Чтение онлайн

Уткнувшись лицом в свои окровавленные руки, я молилась о том, чтобы исчезнуть. Просто

раствориться в воздухе и никогда больше не существовать. Но это было бы слишком просто.

Так не бывает.

Дверь в каморку распахнулась, и даже сквозь закрытые глаза я почувствовала, как в каморку

хлынул свет. Кто-то опустился рядом со мной на колени и забрал у меня ящичек. Я

продолжала сидеть, прижимая руки к лицу, словно ребенок, и надеясь, что Джеймс уйдет.

Вспомнит о собственных ранах и уйдет. Он должен так сделать.

– Знаешь, - небрежно начал парень, коснувшись своими прохладными пальцами моих рук.
–

Это довольно интимное место для двоих.

Он… шутил? Не веря собственным ушам, я медленно отняла руки от лица и взглянула в лицо

парня. Оно выглядело бледным, глаза лихорадочно поблескивали, но смотрели на меня без

осуждения. Без отвращения. И без страха. Почему? Что с ним было не так?

– И я совсем не против просидеть здесь с тобой в полной темноте, наплевав на личное

пространство и прочую ерунду, но боюсь, хлещущая во все стороны кровь из моей раны не

придаст этому моменту шарма. Хотя, это уже дело вкуса, - продолжил Джеймс и едва заметно

приподнял уголки губ в усмешке.

Невольно я перевела взгляд на то место, куда попала пуля. Он наспех перетянул рану какой-

то тряпкой, но этого было недостаточно. Она уже была алой от крови. и было видно, что

Озборн значительно ослаб. Ему нужна была медицинская помощь. Но были ли здесь еще

медики? Был ли здесь вообще хоть кто-нибудь живой, кроме нас? Мысль настолько ужасала, что я чувствовала, как внутри все сжимается, переворачивается и обрывается, но все же я

попыталась взять себя в руки.

– Тебя нужно перевязать, - глухим голосом проговорила я.

Парень согласно кивнул и протянул мне руку ладонью вверх.

– Поможешь?
– спросил он, слегка выгнув кончик левой брови.

Поджав губы, я кивнула и поднялась на ноги. Джеймс взял подмышку ящичек, а другой

рукой крепко сжал мою ладонь. Нам удалось дойти до ближайшей процедурной, которые

были в каждом корпусе, но каждый шаг давался парню все сложнее. Пока мы шли, я не

услышала ничего, кроме наших собственных шагов. Больные, которые раньше никогда не

замолкали, разом дали обет мертвого молчания. Я боялась даже подумать, что могла сделать

и с ними. Проходя мимо палат, я намеренно не заглядывала внутрь. Даже природа за окнами

замерла и прекратила свою жизнь. Будто я убила даже незначительный поток ветра,

малейшее пение птиц или покачивание листьев в ветвях деревьев.

– Не думай об этом, - проговорил Джеймс ослабевшим голосом, когда мы вошли в

процедурную, которая была точной копией той, в которой меня держали всего час назад.
–

Это не твоя вина.

– Не говори того, чего не знаешь, - резко ответила я, и мой голос практически зазвенел, разносясь по комнате и отбиваясь от стен.

– А ты знаешь?
– спокойно парировал Джеймс, подходя к кушетке и садясь на нее.
– Знаешь, что произошло и почему?

Я не стала отвечать. Мне не хотелось спорить и самой же доказывать свою вину. Я боялась, что смогу убедить Джеймса в собственных убеждениях, и тогда он возненавидит меня. Я

знаю, что однажды, когда его разум не будет затуманен слабостью и болью, он и сам поймет, что я ужасное существо, но все же сейчас, в эту минуту, такое открытие стало бы для меня

наихудшим ударом. Это бы сломало меня окончательно. Переломило бы последнюю

соломинку, на которой держится все мое естество. И кто знает, как сильно я паду, когда это

произойдет.

Джеймс немного неуклюже стал развязывать тряпку, которая зажимала рану. Его руки

заметно дрожали, и, не выдержав, я подалась вперед и сама завершила начатое. Парень

поднял на меня взгляд, но в нем больше не было ни улыбки, ни самодовольства, ни

недоверия.

– Мне нужна твоя помощь, - тихо шепнул он.

Его лицо было достаточно близко к моему, чтобы я ощутила на своих щеках его дыхание. Не

зная, что ответить или сделать, я просто кивнула, и тогда парень указал на металлический

столик на колесиках в углу процедурной.

– Пуля все еще во мне, - объяснил Джеймс.
– Тебе нужно ее вытащить, а затем обработать

рану и перевязать меня.

Я со страхом покосилась на хирургические приборы, которые были разложены на столике.

Они всегда вызывали во мне отвращение и тошноту, но сейчас я была еще и напугана. Разве я

смогу сделать то, о чем меня просит Джеймс? Ведь я никогда ничем подобным не

занималась.

– Ты справишься, - подбодрил меня парень, а затем небрежно передернул плечами.
– Ну, или я

умру от потери крови.

– Заткнись, - сухо приказала я и двинулась к столику.

Пока я брала необходимые на мой взгляд инструменты и баночки с разными

дезинфицирующими средствами, Джеймс внимательно наблюдал за мной. Вернувшись к

парню, я с опаской посмотрела на его грязную одежду, которая частично скрывала рану.

– Что мне делать?
– едва слышно прошептала я, чувствуя, как бледнею.

Джеймс сделал глубокий вдох и растянулся на кушетке.

– Пуля все еще внутри меня. Не думаю, что она зацепила какие-то важные органы, так как я

все еще жив, но будет лучше, если ты ее вытащишь, - проговорил парень, внимательно

наблюдая за моим лицом.

Я лихорадочно переводила взгляд с лица Джеймса на его раненый бок и обратно.

– Сначала неплохо бы избавиться от одежды, - подсказал Озборн, и как бы он ни пытался

скрыть самодовольство, его губы все же дрогнули в полуулыбке.

Набрав в легкие побольше воздуха, я постаралась как можно осторожней расстегнуть куртку, а затем и рубашку под ней. Мои пальцы быстро окрасились в алый, но я постаралась не