Чтение онлайн

– Ладно, хватит друг перед другом рисоваться, – остановил споры Остапенко. – Садовская уже за пределами района?

– Я думаю, она еще в Романовском, – ответил подполковник, – на нее на полном серьезе разосланы ориентировки. Водой, железной дорогой ей не уйти. Там полицейские патрули. На попутках или другой машиной ей тоже не выбраться, потому что сотрудники ДПС оповещены. Уверен, она где-то в городе у знакомых прячется. И розыск – просто дело времени. Отработаем все хоть самые незначительные связи и возьмем ее.

– Вот времени у нас как раз и нет, – проворчал Остапенко. – Напрягай там своих, гоняй их как следует, но в ближайшие дни Садовскую надо найти.

– А почему вы так надеетесь на полицейские патрули и ДПС? – усмехнулся Кадашкин, рассматривая облачко в небе. – Можно изменить внешность, переодеться. Женщины горазды это делать, и ваши патрульные прохлопают ушами. И на ДПС я бы не особенно рассчитывал. Они что, каждую машину останавливают? Во все подряд багажники заглядывают? Пригнулась в кабине «КамАЗа» перед постом, и весь разговор. Да хоть в багажнике «Жигулей» пять минут полежит, пока пост проедут. А у «Рено Логан» в багажнике четверых можно провезти.

– Вы забыли о ребенке, – напомнил Жондарев, терпеливо выслушавший юриста. – Ребенок – основная примета.

– Да оставит она ребенка у кого-нибудь! Вот проблема!

– Проблема, – возразил подполковник. – И еще какая. Во-первых, я могу с трудом представить мать, которая в этой ситуации оставит где-то свое четырехлетнее дитя. Могу, конечно, но это публика специфическая: алкаши, шизофреники. А во-вторых, на ребенка ориентирован весь личный состав и в городе. Заметить, что в какой-то семье появился маленький мальчик, у какой-то одинокой женщины или бабушки, довольно легко. Это не чемодан, ребенка кормить надо, а это иная, чем у взрослых, пища, его надо выводить на свежий воздух.

– И как вы это заметите?

– А на что участковые? Это и называется у нас профилактикой, работой с населением. Участковые давно уже прошли по своим участкам, побеседовали с кем надо. Они ведь знают словоохотливых, знают старушек, которые постоянно сидят у подъездов и все про всех замечают. У нас, Сергей Сергеевич, масса любопытных людей, людей, которые все за всеми замечают, людей завистливых, людей, всех подозревающих во всех смертных грехах. Надо их просто знать и с ними постоянно работать. А вы думаете, что у нас нет своих технологий?

– Третий рейх, – покачал головой Кадашкин.

– В смысле? – не понял Жондарев.

– Система тотального доносительства внутри страны.

– Ну, до этого еще далеко, – рассмеялся подполковник. – Хотя и хотелось бы. Скорее нас большинство населения не любит. И разговаривают с нами неохотно. Надо хорошо понимать, у кого и как можно получить абсолютно добровольно информацию.

Остапенко смотрел на этот спор и начинал тихо беситься. С одной стороны, это его ближайшие помощники, вскормленные, поднятые из низов, лично преданные и хорошо оплачиваемые. И весь этот спектакль, который они сейчас разыгрывали, был для того, чтобы показать шефу, кто умнее, кто дальновиднее и в конечном итоге кто для него ценнее.

То, что наступит такой момент, когда его помощники начнут играть в «великих», Остапенко понимал. И понимал, что это приведет к неизбежной грызне внутри клана, подсиживанию. И сразу эффективность работы упадет, сразу львиная часть энергии каждого из них будет направлена не на текущую работу, не на реализацию новых планов, а на борьбу друг с другом. И это означало, что ему рано или поздно придется перестраивать работу. Помощников придется разводить так, чтобы их деятельность не соприкасалась и они не пересекались. Сделать это можно лишь одним путем – взвалить на себя часть той работы, на которой граничат контакты помощников. Это очень сложно, физически сложно. Значит, нужно выдвигать еще одного высокооплачиваемого помощника. И дело не в деньгах, которые придется терять. Возможно, даже наверняка, новый человек принесет новую свежую струю, новые проекты, а значит, и новый источник или взлет доходов.

Но всякая палка имеет два конца. Новый человек – это новый посвященный в дела их криминального холдинга. Конечно, выдвигать нового помощника придется из среды тех, кто уже во что-то посвящен, в каком-то объеме уже в курсе дела. Но посвящать его придется в большее, а это опасно.

– Хватит! – резко сказал Остапенко. – Сцепились, как шавки. Ты своим делом занимаешься, ты – своим. Чего в чужие дела лезете, когда вас не просят? Давай, Жондарев, отправляйся! Без Садовской чтобы я тебя не видел.

Подполковник стал пунцовым, но оскорбление снес. Он встал, сухо попрощался и двинулся к воротам, где стояла его машина. Остапенко заметил, с каким торжеством смотрит вслед полицейскому Кадашкин. Этого тоже придется осадить.

– Я тебя назначал заместителем по всем вопросам? – вперил шеф свой взгляд в лицо юриста. – Наглеешь! У тебя за последнее время столько косяков, что пора бы задуматься о том, чем ты на самом деле занимаешься.

– Каких таких уж больно страшных косяков? – попытался возразить солидным тоном Кадашкин.

– Прикуси язык! – заорал Остапенко. – Ты до чего дела довел, юрист хренов? У тебя заговор созрел под крылышком! Твой Рома Белый руку на хозяина поднял. Он чуть все дела не завалил! Вместе со мной. Это, по-твоему, работа? На Сицилии в свое время за такую работу в тазик ставили и бетоном ноги заливали.

Кадашкин заметно побледнел, глаза его забегали.

– Что сопишь? – продолжал Остапенко. – Небось решил сам, со своей бригадой, меня свалить? Об этом сейчас подумал? Обиделся, что на тебя орут? Так запомни, что такие деньги, которые ты от меня получаешь, отрабатывать надо, а не создавать критические ситуации. А бригада эта не твоя, а моя. Я этих гавриков просто временно тебе подчинил для удобства и пользы дела. Заикнись им только про меня, и они же мне твою голову на тарелке принесут. А на другой яйца!

– Михаил Иванович… – Кадашкин смахнул рукой пот с побледневшего лица. – Вы что… вы меня подозреваете в таком! Да я же…

– Ты же! – рявкнул Остапенко. – Вот сиди и помни, что ты «же». Своим делом занимайся и знай, что я тобой недоволен. Зажрался… Что по фирме Борисова?

– По фирме, – начал Кадашкин, с трудом сглотнув подступивший к горлу ком, – все в порядке. Подчищаем задним числом кое-какие обязательства, за два-три месяца банкротим, а потом – как планировали. Я подготовил вам вариант с внебрачной дочерью Борисова. Думаю, лучше ее сделать инвалидом детства. Мать подобрали надежную, подписывать будет все, что надо.

– Это еще зачем?

– На первом этапе нам нужен наследник Борисова, так надежнее с точки зрения закона. Несовершеннолетняя наследница, послушная опекунша. А потом, когда фирма обанкротится, они отойдут в сторону. Я продумал – вариант надежный.

– Ладно, тебе виднее, специалист. Деньги от партнеров пошли?

– Да, как и договаривались, вчера прошел первый транш. Если нужно, то я подготовил вам календарный график всей процедуры до конца года и объемы перечислений от них на ваши счета. Я полагаю, лучше не гнать на один счет, а каждый раз перечислять на другой. Так сказать, держать яйца в разных корзинах. Потом, через год-другой, можно заняться переброской на основной счет, если возникнет необходимость, а остальные оставить как резервные или закрыть совсем.