодуэна возмещения ущерба. Бодуэн признал требование справедливым, но не смог заставить разбойника подчиниться. Латинский хронист пишет: «Король дал знать Салах ад-Дину, что не смог ничего добиться, хотя высказал недовольство своему вассалу и требовал вернуть добычу. Однако владетель Керака ничего не желал слушать…». Через несколько месяцев полторы тысячи паломников, плывших на франкских кораблях, были вынуждены из-за шторма высадиться близ Дамьетты в Египте. Салах ад-Дин приказал заковать их в цепи и сообщил королю, что освободит их, если Рено возвратит захваченную добычу. Рено снова отказался.