Чтение онлайн

– И как?

– Выжила. Хотя мы двое суток от нее не отходили. Дренаж проверяли, антибиотики кололи, да и так…

Даша замялась.

– Страшно было?

– Да, но и радостно потом. Это ни с чем не сравнимое чувство.

Преподаватель кивнул.

– Вы же понимаете, что не всегда так везет? А пойдете в ветклинику работать, так там и реанимировать придется, и усыплять.

– Знаю, - чтобы услышать ответ, пришлось прислушаться, так тихо он прозвучал. – Это плата. Как и у всех, наверное, врачей. Мало какая профессия одинаково близко стоит к жизни и смерти.

– Поэтично, но, в общем, верно. Ладно, Дарья, жду вас в сентябре. Занятия у нас в этом корпусе два раза в неделю: в пятницу и субботу по четыре пары. Расписание накануне вывесят в холле. Сразу скажу: вам будет сложно. Из группы в десять человек только вы одна с дипломом бакалавра и почти без практики, остальные специалисты с высшим образованием, трое работают уже не первый год, так что готовьтесь.

Девушка кивнула и задала вопрос, интересовавший ее не меньше, чем поступление.

– А когда я могу заселиться в общежитие?

Тут пришла пора мужчине смутиться. Он подпер кулаком подбородок и несколько мгновений молчал.

– Дело в том, что с этого года у нас нет общежития.

Внутри у Даши все оборвалось.

– Ну как же так? На сайте написано, что есть.

– Я проверю, - пообещал преподаватель.
– Из информации для абитуриентов точно убрали, может быть, про магистрантов и аспирантов забыли. Дело в том, что здание общежития 1896 года постройки. Весной оно было признано непригодным для проживания. У академии средств на капитальный ремонт нет, подали заявку в министерство, там тоже тишина. Поэтому с этого года так.

Даша кивнула.

– А прописка? У меня три дня, чтоб на учет встать.

– А вот с пропиской проблем нет. В деканат поднимитесь, заявление напишите и все оформят, не переживайте. Да и стипендия будет, так что не расстраивайтесь.

Она снова кивнула, как в тумане, поблагодарила, попрощалась и на ватных ногах вышла из аудитории. Кто-то спросил, можно ли заходить, она невнятно угукнула. Что-то заполнила в деканате. Очнулась только на улице. Набатом бил вопрос: что делать? С большим усилием она задвинула его вглубь сознания. Надо успокоиться, поесть и только потом на трезвую, адекватную голову принимать решение.

И вот, дожевав буртуч, она огляделась по сторонам. Лоток с мороженым, дети с самокатами, мамы с колясками и среди них один мужчина. Стоит, ребенка достал, развернул к себе спиной и мир показывает. Малая гулит, от радости на руках подпрыгивает, по сторонам головкой вертит. «Везет кому-то», - мелькнула мысль и тут же пропала. Взгляд уткнулся в ларек с печатью. Десяток шагов и она уже там, протягивает мелочь в окошко.

– Дайте газету объявлений.

Вернулась на место, села и углубилась в раздел «Съем квартир, комнат».

Через час звонков и разговоров в отчаянье отшвырнула таблоид от себя.

«Кошмар! Попа мира, задворки вселенной, а стоимость аренды, как в Испании! Да мне даже комнату снять не светит, так как всюду требование оплаты на два месяца вперед. Делать-то что? Я даже, если работу прямо сейчас найду, то все равно в ближайшие месяцы на жилье не накоплю».

Подобрала газету и села искать работу.

«Может, вожатой в лагерь устроиться или администратором на базу отдыха?» Но раз за разом, звонок за звонком - лишь отказы. Явные или завуалированные.

«Зачем давать объявления, если не нужен работник?!»

Под конец она уже просматривала все подряд и где-то в самом конце, в колонке «Разное», обнаружила что-то совершенно невероятное:

«В приют для животных требуется разнорабочий на летний период. Питание, проживание, оплата».

Не веря своему счастью, Даша схватила телефон и тут же отложила.

«Нетушки, позвоню, и снова что-то не устроит, пусть лучше в глаза скажут, почему не подхожу».

Развернула газету на карте города, минут двадцать разбиралась с местом назначения и автобусами, наконец, поднялась и зашагала в сторону остановки.

Приют для животных находился на самом краю города. Высокий зеленый забор, вывеска, почтовый ящик и неприметная дверь. Даша дернула за ручку. Заперто. Позвонила в звонок. Трель, потом тишина. Сердце екнуло: неужели все домой ушли, пятый час как-никак. Еще раз позвонила. Дверь открыл старичок.

– Мест нет, - рявкнул он и тут же захлопнул. Даша опешила. Как нет? Газета сегодня только вышла.

– Откройте! – крикнула она во всю силу и снова нажала на звонок.

Дверь опять отворилась.

– Ты чего орешь, ненормальная?! Сказано тебе - нет мест. Собаки по двое в вольерах сидят, о котах вообще молчу.

Даша схватилась за ручку. Уперлась ногами в землю.

– Я не сдавать! Я по объявлению разнорабочим!

Дед замер, перестал тянуть дверь на себя, даже выглянул, поискал глазами, нет ли коробки с котятами или щенка на привязи. Не нашел, смерил посетительницу взглядом и наконец отпустил дверь.

– Ну, заходи раз так.

Даша протиснулась во двор, огляделась по сторонам. Вольеры в четыре ряда, небольшое здание, обшитое сайдингом, колонка, уличная кухня, два контейнера с вырезанными окнами, тюки с соломой, горбыль.

– Не стой, пошли.

Дедок привел ее в административную часть здания и сдал на руки женщине лет сорока.

– Арина Николаевна, я тебе работника привел, оформляй, пока не сбежала, - хихикнул дедок и засеменил прочь.

Женщина устало смотрела на Дашу. В этот момент они были похожи друг на друга, словно мать и дочь. Обе худые, темноволосые, измотанные длинным днем.

– Слушаю вас, - женщина показала Даше на кресло.

– Я по объявлению. Вам разнорабочий нужен, - сил на вопросительные интонации не осталось.

– Разнорабочий - это мужчина. Большой, сильный, а не девушка метр семьдесят ростом и весом пятьдесят килограммов. У меня собаки в половину твоего веса, а их выгуливать два раза в день надо.

– Я забор спермы у быка брала, что мне собаки по двадцать пять кг?! – не выдержала Даша. – Очереди из мужчин что-то не вижу, а я тут.

Женщина взглянула на нее с интересом, криво улыбнулась и поинтересовалась: