Чтение онлайн

казалось, что не будь здесь моей мамы, то свет бы не казался таким ярким. Он не мог

подарить мне то чувство защиты, которое дарила она.

– Милая, - прошептала мама, когда я подалась к ней на встречу.

Она обняла меня, прижав к своей груди. Ее старое черное платье, которое когда-то сверкало

всем своим великолепием на злосчастном балу, было изношенным, но все еще сохраняло

запах маминых духов. Пышные юбки сейчас больше напоминали потрепанные обрывки

шелка, которые местами обуглились. На корсете не осталось и следа от тех драгоценных

камней, которые украшали его прежде. Вид у мамы был измученный, но лицо все же

сохраняло спокойствие и нотки заботы.

Я не понимала, где оказалась, но это было и не важно. Моя мама, самый дорогой человек в

мире, была рядом со мной. Она согревала меня своим теплом и любовью. Я не думала, что

когда-нибудь увижу ее вновь, но вот она прижимает меня к своей груди, словно всех этих

столетий боли и скитаний никогда не было. Будто мы снова оказались в нашем родовом

поместье. Будто я снова стала ребенком, которому часто снились кошмары, но мама всегда

могла отогнать от меня плохие мысли.

– Прости меня, - вздрагивая от беззвучных рыданий, прошептала я.
– Я так виновата перед

тобой. Перед папой. Перед Ноа. Я… я…

– Шшш, - прошептала мама, гладя меня по голове.
– Ты еще сможешь исправить свои ошибки.

Я покачала головой.

– Это невозможно. Я убила стольких людей. Как такое можно простить?

Мама слегка отстранила меня от себя и заглянула мне в глаза. Ее взгляд выражал сочувствие

и решительность одновременно. Я попыталась утереть рукой нос, словно мне было пять лет, и ее губы тронула легкая улыбка.

– Твое время еще не пришло, Каталина, - проговорила мама очень серьезно.
– И боли будет

только больше, но ты должна справиться с этим.

– О чем ты?
– спросила я, заподозрив неладное.
– Разве я не умерла?

– Мертвые не способны умирать, - грустно вздохнула мама.

Я непонимающе посмотрела на нее. Что-то изменилось. Тепло и свет ушли, а знакомое лицо

матери стало расплывчатым. Словно я смотрела на нее сквозь толщу воды. Непонятная сила

заставила меня вырваться из чужих объятий и отползти в сторону. Свет сменился тьмой, и

тот покой, который я ощущала еще мгновение назад, бесследно исчез, сменившись страхом.

Фигура, которая совсем недавно была моей матерью, поднялась на ноги и нависла надо мной.

Чем дальше я отползала в сторону, тем больше она становилась. Она теряла человеческие

очертания и заполняла собой каждый дюйм безмерного пространства. Я попыталась

подняться на ноги, но что-то удерживало меня в полулежачем положении.

– Кто ты?
– закричала я во тьму.

– А кто ты?
– вторил мне бесплотный голос.
– Кто ты?

Вопрос стал повторяться по множеству раз, и с каждым звуком тьма все больше давила на

меня. Она проникала в каждую клеточку моего тела. Овладевала душой и сознанием. Я

попыталась закрыться от нее руками, но в этом не было смысла. Она была повсюду.

– Кто ты? Кто ты? Кто ты?

Хватаясь руками за незримую опору, я ползла в неизвестном направлении, но тут мои руки

стали скользить. Поначалу я не обратила на это внимания, так как все мое естество

противилось той боли, которую насылала тьма, но в какой-то момент я открыла глаза и

увидела, что мои руки в крови. Алая жидкость покрывала пальцы и кисти. Она въедалась в

кожу, разносила металлический запах, была липкой и скользкой. Это была кровь всех тех, кого я так хладнокровно убила. Я практически купалась в ней. Тонула.

Я закричала.

– Кто ты? Кто ты? Кто ты?

Хватит. Пожалуйста. Хватит. Слишком много крови на моих руках. Я чувствую каждую

отобранную мною жизнь. Каждую разбитую надежду. Каждую каплю боли, умноженную в

десятки раз. Что происходит? Неужели я попала в ад?

– Кто ты? Кто ты? Кто ты?

Я убийца. Я монстр, который не заслуживал права жить так долго, какой бы эта жизнь ни

была. Осознание собственной сущности, воспоминание обо всех тех ужасных вещах, которые

я делала добровольно или под давлением обстоятельств, боль, которую причиняла другим —

все это уничтожало меня изнутри. Словно кто-то влил в мою душу мощный раствор кислоты, и теперь она медленно и мучительно сжигает все на своем пути. Я не хочу этого. Не хочу

ощущать всю эту боль. Господи, помоги мне!

– Боли будет только больше, - шепчет мне кто-то.
– Ее всегда будет только больше.

– Но ты должна вытерпеть каждую ее каплю, - вторит другой голос.
– Должна сражаться до

самого конца.

– Не ищи покоя в мире духов, - назидает кто-то еще.
– Покой нужно заслужить.

Кто они? Духи моих энохианских предков? Они мстят мне?

– Почему?
– едва слышно шепчу я, медленно переставая сопротивляться и отдаваясь во власть

тьме и ее обитателям.
– Почему я?

Почему это проклятье досталось именно мне? Я не хотела этого. Я никогда не хотела быть

особенной. Не хотела обладать силами, сродни тем, которые имею. Я хотела простой жизни.

Даже жизнь в качестве Энохианского стража не казалась мне хорошей. В ней было так много

жестокости. Я не хотела этой жестокости. Я хотела покоя.

– Сражайся!
– приказывают духи, кружа меня в своем водовороте боли.

Тьма напирает, давит, выталкивает куда-то. Они будто возвращают меня в мир, из которого я

так отчаянно бежала. Я слышу их приказы, чувствую их прикосновения, но у меня нет сил

сражаться с чем-то или с кем-то. И вот, когда мучения достигают своего пика, когда я почти

уверена, что вот-вот моя душа разорвется на мелкие кусочки… все резко обрывается и

затихает.

Распахнув глаза, я оказываюсь в каюте Джеймса. Он все так же крепко обнимает меня во сне.

Лунный свет тихо проникает через круглые иллюминаторы. Тишина ночи нарушается лишь

моим частым дыханием и плеском волн за бортом.