Крик прошлого
Шрифт:
Тейт.
Это точно был Тейт. Но не тот Тейт, которого я помнила. Даже не Тейт-убийца-моего-брата.
Это был совершенно другой человек. Сломленный. Наполненный душевной болью до самых
краев. Отчаявшийся. Но что могло заставить его упасть в эту бездну? Ведь Тейт всегда
отличался исключительной живучестью и стойкостью духа. Ничто не могло так просто
сломить его.
И в это мгновение, мгновение рождения нового вопроса, ответа на который я не надеялась
услышать, я увидела ее лицо. Лицо Мэриан. Бледное. Безжизненное. Неподвижное. Не было
в ней больше ни злости, ни доброты. Ни храбрости, ни страха. Ни боли, ни счастья. Ее
большие карие глаза навсегда застыли, превратившись в стекляшки. Они смотрели куда-то
вверх, но ничего не видели. Я всегда каким-то странным образом ощущала ее в своих снах. Я
чувствовала ее мысли, ее душу, ее эмоции. Но сейчас я не чувствовала ничего. Будто стою в
совершенно пустой комнате, в которой нет ровным счетом ничего и никого.
Как? Как это произошло? И почему Тейт смотрит на мертвую девушку таким взглядом, будто
и сам медленно умирал? Умирал самой мучительной смертью. Ведь это же был Никтей Рид!
Он был привязан к моему брату, в каком-то роде ко мне и нашей семье, но он никогда не
влюблялся. У него было много девушек, он был настоящим ловеласом, но такое понятие как
«любовь» вызывало в нем лишь саркастическую улыбку вперемешку с презрением.
Так почему же он выглядит так, будто и сам истекает кровью, держа на руках мертвую
девушку?
– Мэри, - зовет Тейт сдавленным голосом, который в какой-то момент просто надламывается.
– Не бросай меня вот так.
Я не знаю, что должна чувствовать, видя нечто подобное. Удовлетворение? Радость, что Тейт
Рид получил по заслугам, лишившись дорогого человека? Этого нет. Я не хотела смерти
Мэри, хотя и не верила в ее существование. Она была какой-то далекой героиней моих снов, которые развивались сами по себе. Всего лишь плод моей фантазии, который каким-то
образом был мне небезразличен. Очередное безумие.
Тем не менее, будь даже на месте Мэри кто-то другой, я не стала бы желать Тейту той боли, которую он явно испытывал сейчас. Смерть моего брата была на его совести, и я искренне
надеялась, что само по себе это обстоятельство заставит его мучиться до скончания его
жизни. Но что же происходит в этом мире грез? Почему я вижу все это? Реально ли это? И
если да, то каким образом я могу следить за чьей-то жизнью, не существуя в ней?
– Одна из трех Иных, - шепот Тима врывается в мой сон, словно удар молнии среди ясного
неба.
Но был ли это сон?
15. План Озборна
Это был последний день нашего морского путешествия. Время неумолимо неслось к закату.
Яркое голубое небо, которое совсем недавно было освещено теплым осенним солнцем,
начало краснеть. Стоя на корме корабля, я следила за тем, как меняются краски и на какое-то
мгновение забыла обо всех своих проблемах.
Здесь так красиво.
Легкие волны накатывали на судно, весело отпевая свою незамысловатую мелодию.
Несколько чаек кружило всего в дюйме над водой, выискивая свежую рыбу. Их громкие
голоса сливались с мелодией моря. Небо напоминало собой картину невероятно
талантливого художника, который умело орудовал широкой кистью, добавляя на нежно-
голубое полотно неброские цвета: лиловый, оранжевый, красный. Каждая проведенная линия
сливалась с другой линией, создавала завитки, фигуры, целые картины, от которых
невозможно оторвать взгляд. И все это на фоне безмерного моря.
Разве можно поверить, что в таком красивом месте могут скрываться какие-то злые умыслы?
Как можно думать о войнах, смертях, боли и отчаянье, когда Вселенная показывает тебе свое
совершенство, как бы говоря: «И ты хочешь все это разрушить?». Следя за заходящим
солнцем, я пыталась представить себе, что в моей жизни больше нет проблем и страха. Что
мне не нужно думать о том, как избежать встречи с Энеей Дувр, которую мне, без сомнения, готовили стражи Энохиана. Я старалась не размышлять о побеге, который мог стоить жизни
мне и Тиму, и возможно, даже Джеймсу. Я не хотела думать о том, какой будет моя жизнь, если я сбегу, ведь легкой она точно не будет. Или же если мне это не удастся. Я просто
пыталась раствориться в совершенной красоте, которая открылась мне. Хотя бы на одно
мгновение.
– Привет, - осторожно проговорил знакомый голос за моей спиной.
Резко обернувшись, я увидела Тима. Своего Тима. Того, которого часто встречала в
коридорах лечебницы. Либо на общих прогулках.
– Они выпустили тебя?
– ошарашено спросила я. С тех пор, как стражи поняли, что мы с
Тимом способны говорить на собственном языке, не имеющем перевода, они максимально
ограничили наше общение. Точнее, никакого общения не было вовсе. Плывя на одном
корабле со своим лучшим другом, я ни разу не увидела его за все две недели путешествия.
Мич с Джеймсом следили за каждым моим шагом. Это лишало меня возможности
разобраться хоть в чем-нибудь. Найти хотя бы один ответ на тысячи вопросов.
– Не стоило?
– слегка виновато и даже как-то напугано спросил Тим.
Его руки снова дрожали, и он постоянно заламывал и потирал кисти, чтобы хоть как-то это
скрыть. Волосы парня были все такими же растрепанными и непослушными. Они свисали
почти до самых плеч тонкими прядями, но были чистыми. Кто-то дал Тиму белую рубашку и
черные брюки, но вещи казались слишком большими и свисали на нем не лучше, чем
больничная рубаха.
Его лицо осунулось и казалось пепельно-серым. Скулы стали выделяться гораздо резче.
Глаза казались слишком большими для такого худого лица, но это был все же Тим. Тим, которого я хорошо знала. Я верила и тому Тиму, который источал мощную внутреннюю силу, но казался запертым за гранью безумия. Но он никогда не был моим Тимом. Он был кем-то